13.05.2016, 20:02
Война в Сирии: задание на дом
Война в Сирии: задание на домМеждународная военная политика
В том, что Сирия стала отличным испытательным полигоном для новейших образцов российского оружия, ни у кого не было сомнений с самого начала нашей операции в этой стране. Но теперь очевидно, что анализ результатов боевого применения Вооруженных сил тщательно контролирует высшее руководство РФ.

Это стало понятным, когда на днях президент Владимир Путин заявил: «Операция в Сирии выявила и определенные проблемы, недостатки. По каждому проблемному вопросу должно быть проведено самое тщательное расследование. Имею в виду профессиональное расследование, самый тщательный анализ, а затем приняты меры по устранению этих проблем. Это позволит скорректировать дальнейшее направление развития и совершенствование образцов военной техники»

Понятно, что никто и никогда открыто не расскажет нам о том, какие именно слабости нашей армии и флота выявила сирийская война. Да и ни к чему такие данные широкой общественности. Эта совершенно секретная информация предназначена лишь для узкого круга российских генералов, конструкторов и руководителей оборонной промышленности и науки. Но дело в том, что итоги нашей первой в истории Вооруженных сил РФ воздушно-космической операции сейчас с не меньшим вниманием подводят во всем мире. В том числе и те, кого принято называть вероятным противником. При этом происходят регулярные утечки в прессу. Как в отечественную, так и в зарубежную. Вот эти утечки и позволяют уже сегодня открыто сделать весьма любопытные выводы.

Для нас война в Сирии — это, прежде всего, скоординированные действия Воздушно-Космических сил и Военно-Морского флота на большом удалении от мест постоянного базирования. Поэтому и подводить итоги для них резонно по отдельности. Так и поступим.


В небесах

Эксперты всего мира отмечают высокую степень интенсивности (в общей сложности — более 10 тысяч боевых вылетов, в некоторые сутки — до 150 боевых вылетов) и отличную организацию применения российской фронтовой и армейской авиации. Что в решающей мере позволило переломить ход войны и при этом свести к минимуму боевые и эксплуатационные потери.

Картина выглядит еще более впечатляющей, если учесть, что всего семь лет назад, во время очень скоротечной войны в Южной Осетии, гордиться нашим летчикам оказалось совершенно нечем. Тогда, в августе 2008 года, российская боевая авиация за четыре дня боев с заведомо слабым противником потеряла семь самолетов. В их числе даже дальний бомбардировщик Ту-22М3. Еще четыре машины были серьезно повреждены. Впоследствии выяснилось, что наибольший урон авиаторам был нанесен огнем нашей же противовоздушной обороны.

При этом интенсивность боевых вылетов в Южной Осетии не шла ни в какое сравнение с той, что ВКС РФ продемонстрировали в Сирии. Скажем, 368-й штурмовой авиаполк, дислоцированный в Буденновске, произвел лишь 86 боевых вылетов. Но после ракетно-бомбовых ударов по грузинским войскам, не оказывавшим нашим летчикам серьезного противодействия, на аэродром не вернулись три Су-25. Еще два «грача» получили такие повреждения, что их пришлось вскоре списать в утиль.

Совершенно иную картину мир увидел в Сирии. К боевым же потерям там можно отнести трагедию, случившуюся 24 ноября 2015 года. Тогда, напомню, в приграничном районе этой страны российский фронтовой бомбардировщик Су-24М2 был вероломно сбит турецким истребителем F-16С. При попытке спасения экипажа наши ВКС от зенитного огня террористов потеряли еще и вертолет Ми-8АМТШ, на котором к месту крушения бомбардировщика пробивалась поисково-спасательная группа.

Что касается эксплуатационных потерь, то более чем за полгода боевых действий таковая у нас единственная. 12 апреля 2016 года в Сирии в ночном полете потерпел крушение ударный вертолет Ми-28Н «Ночной охотник». Погибли оба члена экипажа. Как показал анализ, техника при этом работала безотказно, подвел так называемый человеческий фактор. В условиях плохой видимости пилот потерял пространственную ориентировку и направил машину в землю.

