05.02.2015, 01:56
Возможен ли треугольник Россия — Индия — Китай?
Возможен ли треугольник Россия — Индия — Китай?Международная военная политика
2 февраля в Пекине прошла встреча глав МИД России, Индии и Китая. Повестка дня включала вопросы, связанные с конфликтом на Украине, продвижением переговорного процесса по иранской ядерной программе, а также положением на Ближнем Востоке, прежде всего в Сирии и Ираке. Для России эта встреча имела важное значение.

Еще в конце 1990-х Евгений Примаков выдвинул идею объединить Москву, Пекин и Дели в мировой центр силы, альтернативный Западу. Смелый политический замысел, не имевший под собой никаких сколько-нибудь серьезных объективных предпосылок, долгое время пребывал в статусе политической фантазии. Однако в нынешних условиях острого конфликта с Западом эта идея вновь начала витать в воздухе московских околовластных коридоров.

Для объективной оценки альянса «Россия — Индия — Китай»нужно получить ответы на два принципиальных вопроса. 1. Существует ли «пророссийский» курс индийского руководства? 2. Насколько серьезны противоречия между Пекином и Нью-Дели? Эти вопросы настолько переплетены между собой, что порою очень трудно провести грань между тем, где заканчиваются российско-китайские отношения и начинаются проблемы между Нью-Дели и Пекином. Чтобы треугольник был равносторонним, отношения между Россией и Индией должны быть столь же партнерскими, как и с Китаем. К сожалению, это далеко не так. Инерция мышления играет злую шутку с экспертами. Принцип «хинди-руси бхай-бхай» относился к советскому периоду, но почему-то автоматически переносится на день сегодняшний. «Золотая эпоха» в отношениях между Москвой и Дели ушла в прошлое по вполне объективным причинам. Главная из которых — стремительный взлет Индии за последнюю четверть века. Перед нами региональная держава, у которой оформились свои стратегические интересы и появились возможности строить самостоятельные политические комбинации.

Россия, в отличие от СССР, уже не так интересна Индии в качестве стратегического партнера, в том числе и по военно-техническому сотрудничеству, на котором во многом и держались «особые отношения» Москвы и Нью-Дели. Согласно официальным индийским данным, с 2011 г. США являются для них главным поставщиком вооружения и военной техники (ВВТ), Россия — вторым. Нет никаких сомнений в том, что утрата Москвой своих позиций на оружейном рынке Индии продолжится. Это принципиальный курс Нью-Дели, который получил свое подтверждение в ходе трехдневного визита Барака Обамы. После завершения было объявлено, что в правительстве страны на стадии утверждения находится контракт на приобретение 22 американских ударных вертолетов Boeing AH-64E Apache и 15 вертолетов большой грузоподъемности CH-47F Chinook на общую сумму $2,5 млрд. США и Индия заключили соглашение о совместной разработке и производстве миниатюрного беспилотника RQ-11 Raven.

Еще печальнее обстоят дела с товарооборотом. За 2013/14 финансовый год Россия не вошла в десятку основных торговых партнеров Нью-Дели, в то время как США с показателем товарооборота в $61,5 млрд заняли второе место среди основных торговых партнеров Индии. Можно с уверенностью говорить, что Индия не только продолжит развитие партнерских отношений с Соединенными Штатами, но и будет их всячески наращивать. Кстати, визит Обамы имел интересное продолжение. Несколько дней назад в индийской прессе появились сообщения о том, что Вашингтон и Нью-Дели договорились использовать военные базы друг друга, в первую очередь в Индийском океане, для нужд своих вооруженных сил. С военной точки зрения это событие достаточно малозначительное. Но с политической — весьма показательное.

