20.05.2016, 11:43
Военно-морская угроза: надежда на мины и ракеты
Военно-морская угроза: надежда на мины и ракетыМеждународная военная политика
Как обезопасить наше побережье от нападения ВМС США и НАТО?

Часто можно услышать, в том числе и от весьма высокопоставленных военно-морских руководителей, что на море не может быть обороны. Силы флота всегда ведут активные, наступательные по своей природе действия. Оборона — это удел сухопутных войск.

Действительно, характер боевых действий на море отдельных тактических единиц практически всегда носит активный наступательный характер. Однако иная картина складывается при рассмотрении более крупных по масштабу боевых действий.

Уже на оперативном уровне оборонительные и наступательные действия группировок сил флота существенно различаются. Выделяются задачи ярко выраженного наступательного характера, такие, как завоевание превосходства в оперативно важном районе моря или океана, и чисто оборонительные, например, защита района боевых действий ракетных подводных лодок стратегического назначения или недопущение сил флота противника в назначенный район с целью поддержания в нем благоприятного оперативного режима. Еще более выражено выделение наступательных и оборонительных действий на море при рассмотрении оперативно-стратегического и стратегического уровней вооруженной борьбы.

Как правило, к стратегической обороне на море прибегал слабейший флот, основной задачей которого становилось недопущений ударов с моря по наземным объектам и срыв возможных десантных операций противника. Однако и более могущественные флоты при решении отдельных задач были вынуждены применять оборону. Примером могут служить действия английского и американского флотов против германских подводных лодок в ходе Первой и Второй мировых войн при защите своих стратегических коммуникаций, в частности трансатлантических.

Для современного российского ВМФ главной задачей в случае противостояния флотам США и НАТО будет защита акватории прилегающих к нашему побережью районов морей и океанов, причем в условиях подавляющего превосходства противника. В этом отношении весьма интересен опыт построения стратегической обороны российского Императорского Балтийского флота на Балтике в борьбе против значительно превосходящих сил немцев, а также опыт защиты проливной зоны турецким флотом от превосходящих сил союзников, решавших задачу обеспечения высадки стратегического десанта на побережье Турции.

Анализ хода боевых действий показал, что ключевую роль в успехе обороняющейся стороны сыграла мощная глубокоэшелонированная система позиционной обороны, опирающаяся на развитую сеть стационарных береговых батарей крупного калибра (от 152 мм до 305 мм) и плотных минных заграждений. Корабельные силы (активно используемые российским флотом, существенно менее активно турецким) играли вспомогательную роль, решая задачи борьбы с легкими силами флота противника, прежде всего минно-тральными, а также обновления и восстановления минных заграждений.

Появление ПКР большой дальности, развитие минного оружия, в частности, создание широкополосных и глубоководным мин дает возможность создавать оборону уже не только в ограниченных районах, но и в более обширных зонах морей и океанов.

То есть, сложились условия, когда главной ударной силе вероятного морского противника — авианосцам, можно будет противопоставить систему обороны, опирающуюся на береговые и позиционные средства — береговые противокорабельные ракетные комплексы и минные заграждения из широкополосных мин в глубоководных районах. Применительно к нашим океанским флотам такая система обороны может включать две основные зоны:

1. Минно-ракетная позиция дальней морской зоны, охватывающая районы морей и океанов, удаленные от нашего побережья от 200−250 до 450−500 километров. Ее основу должны составлять противокорабельные ракетные комплексы большой дальности и разреженные минные заграждения из широкополосных глубоководных мин. Мобильные силы флота, предназначенные для действий в этой зоне, должны включать основной состав корабельных сил дальней морской зоны, а также дальнюю (морскую ракетоносную) и корабельную авиацию.

Минная угроза должна быть такой, чтобы заставить противника покинуть этот район или, по крайней мере, принудить его принять меры противоминной обороны, в частности, перестроить свои корабельные группы в противоминные ордера. Для этого совершенно не обязательно иметь высокую плотность минных заграждений. Даже единичные подрывы на минах могут заставить противника принять меры противоминной обороны. При длительном маневрировании кораблей в районе боевого предназначении такой результат может быть получен даже при постановке единичных минных банок.

Залп береговых ракетных комплексов должен позволить «пробить» ПВО корабельного соединения противника. Для этого, по самым грубым оценкам, надо иметь в залпе от 35−40 до 50−60 ракет, в зависимости от состава кораблей охранения. Соответственной должна быть численность пусковых установок. То есть, необходимо от 5 до 10 дивизионов береговых ракетных комплексов большой дальности в зависимости от состава каждого из них. Второй такой залп, определяемый временем перезарядки комплекса, может последовать не более чем через час. Для сравнения - ракетным кораблям после пуска ракет необходимо будет вернуться в базу для перезарядки пусковых установок, на что может потребоваться несколько суток.

2. Минно-ракетная позиция ближней морской зоны охватывает районы морей и океанов от береговой черты до 150−200 км от побережья. Ее основу должны составлять противокорабельные ракетные комплексы средней и малой дальности и артиллерия, а также плотные и разреженные минные заграждения из широкополосных и других видов мин. Мобильные силы флота, предназначенные для действий в этой зоне, могут быть представлены кораблями и подводными лодками ближней морской зоны, а также истребительной, штурмовой и противолодочной авиацией берегового базирования.

Разреженные минные заграждения, преимущественно из широкополосных мин, могут быть использованы в относительно больших по площади районах, где необходимо предотвратить длительное пребывание сил флота противника.

