02.10.2014, 18:05
Почему США не могут победить "Исламское государство"?
Почему США не могут победить "Исламское государство"?Международная военная политика
"Исламское государство Ирака и Леванта", объявившее несколько месяцев назад о создании халифата и по этому поводу в очередной раз изменившее свое название на "Исламское государство" (ИГ), - крайне необычная во всех отношениях террористическая группировка Ближнего Востока.

Именно эта необычность и позволила ей добиться столь впечатляющих результатов на сегодняшний день.

Будучи поначалу обычным и почти ничем не примечательным подразделением "Аль-Каиды" на территории Ирака, ИГ (которое изначально называлось "Джамаат ат-Таухид ва-аль-Джихад" - Организация единобожия и джихада - прим. Интерполит.ру) вело классическую террористическую войну, совершая массовые теракты против шиитского населения Ирака, правительственных сил и объектов. Никаких решительных целей такая тактика не преследовала, ставка была сделана не на результат, а на процесс.

Собственно говоря, Соединенные Штаты, создавая террористический интернационал Ближнего Востока, добивались именно такого результата. Им важна обстановка тотального насилия, которая делает невозможным создание сильного государства, способного отстаивать собственные интересы.

Ставка на Нури аль-Малики в таких условиях была более чем оправданной. Радикальные взгляды премьера, его непримиримая борьба с суннитским меньшинством Ирака, весьма недалекая политика конфессиональной и национальной сегрегации, объективно направленная на ущемление прав курдов и суннитов Ирака, создавали прекрасные предпосылки для поддержания в Ираке перманентного хаоса и насилия.

В такой ситуации союзнические отношения Малики с Ираном были даже на руку США, заинтересованным в вовлечении Тегерана в множество конфликтов в регионе, обессиливая его и вынуждая тратить драгоценные ресурсы не на внутреннее развитие, а на ликвидацию постоянно возникающих угроз - в Сирии, Ираке, Бахрейне, Йемене. "Исламское государство Ирака" становилось важным элементом такой системы поддержания хаоса в регионе.

Однако все изменилось в 2010 году, когда выпущенные из американских тюрем в Ираке бывшие военные среднего командного звена армии Саддама Хусейна прибились к "Исламскому государству Ирака". Было ли это запроектировано американцами или так получилось - уже неважно.

Важно то, что бывшие военные очень быстро взяли группировку в свои руки. Начавшаяся война в Сирии позволила им поставить перед ИГИЛ новые цели и задачи и переформатировать ее структуру.

На тот момент погибло все высшее руководство ИГИЛ. Примерно из сорока руководителей, финансистов, высокопоставленных связных и модераторов иракской террористической сети в живых осталось лишь восемь. Были убиты и два ключевых лидера - Абу Омар аль-Багдади и Абу Айюб аль-Масри.

Военные Саддама появились очень вовремя и сумели занять места в высшей и средней (территориальной) иерархии организации. Лидер военспецов Хаджи Бакр быстро и весьма жестко перегруппировал разрозненные группировки, действовавшие на суннитских территориях, создав зонтичную структуру управления с единым штабным центром, роль которого выполняла шура (совет) командиров.

Большинство в шуре заняли именно бывшие военные, а Хаджи Бакр сумел продавить избрание на пост руководителя организации Абу Бакра аль-Багдади, бывшего на тот момент одним из территориальных руководителей группировки.

Абсолютно прагматичные и совершенно безжалостные военные, не будучи исламистами, вполне рационально использовали религиозный фактор как идеологическое прикрытие основной задачи - построение этнически и конфессионально чистого государства на территории Сирии, Ирака и Иордании. У группировки впервые появилась четко сформулированная цель - никакой абстракции вроде всемирного халифата, - которая и позволяла вести войну ради войны.

Четкость и ясность, а также решительные действия нового руководства немедленно привели к результатам. Войну в Сирии ИГИЛ повела не столько против Асада, сколько за строительство своего государства.

На захваченных территориях немедленно возникали органы территориального управления, вводились единые нормы поведения, безжалостно истреблялось нелояльное население, разрозненные банды конкурирующих группировок, которые либо приводились к покорности, либо уничтожались.

Экономика захваченных территорий начинала работать на новые госструктуры.