Для индийской правящей элиты сближение с США кажется логичным. Российско-китайские отношения сегодня динамично развиваются, а Пекин считается в Нью-Дели главной стратегической угрозой. Поэтому партнерство с США и ослабление связей с Россией представляются в Индии удачной формой сохранения баланса. Есть еще одно обстоятельство. Индия мало беспокоится по поводу «однополярного мира» и «несправедливости мирового устройства». Для Нью-Дели главным приоритетом остаются собственные проблемы, среди которых рост влияния Пекина рассматривается в качестве первоочередной угрозы. И для ее нейтрализации Индия готова сотрудничать с кем угодно. В качестве примера: во время недавнего визита в страну министра иностранных дел Японии Фумио Кисиды на переговорах с его индийским коллегой Свараджем Сингхом было официально подтверждено стремление двух стран к укреплению кооперации в трёхстороннем формате (с участием США) «перед лицом растущей напористости политики Китая в Азии».

В ходе визита Кисида впервые положительно ответил на недвусмысленные индийские призывы к Японии принять участие в развитии логистически-транспортной инфраструктуры в приграничных с Китаем районах. Эта инфраструктура должна стать одним из важнейших элементов укрепления обороноспособности Индии на так называемой «Линии фактического контроля», неофициальной индийско-китайской границе протяженностью четыре тыс. километров. Хотя стороны постоянно заявляют о прогрессе в урегулировании спорных вопросов, тайная война разведок не прекращается ни на день. Индия утверждает, что Пекин поддерживает разные этнические группы сопротивления на северо-востоке Индии (Мегхалая, Трипура, Мизорам, Нагаленд, Ассам), а Китай упрекает Индию в предоставлении убежища тибетским сепаратистам.

По большому счету, это мелкие уколы. Гораздо серьезнее Нью-Дели воспринимает усиление китайского присутствия в Пакистане. Пекин является крупнейшим поставщиком вооружений в эту страну, активно участвует в модернизации ее вооружённых сил, а кроме того, наращивает экономическое присутствие и уже полностью контролирует порт Гвадар — геостратегический «ключ» от входа в Персидский залив из Индийского океана, расположенный всего в 18 милях от Дубая. Одновременно с этим пакистанский Гвадар — стратегический пункт в реализации одного из направлений китайского «Нового шелкового пути», в рамках которого Пакистан резко повысит свой региональный и международный вес. Это никак не устраивает Нью-Дели, который воспринимает «проект Гвадар» не только как элемент усиления своего традиционного врага, Пакистана, но и как часть китайской стратегии «нити жемчуга» — создания опорных баз в Индийском океане, которыми уже являются Хайнань, острова Лесистые (Woody Islands) недалеко от вьетнамских берегов, Читтагонг (Бангладеш), Ситтуэ и острова Коко (Мьянма), Хамбантота (Шри Ланка), и Сейшелы.

Еще одним «камнем преткновения» в индийско-китайских отношениях стал китайский проект возведения ГЭС на реке Ярлунг-Цангпо, индийское название — Брахмапутра. И дело здесь даже не в уменьшении количества воды для сельского хозяйства Индии, сколько в том, что она сама собиралась строить там электростанцию. При реализации китайского проекта эта стройка будет невозможна. Накануне встречи министров иностранных дел России, Индии и Китая (31 января) в Индии прошли успешные испытания «Агни-5», трёхступенчатой твердотопливной межконтинентальной баллистической ракеты с массой боевой части 1,1 тонны. Дальность — 5 тыс. километров. Восторженно комментируя этот успех, индийские СМИ отмечают, что с принятием ракеты на вооружение большинство китайских городов оказывается в пределах досягаемости для ядерного удара.

В последние годы Пекин и Нью-Дели снизили накал взаимных упреков и обвинений. Китай является первым в десятке основных торговых партнеров Индии. Но это лишь надводная часть айсберга двусторонних отношений. «Под водой» же, скрытая от посторонних взглядов, идет острейшая конкурентная борьба, маскировать которую миролюбивой риторикой получается все хуже. И любые попытки России «сблизить» Китай и Индию, сгладить существующие между ними противоречия во имя создания некоего альтернативного «центра силы» — обречены на провал. Москва не обладает для этого достаточным влиянием.