Плотные минные заграждения важны для прикрытия особо важных ограниченных по площади районов.

Потребная численность береговых ракетных войск может быть оценена в 4−5 дивизионов ракетных комплексов средней дальности и 5−8 дивизионов малой дальности. Таким количеством ракетных комплексов будет возможно организовывать залпы составом от 4−6 до 20−30 ракет на разных направлениях одновременно.

Береговая артиллерия будет использоваться для прикрытия особо важных участков побережья. Поэтому ее численность будет определяться количеством и размерами этих участков. Грубо можно оценить потребности для наших океанских флотов в 4−5 дивизионов.

Таким образом, в условиях подавляющего превосходства в боевом составе военно-морских сил наших «партнеров», при неясных перспективах достижения баланса в военно-морских вооружениях с наиболее могущественными в военно-морском отношении странами, концепция минно-ракетной позиции может стать практически единственным реальным инструментом обеспечения защиты страны от военно-морской угрозы.

Надо отметить, что даже страна, обладающая наиболее мощным флотом в мире — США, организуя противодействие растущим высокими темпами ВМС Китая, считает целесообразным использовать подобный принцип. Американское военно-морское руководство предполагает запереть китайский флот в прибрежных морях Китая созданием подобных минно-ракетных позиций в проливных зонах этих морей.

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  18.11.2017
The National Interest продолжает знакомит читателей с небывалыми качествами «чемодана без ручки». То есть неудачного легкого истребителя F-35, на который уже потрачено столько денег, что отказаться от него уже невозможно. Слабые летные характеристики компания «Локхид Мартин» уже давно пытается скомпенсировать мощным программным обеспечением, которое должно быть чуть ли ни умнее пилота. В статье говорится, что по-настоящему прекрасный истребитель появится в начале двадцатых годов, когда будет готов программный блок с индексом Block IV. А пока придется полетать на том, что имеем.
Геополитика  17.11.2017
Согласно текущим взглядам военно-политического руководства Соединенных Штатов, наземная компонента стратегических ядерных сил является главной составляющей американской ядерной триады. Это обусловливается следующими отличительными особенностями межконтинентальных баллистических ракет наземного базирования: высокая готовность к нанесению ракетно-ядерных ударов в ходе любой стратегической наступательной операции и способность к реализации различных по характеру форм и способов боевого применения (превентивный, ответно-встречный или ответный ядерные удары в любых условиях текущей военно-политической и стратегической или оперативно-тактической обстановки); высокая надежность и всепогодность несения ими боевого дежурства и боевого применения по предназначению, а также способность обеспечить поражение с высокой точностью и эффективностью любых имеющих стратегическую важность различных по типу объектов противника. При этом атомные подводные ракетоносцы, вооруженные баллистическими ракетами, рассматриваются в первую очередь как средство для осуществления гарантированного ответного ядерного удара.
Мировой ВПК  16.11.2017
На Украине появилась вертолетостроительная промышленность. Об этом своим читателям поведал издающийся в Киеве еженедельник «Деловая столица». При этом продукция новоиспеченной промышленности называется в статье «смертоносными птицами» и «ракетоносцами».
Мировой ВПК  15.11.2017
У меня нет иллюзий относительно способности тех, кто еще смотрит ящик идиота, выйти из летаргического ступора благодаря предупреждениям Пола Крэга Робертса, Уильяма Энгдаля, Дмитрия Орлова, Андрея Мартьянова и моим. Но мы должны продолжать делать это потому, что партия войны (Единая Партия Неоконов), кажется, старается изо всех сил разжечь конфликт с Россией. Поэтому я и предлагаю объединить понятия «война с Россией» и «неотвратимые личные страдания», показав, что если на Россию нападут, два наиболее святых символа США — авианосцы и сам американский материк — будут немедленно атакованы и уничтожены.
Конфликты  13.11.2017
Разведкой ДНР отмечена ротация подразделений ВСУ на мариупольском направлении В связи с этим заместитель командующего оперативным командованием Донецкой народной республики Эдуард Басурин не исключает обострения ситуации. По словам представителя военного ведомства ДНР, отмечено прибытие на мариупольское направление 501 обМП (отдельного батальона морской пехоты) 36 обрМП (отдельной бригады морской пехоты) предположительно для ротации подразделений 1 обМП. Басурин убежден, что прибытие очередных военных только усугубит и «без того сложную ситуацию вблизи линии соприкосновения на Мариупольском направлении».
Конфликты  11.11.2017
Сирийские войска президента Башара Асада при поддержке ВКС России взяли последний оплот «Исламского государства" - Абу-Камаль. Часть террористов, удерживавших город, уничтожена, часть переправилась через Евфрат и движется в северном направлении. Об этом с пятницу, 10 ноября, заявил министр обороны РФ генерал армии Сергей Шойгу на военной коллегии России и Белоруссии.
Конфликты  08.11.2017
Исламское государство уже практически не существует, и его некогда мощная армия постепенно превращается в разрозненные и деморализованные партизанские отряды. Они совершают вылазки, предпочитают диверсии, но больше не могут организовать полноценное наступление. Конечно, это еще не конец, но больше Исламское государство не будет угрожать территориальной целостности Сирии. Окончательно это стало ясно после полного освобождения от боевиков города Дэйр-эз-Зор. Вероятно, пару серьезных сражений они еще дадут, но скоро на востоке страны станет спокойно, по крайней мере, на время, пока не станет ясно, чего друг от друга хотят курды и официальное правительство.