Означает ли это, что в действиях авиационной группировки, сформированной на аэродроме Хмеймим, все безупречно? Конечно, нет. Прежде всего, в ее распоряжении оказался весьма ограниченный арсенал высокоточного оружия. Это отмечают и наши эксперты, и американские.

Так, 24 февраля нынешнего года портал Strategy Page отметил, что под крыльями российского фронтового бомбардировщика Су-34 на аэродроме Хмеймим была замечена противокорабельная ракета Х-35. Однако морских целей в окрестностях не предвиделось. Поэтому специалисты портала предположили, что российские летчики ракетой Х-35 готовились стрелять по наземной цели.

При этом, как указывает Strategy Page, это высокоточное оружие действительно можно применять не только против вражеских кораблей и судов. Для войны на суше принятая на вооружение в 2003 году ракета, имеющая дальность стрельбы до 130 километров, тоже годится. Но она намного дороже обычных управляемых авиационных боеприпасов. Поэтому, считают западные специалисты, подвесить Х-35 под крылья фронтового бомбардировщика в Сирии российским военным пришлось не от хорошей жизни. Сказалась острая нехватка «профильных», если можно так выразиться, современных средств поражения.

К тем же выводам, что и зарубежные специалисты, пришел и директор центра Анализа стратегий и технологий Руслан Пухов. В частности, он считает: «Несмотря на демонстрируемый прогресс, в техническом отношении ВКС России в сирийской кампании находятся на уровне американских ВВС периода операции «Буря в пустыне» 1991 года. То есть сильно отстают от США и в целом современной западной военной авиации.

В части высокоточного оружия ВКС России в ходе кампании применяют главным образом боеприпасы со спутниковой коррекцией. Этот способ наведения имеет ограничения, в том числе по точности. Сами бомбы КАБ-500С калибра 500 кг и крылатые ракеты зачастую излишне мощны для типовых целей в этой войне. У российской авиации очень мало (а то и вовсе отсутствуют) высокоточных средств борьбы с движущимися, малоразмерными и хорошо укрепленными целями".

Очевидно, избыточным выглядит и применение по позициям террористов новейших высокоточных крылатых ракет большой дальности Х-101 со стратегических бомбардировщиков Ту-160. А со «стратегов» Ту-95МС — крылатых ракет Х-555, переоборудованных в неядерный вариант из ракеты Х-55. Но ведь совершенно понятно, что и Х-101, и Х-555 созданы для большой войны, для поражения весьма важных и масштабных целей. Таковых просто быть не могло и не может быть в Сирии. Причина этой странности все та же — крайняя ограниченность арсенала высокоточного оружия наших ВКС.

По мнению Пухова, операция в Сирии наглядно продемонстрировала серьезное отставание России в области создания беспилотных летательных аппаратов (БЛА). Что привело к существенным сложностям с организацией разведки и целеуказания на поле боя.

Хуже всего, судя по всему, дело обстоит с ударными БЛА, без которых, допустим, американцы давно не ведут ни одну войну. У нас ударных «беспилотников» нет вообще. Их разработка начата с большим опозданием и не завершена до сих пор. Как и БЛА большой дальности со взлетным весом от одной до пяти тонн. В лучшем случае, такие машины на вооружение ВС РФ будут приняты к концу нынешнего десятилетия. 


На море

Самых высоких оценок за действия в Сирии заслуживают российские военные моряки. В продолжающейся воздушно-космической операции против террористов им пришлось решать следующие основные задачи:

— беспрерывное и бесперебойное снабжение армии Башара Асада и российской группировки оружием, боеприпасами, топливом, продовольствием и прочим тыловым имуществом;

— прикрытие приморского фланга и осуществление противовоздушной и противодиверсионной обороны наших войск;

— нанесение ударов высокоточным оружием корабельного базирования по позициям террористов.

Что касается первой задачи, то ее выполнение потребовало предельного напряжения сил. К налаживанию надежного «морского» моста между нашим Новороссийском и средиземноморским Тартусом пришлось привлечь практически все наличные исправные большие десантные корабли ВМФ РФ. А именно — 16 из 19. В том числе и те, что базируются на Тихом океане и в Североморске. С сентября 2015-го по март нынешнего года в общей сложности они совершили 80 рейсов в Сирию. Что с учетом расстояния между российским берегом и театром военных действий можно считать пределом возможностей флота.