Если отказаться от глобализма в подходах к треугольнику Россия — Индия — Китай, то в двух аспектах сотрудничество трех стран может быть эффективным — в Афганистане и в отношении экспансии исламского радикализма. В двух этих «пунктах» интересы совпадают. И хотя этим «список совпадений» практически ограничивается, для формирования новой, более выгодной для Москвы архитектуры региональной безопасности его будет вполне достаточно. Создав успешный прецедент сотрудничества на афганском направлении и в борьбе с терроризмом, можно будет двигаться к решению в трехстороннем формате и других проблем.

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  15.05.2017
В перестроечные времена в ряде публикаций центральной прессы, посвященных перипетиям освоения целинных земель, некоторые авторы в пылу творческого задора позволили себе недопустимую вольность, сошедшую им с рук. Времена тогда наступали такие, что пишущая братия воспринимала древнегреческую поговорку «Чаще поворачивай свой стиль» буквально. Казахстан эпохи «битвы за урожай» перестроечные инженеры человеческих душ поэтически сравнили с «цветком душистых прерий», проведя аналогию с эпопеей освоения Дикого Запада на Североамериканском континенте. Интересно, какая метафора сегодня пришла бы им на ум при соприкосновении с реалиями казахстанской современности?
Мировой ВПК  12.05.2017
Американский журнал The National Interest решил провести ревизию отечественной истребительной авиации. При этом, разумеется, для определения уровня ее боевых возможностей использовано сравнение с самолетами «вероятного противника». Каковых у США с определенного времени уже два — Россия и Китай. В качестве истребителей, которые должны обеспечивать в небе американское господство, выступают F-22 Raptor и F-35 Lightning II.
Мировой ВПК  04.05.2017
Создаваемый в России многофункциональный авиационный комплекс дальнего радиолокационного обнаружения и управления А-100 будет способен обнаруживать новые классы целей, включая оперативно-тактическую авиацию нового поколения, — сообщил на селекторном совещании в военном ведомстве министр обороны РФ генерал армии Сергей Шойгу.
Геополитика  04.05.2017
Покамест эта программа касается только русского флота. В ближайшее время он сможет нейтрализовать нынешнее подавляющее преимущество американского флота по численности и вооружению. А в перспективе это может стать проектом надевания наручников на западных варваров, когда им станет просто опасно грозить кому-то силою или навязывать свою волю "томагавками". Ибо ответ может быть быстрым, разрушительным, а главное - решительно от кого угодно!
Конфликты  19.05.2017
Западные СМИ, ссылаясь на своих экспертов, все чаще публикуют материалы, в которых красной нитью проходит мысль, что Россия завязла в сирийской войне и уже не знает, как из нее выйти. В действительности ситуация в Сирии сейчас складывается не совсем благоприятно для Дамаска, а следовательно, и для Москвы. С одной стороны, правительственным войскам и поддерживающим их силам сопутствует определенный военный успех, с другой стороны, действия Вашингтона, направленные против Башара Асада и его союзников, тоже имеют определенный эффект.
Конфликты  04.05.2017
Сенсационным результатом закончилась встреча Путина и Эрдогана. По ее итогам оба лидера заявили, что достигнуто – в том числе и с Трампом – соглашение о создании в Сирии так называемых зон безопасности. Это кардинальное изменение позиции Москвы. Означает ли оно ту самую «большую сделку» между Россией и США, о которой так много говорят в последнее время?
Конфликты  02.05.2017
С начала гражданской войны в Сирии режим Б. Асада проводил мероприятия по адаптации лояльных ему вооруженных формирований к условиям внутреннего конфликта, к которому они оказались абсолютно не готовы. В частности, в Сирийской арабской армии (САА) преобладали исключительно тяжелые бронетанковые и механизированные дивизии. Всего таких соединений было одиннадцать (а также две дивизии «специальных сил» — 14-я и сформированная непосредственно перед началом гражданской войны 15-я).