29.01.2015, 16:34
Космос в погонах
Космос в погонахМеждународная военная политика
Станет ли военный космос драйвером отрасли?

Российская космонавтика переживает очередную встряску. Создание новой госкорпорации, которая объединит Роскомос и ОРКК (объединенную ракетно-космическую корпорацию), в сочетании с экономическим кризисом и тревожной внешнеполитической обстановкой требует пересмотра концепции космической отрасли в целом — и не в пользу пилотируемой космонавтики.


Поиск цели

Варианты развития отрасли в очередной раз обсуждали на экспертном совете при коллегии Военно-промышленной комиссии (ВПК). Именно на этой площадке формулируется концентрированное мнение ведущих специалистов отрасли, включая главных конструкторов и руководителей многих системообразующих предприятий, на основе которого руководством страны принимаются окончательные решения.

Основная проблема космонавтики на период после 2020 года, когда должна завершиться эксплуатация МКС, — отсутствие долгосрочного проекта, способного стать «стержнем» отрасли, определив ее цели на дальнюю перспективу. Относительно приоритетов отрасли высказывается широкий спектр предложений — вплоть до отказа от пилотируемой космонавтики вообще.

Мотивы различны, но в основном все упирается в бюджет: поддержание российского сегмента МКС, а тем паче строительство собственной станции потребует изрядных средств. Оправданны ли расходы, если заранее известно, что на нынешнем уровне науки и технологий никаких принципиально новых знаний такие полеты не принесут?

То же самое касается Луны и Марса. Современные технологии не способны защитить человека от космической радиации, значит, длительное пребывание человека на Луне, равно как и пилотируемый полет к Марсу, невозможны — такого мнения придерживается, в частности, директор Центра космической связи «Сколково» Александр Крылов.

Отказ от подобных планов влечет за собой также и отказ от разработки сверхтяжелой ракеты-носителя: для решения задач на орбите Земли, в том числе на геостационарной, достаточно грузоподъемности испытанной в декабре 2014 года ракеты «Ангара-А5», которая призвана заменить разработанный в СССР «Протон».

«Для сверхтяжелого носителя грузоподъемностью 80-90 тонн невозможно найти коммерческие нагрузки. Ракеты подобной размерности будут стартовать в лучшем случае два раза в год, а с учетом тенденции к сокращению программ — существенно реже», — говорится в материалах экспертного совета.

Возможная альтернатива — развитие военной космонавтики. «Надо заниматься боевым космосом, а потом уже — технологии и услуги из космоса», — считает Александр Крылов. Повышенное внимание к военному космосу объясняется двумя главными причинами: во-первых, в российских условиях государство сегодня является единственным значимым заказчиком космических услуг, во-вторых, военное значение орбитальной инфраструктуры усиливается как для локальных конфликтов, так и в глобальном масштабе.

Таким образом, «военный космос» превращается в полигон, позволяющий отработать технологии, включая такие, с которыми потом можно будет выйти на рынок: дистанционное зондирование поверхности земли, связь, навигация и т.д. В первую же очередь подобный переход должен повысить возможности Вооруженных сил России в условиях новой холодной войны. Переориентация на военный космос — это и рост обороноспособности, и наращивание экономического потенциала для последующего развития.


Вероятные потери

Проверить справедливость вышесказанного можно только практикой, однако у столь сложных технических проектов весьма долгий цикл реализации. Кроме того, неясно, насколько затянется нынешний кризис. Если надолго, то, как ни странно, потребуется сохранение ряда затратных разработок, в том числе в области пилотируемой космонавтики.

«Мы пока не знаем, сколько продлится кризис. Решение о заморозке "лишних" программ — например, по сверхтяжелой ракете — может быть оправданно, если "тощие" времена продлятся один-два года, может, чуть дольше, — пояснил "Ленте.ру" независимый эксперт космической отрасли Вадим Лукашевич. — Впоследствии, на растущей экономике, их можно будет возобновить. Если же в таких условиях придется жить шесть, а тем более восемь или десять лет, то по окончании кризиса весьма вероятно, что возобновить работы будет просто невозможно из-за утраты необходимых компетенций. Значит, как это ни парадоксально, в случае неблагоприятного развития ситуации долгосрочные проекты нужно сохранять — хотя бы на уровне, достаточном для поддержания соответствующих технологий и какого-то постепенного развития».

То же самое касается пилотируемой космонавтики. Отказ от российского сегмента МКС и строительства постоянно обитаемой национальной станции с заменой ее на посещаемую означает откат назад даже по сравнению со станцией «Мир». В случае очередного кризиса отказаться от посещаемой станции еще проще, что будет фактически означать окончательное завершение регулярных пилотируемых полетов, тогда как другие основные игроки планируют их продолжать.