К тому же средний возраст этих БДК — 27 лет. В других условиях они давно бы пошли под списание. Но замены нет, и не предвидится. В ближайшие пару лет флот может рассчитывать максимум на два новых больших десантных корабля проекта 11711 типа «Иван Грен». Головной корабль с этим именем уже много лет строится в Калининграде, да все никак не выйдет даже на испытания. Второй БДК проекта — «Петр Моргунов» — заложен в июне 2015 года.

Однако даже если эти планы сбудутся — два современных БДК на четыре флота — это даже не смешно. Поэтому без срочной корректировки кораблестроительной программы в этой части точно не обойтись.

Придется что-то делать с крупными ударными кораблями, составляющими основу нынешней Средиземноморской эскадры. Ядро этой эскадры с самого начала операции в Сирии составлял гвардейский ракетный крейсер проекта 1164 «Москва». Именно его комплекс ПВО С-300Ф «Форт» вместе с наземной системой ПВО С-400 «Триумф», несущей боевое дежурство на авиабазе Хмеймим, до января составляли основу нашей системы противовоздушной обороны. В январе сильно изношенная за последние годы «Москва» отправилась на ремонт в Севастополь. Ее место у побережья Латакии занял другой крейсер проекта 1164 — «Варяг», пришедший с Тихого океана.

Уже объявлено, что у Сирии он будет находиться, скорее всего, до сентября. Что очень много для такого корабля по нынешним временам.

Почему так долго? Потому что менять «Варяга» в тех широтах, по сути, некому. «Москва» вряд ли успеет подготовиться к новому походу.

Есть еще только один подобный корабль — «Маршал Устинов» на Северном флоте. Только он уже много лет на нескончаемой модернизации. Она должна завершиться в нынешнем году. Но не менее полугода экипажу потребуется на отработку организации службы, на испытания новых механизмов и агрегатов, на сдачу всех курсовых задач. Без этого на боевую службу в Средиземное море «Маршала Устинова» никто не отправит.

Последний теоретически возможный сменщик «Варяга» — тяжелый атомный ракетный крейсер «Петр Великий». С сентября прошлого года и он в ремонте. На 82-м судоремонтном заводе в Мурманске.

В Северодвинске модернизируют еще и тяжелый атомный ракетный крейсер «Адмирал Нахимов». Только и он не помощник сегодня, поскольку выйдет в море не ранее 2018 года.

Все. Как говорится: «Расчет окончен!» Серьезных ударных боевых кораблей в составе российского ВМФ больше нет. Малые ракетные корабли проекта 21631 типа «Буян-М» со ставшими знаменитыми на весь свет «Калибрами», безусловно, хороши. И черноморские новобранцы из их числа — «Зеленый дол» и «Серпухов», уже поочередно сходили к Сирии. Однако для серьезного противостоянии вдали от родного берега они хороши только вместе с ракетными крейсерами, а не вместо их. Хотя бы потому, что их ПВО откровенно слабовата. А у Сирии нужен именно дальнобойный и мощный «Форт».

И это еще одна проблема, над которой Кремлю и Минобороны придется основательно поломать голову, анализируя уроки Сирии. Над решением биться придется не один год. Нужна программа на десятилетия.

Категория: Конфликты

Новости СМИ2


Mediametrics.ru

Читайте также:

Путч ударил по СирииМеждународная военная политика
Геополитика  18.07.2016
Так называемая сирийская оппозиция призвала США «дать отпор» России. Об этом заявила представитель Высшего комитета по переговорам (ВКП) Басма Кодмани, сообщает Reuters. «Чего нам сейчас не хватает, так это серьезной реакции на действия России. Мы хотим, чтобы РФ подтвердила свою приверженность политическому процессу. Сейчас мы этого не видим. Мы надеемся, что американцы начнут реагировать жестче, поскольку российские удары не прекращались даже в тот момент, когда госсекретарь США Джон Керри обсуждал в Москве соглашения по антитеррористическим операциям в Сирии», — заявила Кодмани.
Натовская «гора» родила ожидаемую мышьМеждународная военная политика
Геополитика  18.07.2016
Завершился варшавский саммит НАТО, который польские и западные СМИ заранее назвали «эпохальным» и «ставящим надёжный заслон на пути российской агрессии». Однако, глядя из Москвы, принятые решения заставили вспомнить поговорку – гора родила мышь. Итоговый документ саммита в Варшаве очень большой (139 пунктов), но наполнен он по большому счёту «водой». То есть рассказами о достижениях альянса и рассуждениями о задачах, но без серьёзной конкретики. Зато в нём хватает пропагандистских клише типа «ответ на дестабилизирующие действия со стороны РФ» или «проецирование стабильности» за границы альянса, в том числе на Восток.
Новейший «Статус» России обезоружит СШАМеждународная военная политика
Мировой ВПК  18.07.2016
В годовом отчете северодвинского филиала КБ «Рубин» — КБ «Рубин-Север» — содержится крайне любопытная информация, освежающая в памяти ноябрьские события прошлого года, которые вызвали бурное обсуждение не только в нашей стране. Тогда, напомню, выяснилось, что Россия ведет разработку уникального оружия. Такого, которое способно гарантировано пробить громадную брешь в массированной обороне Североамериканского материка. То есть, это не просто асимметричный ответ на вероломное строительство ЕвроПРО, а решение, с лихвой перекрывающее и ПРО, и натовские батальоны в Польше и Прибалтике, и прочие «недружелюбные» по отношению к России действия.
США предложили России воевать единым фронтомМеждународная военная политика
Геополитика  14.07.2016
США предлагают России проводить совместные операции против «Джебхат ан-Нусры» и «Исламского государства» (ИГ). Текст соглашения, которое Белый дом передал для рассмотрения Москве, обнародовала в среду, 13 июля, газета The Washington Post. Предполагается, что обсуждение этих идей станет ключевым моментом переговоров госсекретаря США Джона Керри в Москве 14−15 июля.


Остановить наступление ИГИЛ на Пальмиру нужно любыми средствамиМеждународная военная политика
Конфликты  12.07.2016
Успехи ИГИЛ в контрнаступлении на Пальмиру объясняются тем, что сирийский Генштаб намеренно ослабил данную часть фронта, желая окончательно разобраться с джихадистами в районе Алеппо. Действительно, под Алеппо есть успехи, причем, значительные. Но жизни российских летчиков не могут быть платой за них. В последние несколько дней боевики ИГИЛ продолжали свое наступление на позиции правительственных войск в пустыне восточнее Пальмиры. По ряду данных, им удалось прорвать фронт и почти вплотную приблизиться к Тадмору – жилой части древнего города.
Сделка с оглядкой на ИзраильМеждународная военная политика
Конфликты  12.07.2016
11 июля посол Ливана в России Шауки Бу Нассар заявил, что его страна намерена закупить у России партию вооружений для борьбы с террористами. По его словам, переговоры о поставках находятся на «продвинутой стадии», поэтому «Ливан надеется получить эти вооружения в течение года». — Особенно Бейрут нуждается в российских противотанковых ракетных комплексах «Корнет». Мы все еще проводим переговоры с российской стороной для получения этого вида вооружения, это очень важно, — уточнил посол.
Против России в Сирии вводят «План Б»Международная военная политика
Конфликты  11.07.2016
До сих пор нет реакции Кремля на трагический инцидент, произошедший в Сирии в пятницу, 9 июля. Тогда боевики «Исламского государства» (ИГ) * сбили вертолет Ми-35М воздушно-космических сил (ВКС) РФ, выполнявший боевое задание. Члены экипажа: полковник Ряфагать Хабибуллин и лейтенант Евгений Долгин погибли. По сведениям газеты «Коммерсантъ», военные рассматривают варианты ответа — увеличение количества вылетов боевой авиации с базы Хмеймим и привлечение к операции «Возмездие» крейсера «Адмирал Кузнецов» вместе с его палубной авиацией.