Такая политика нового руководства ИГИЛ не могла не вызвать беспокойства Соединенных Штатов. Вместо бессмысленной тотальной войны всех со всеми борьба начала приобретать более чем управляемый характер. Все большая независимость группировки от внешнего финансирования и переход на самоокупаемость делали ее неуправляемой извне.

2014 год становится годом окончательного перелома. Захват Мосула и восьми провинций Ирака позволил ИГИЛ стать самой богатой террористической группировкой в мире. Лишь 5% ее бюджета, по оценке экспертов RAND Corp., составляют внешние пожертвования, остальные средства получаются от управления территориями, сбора дани, продажи нефти, контрабанды.

Даже истребляемое "лишнее" население стало источником дохода ИГИЛ: на возникших невольничьих рынках оно продавалось в рабство.

С такой ИГИЛ США было явно не по пути. Не для того все затевалось, чтобы позволить вывести настолько важный регион в упорядоченное состояние.

Кроме того, нынешняя администрация США, резко остудив отношения с Саудовской Аравией, получила врага в лице значительной и очень влиятельной части династии Аль Саудов, которая, наоборот, приветствует создание радикального государственного образования на своих рубежах, рассчитывая на него как на фактор борьбы с региональным противником Саудовской Аравии Ираном.

Тот факт, что идеологическое крыло шуры рвется навести порядок в саму Саудовскую Аравию, разрушить мекканские и мединские святыни под вывеской борьбы с "могилопоклонничеством", мало беспокоит саудитов. Как раз здесь они вполне способны отразить любое серьезное наступление.

Борьба США с фрондирующим крылом династии Аль Саудов стала той щелью, в которой прекрасно лавируют циничные и прагматичные военные ИГИЛ. Играя на противоречиях, они создают свое жизненное пространство, продавая военные возможности тем, кто готов за них платить. Не только и не столько деньгами - ИГИЛ вполне обеспечена поддержкой, пусть и негласной.

Задача Соединенных Штатов в борьбе с ИГИЛ стала практически невыполнимой. Военное поражение ему может нанести только полноценная войсковая наземная операция.

Булавочные уколы авиационных налетов не способны разрушить ни отсутствующую инфраструктуру, ни военную организацию, ни органы управления. Гибель военного лидера ИГИЛ Хаджи Бакра в январе этого года под Алеппо никак не нарушила деятельность группировки. Она уже перешла на новый уровень и стала практически неуязвимой для методов борьбы с террористами, дающими результат.

Структурно ИГИЛ разрушить невозможно без полноценной "правильной" войны, на которую США не готовы.

Скорее всего, понимание тупика, в который попали США в регионе, и вынудило их в спешном порядке, нарушая все мыслимые международные правила и нормы, сколачивать коалицию против ИГИЛ.

Мало того, они пытаются даже свое поражение разделить с противниками, втянув их в войну с ИГИЛ. Предложения войти в коалицию, сделанные Ирану и России, выглядят крайне нехарактерными для американской дипломатии, которая привыкла требовать, а не просить.

Однако ситуация для Америки настолько плоха, что приходится терять лицо и истерить.

Задача России в складывающейся ситуации выглядит весьма непростой, но в то же время совершенно понятной. Ни при каких обстоятельствах не входя ни в какие коалиции, продолжать сотрудничество и союз с Сирией, Ираном, Ираком и противостоять ИГ непрямыми методами поддержки Дамаска и Багдада в их борьбе.

Даже если "Исламское государство" и не удастся уничтожить, создание на территории Сирии и Ирака нового государственного образования нужно приветствовать как альтернативу хаосу. В будущем Сирия и Ирак смогут договориться с руководством ИГ, если не сумеют его победить.

Цели США прямо противоположны - фрагментировать пространство Ближнего Востока до его полной неуправляемости и навязать региону бесконечную войну всех со всеми, играя на противоречиях.

Соединенным Штатам удалось сделать невозможным диалог между суннитской и шиитской общинами Ирака. Единый Ирак, похоже, стал недостижим. Ему так или иначе, но придется пройти через стадию развала. Вопрос лишь в том, похоронит ли этот развал под собой структуры управления в Багдаде и Дамаске.