Наконец, это справедливо и для разработки перспективного пилотируемого космического корабля в рамках программы ПТК НП (пилотируемый транспортный корабль нового поколения). Очередной перерыв в проекте в сочетании с прекращением совершенствования кораблей типа «Союз» может привести к полной утрате способности спроектировать такой корабль снова, когда соответствующая задача будет поставлена.

Вопросы целеполагания сегодня остаются самыми актуальными. «Главная проблема в том, что у нас нет основополагающего документа, определяющего наши задачи в космосе, — отметил Вадим Лукашевич. — Стратегия развития космической деятельности до 2030 года, разработанная Роскосмосом, так и не стала официальной правительственной программой. Утвержденных указом президента основ государственной политики РФ в области использования результатов космической деятельности тоже недостаточно. По-хорошему нужна сбалансированная стратегия с проработанными подходами в случае различных вариантов развития событий в экономике — от идеального до катастрофического».

В условиях радикальных перемен в экономике и внешней политике Россия может столкнуться с серьезными проблемами в развитии своей космонавтики, особенно с учетом принятого решения о формировании новой госкорпорации, объединяющей Роскомос и ОРКК. От того, насколько быстро новое руководство отрасли во главе с Игорем Комаровым сможет сформулировать задачи на предстоящий период, зависят не только позиции России на рынке космических услуг, но и судьба отрасли в целом.

Категория: Мировой ВПК



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  27.04.2017
Новая российская противокорабельная ракета «Циркон» достигла на испытаниях восьми скоростей звука, сообщило агентство ТАСС со ссылкой на источник в оборонно-промышленном комплексе России. В ходе испытаний было подтверждено, что маршевая скорость ракеты в восемь раз превышает скорость звука. Ракета может запускаться с универсальных корабельных пусковых установок 3С14, которые также используются для ракет «Калибр» и «Оникс».
Геополитика  27.04.2017
ПРО США способна сбивать межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) России на 150-й секунде полета. Об этом в среду, 26 апреля, заявил начальник Центрального НИИ Войск воздушно-космической обороны РФ Сергей Ягольников. «Период подготовки применения ПРО США обеспечивает достаточный баланс времени для обстрела российских межконтинентальных баллистических ракет на восходящем активном участке траектории их полета. Получаются цифры такие. При использовании внешнего целеуказания от космического аппарата пуск противоракет возможен уже на 85-й секунде после старта МБР.
Мировой ВПК  27.04.2017
Аналитическое издание National Interest опубликовало статью «Почему Америка должна заставить Россию не нарушать договор РСМД (Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности -авт.)». Суть публикации сводится к тому, что «слабый президент» Обама не смог принудить Кремль вернуться к соблюдению буквы и духа этого соглашения, подписанного почти тридцать лет назад генсеком Горбачевым и президентом Рейганом. В статье признается, что в сохранении договора заинтересованы, прежде всего, американцы. Но для того, чтобы Путин взял под козырек, Вашингтону нужен эффективный рычаг давления на Россию.
Мировой ВПК  27.04.2017
В ночь на 7 апреля американские боевые корабли нанесли внезапный массированный ракетный удар по сирийской авиабазе Шайрат. А 25 апреля президент России Владимир Путин в Рыбинске провел заседание Военно-промышленной комиссии РФ и дал старт производству в нашей стране корабельных газотурбинных двигателей. Эти события, на первый взгляд, такие разные, настолько далеко разнесены во времени и пространстве, что совершенно не связаны между собой. На самом деле связь есть. И самая прямая.
Конфликты  27.04.2017
Начальник Главного оперативного управления Генштаба ВС РФ генерал-полковник Сергей Рудской заявил, что Россия вывела почти половину своей авиагруппировки, которая располагалась на авиабазе Хмеймим в Сирии. В своем выступлении на VI Московской международной конференции по безопасности он пояснил, что военное руководство России посчитало возможным сократить количество российских самолетов в Сирии, поскольку «число террористических формирований в стране за последнее время уменьшилось».
Конфликты  25.04.2017
За последнюю неделю правительственные войска Сирии незаметно для всего мира одержали две крупные победы, стратегически сравнимые с возвращением Пальмиры. Новая конфигурация фронта позволяет назвать следующую крупную цель Дамаска – это находящаяся в центре химического скандала провинция Идлиб. Но причины для радости на этом не заканчиваются.
Конфликты  20.04.2017
С принятием Белым домом решения на агрессию против КНДР начнется период подготовки войны. Его цель – создание политических, международно-правовых, морально-психологических и военно-стратегических условий, обеспечивающих возможность и успех кампании. Развернется масштабная информационная операция по дискредитации руководства КНДР на международной арене, в государствах-союзниках и среди населения самой Северной Кореи. Особое внимание будет уделено поиску лиц из числа военных и партийных руководителей КНДР разных уровней, готовых к измене ради гарантий безопасности и денежного вознаграждения.