В интересах России как раз их сохранение. Если для этого придется смириться с созданием суннитского государственного образования, значит, нужно спокойно признать возможность такого сценария, но при этом помочь Багдаду и Дамаску ликвидировать его агрессивную сущность, истребив инструменты агрессии - военное крыло ИГ и его идеологическое прикрытие в виде радикальной исламистской идеи.

Если удастся это сделать, проблему можно будет решить на переговорах. Результат их, правда, сейчас предугадать невозможно: вернутся ли границы государств на довоенный уровень, будут ли согласованы новые - это дело живущих в регионах народов и существующих на тот момент раскладов. Важно, чтобы регион перестал быть ареной бесконечной войны и вернулся наконец к мирной жизни.

Именно поэтому идея США бомбить, бомбить и еще раз бомбить - это путь в никуда. Путь, который ведет лишь к перманентной катастрофе.

Категория: Конфликты



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  15.05.2017
В перестроечные времена в ряде публикаций центральной прессы, посвященных перипетиям освоения целинных земель, некоторые авторы в пылу творческого задора позволили себе недопустимую вольность, сошедшую им с рук. Времена тогда наступали такие, что пишущая братия воспринимала древнегреческую поговорку «Чаще поворачивай свой стиль» буквально. Казахстан эпохи «битвы за урожай» перестроечные инженеры человеческих душ поэтически сравнили с «цветком душистых прерий», проведя аналогию с эпопеей освоения Дикого Запада на Североамериканском континенте. Интересно, какая метафора сегодня пришла бы им на ум при соприкосновении с реалиями казахстанской современности?
Мировой ВПК  12.05.2017
Американский журнал The National Interest решил провести ревизию отечественной истребительной авиации. При этом, разумеется, для определения уровня ее боевых возможностей использовано сравнение с самолетами «вероятного противника». Каковых у США с определенного времени уже два — Россия и Китай. В качестве истребителей, которые должны обеспечивать в небе американское господство, выступают F-22 Raptor и F-35 Lightning II.
Мировой ВПК  04.05.2017
Создаваемый в России многофункциональный авиационный комплекс дальнего радиолокационного обнаружения и управления А-100 будет способен обнаруживать новые классы целей, включая оперативно-тактическую авиацию нового поколения, — сообщил на селекторном совещании в военном ведомстве министр обороны РФ генерал армии Сергей Шойгу.
Геополитика  04.05.2017
Покамест эта программа касается только русского флота. В ближайшее время он сможет нейтрализовать нынешнее подавляющее преимущество американского флота по численности и вооружению. А в перспективе это может стать проектом надевания наручников на западных варваров, когда им станет просто опасно грозить кому-то силою или навязывать свою волю "томагавками". Ибо ответ может быть быстрым, разрушительным, а главное - решительно от кого угодно!
Конфликты  19.05.2017
Западные СМИ, ссылаясь на своих экспертов, все чаще публикуют материалы, в которых красной нитью проходит мысль, что Россия завязла в сирийской войне и уже не знает, как из нее выйти. В действительности ситуация в Сирии сейчас складывается не совсем благоприятно для Дамаска, а следовательно, и для Москвы. С одной стороны, правительственным войскам и поддерживающим их силам сопутствует определенный военный успех, с другой стороны, действия Вашингтона, направленные против Башара Асада и его союзников, тоже имеют определенный эффект.
Конфликты  04.05.2017
Сенсационным результатом закончилась встреча Путина и Эрдогана. По ее итогам оба лидера заявили, что достигнуто – в том числе и с Трампом – соглашение о создании в Сирии так называемых зон безопасности. Это кардинальное изменение позиции Москвы. Означает ли оно ту самую «большую сделку» между Россией и США, о которой так много говорят в последнее время?
Конфликты  02.05.2017
С начала гражданской войны в Сирии режим Б. Асада проводил мероприятия по адаптации лояльных ему вооруженных формирований к условиям внутреннего конфликта, к которому они оказались абсолютно не готовы. В частности, в Сирийской арабской армии (САА) преобладали исключительно тяжелые бронетанковые и механизированные дивизии. Всего таких соединений было одиннадцать (а также две дивизии «специальных сил» — 14-я и сформированная непосредственно перед началом гражданской войны 15-я).