02.12.2015, 13:29
«Турецкий поток» лег на самое дно
«Турецкий поток» лег на самое дноМеждународная военная политика
Строительство газопровода де-факто заморожено.

Санкционная война Москвы с Анкарой не затронула газопровод «Турецкий поток». Об этом во вторник, 1 декабря, заявил министр экономического развития РФ Алексей Улюкаев.

«Что касается крупных инвестпроектов („Турецкого потока" и АЭС „Аккую"), никаких решений о замораживании не принималось. Но как дальше будут работать хозяйствующие субъекты, это от них зависит», — сказал Улюкаев. И эта оговорка — про якобы самостоятельные решения «хозяйствующих субъектов» — означает, что строительство газопровода в Турцию де-факто приостановлено.

Действительно, по данным «Коммерсанта», российское правительство всерьез рассматривало вариант полной отмены проекта, но «Газпром» сумел пролоббировать его заморозку до улучшения отношений с Анкарой. Проблема, однако, в том, что потепления на российско-турецком дипломатическом фронте наш монополист не может ждать бесконечно.

Максимум «Газпром» способен отложить строительство «Турецкого потока» на два года. В последнее время речь шла о прокладке не более двух ниток газопровода: первая предназначена для снабжения Турции, вторая — балканских стран. Инфраструктура на территории РФ — газопровод «Южный коридор» к Черному морю — во многом готова, и даже трубы для подводного участка «Турецкого потока» закуплены. По сведениям источников, «Газпром» на данный момент вложил в эти активы около $ 2 млрд. Словом, осталось только дать команду «марш».

Прокладка одной нитки «Турецкого потока» по дну Черного моря займет примерно год, вторую можно проложить быстрее. Это значит, что крайний срок начала строительства для «Газпрома» — 2018-й. В этом случае газопровод сможет заработать к 1 января 2020 года, когда у монополии истекает транзитный контракт с «Нафтогазом Украины».

Но если к 2018 году политические отношения с Анкарой не нормализуются, на «Турецком потоке» можно ставить крест. Для России это означает не просто прямые убытки. Хуже, что «Газпром» не сможет отказаться от украинского транзита.

Теоретически вторую нитку еще можно заменить каким-либо проектом по доставке газа из Центральной Европы — тогда «Газпром» будет снабжать Балканы из планируемого «Северного потока-2». Но нитку на Турцию заменить невозможно. Именно через Украину получает сейчас «голубое топливо» Анкара в количестве 14−16 млрд кубометров в год.

Можно, конечно, предположить крайний вариант: что мы украинский транзит закроем, а Турцию оставим без газа. В этом случае Анкаре придется несладко. Страна получает газ из четырех источников — России, Азербайджана, Ирана и поставок СПГ. Но только первые два источника могут считаться надежными. При этом Баку испытывает сложности с наращиванием добычи газа, и минимум до 2025 года не сможет предоставить новые, еще не законтрактованные объемы.

Вместе с тем, надо понимать: если мы закроем туркам «кран», «Газпрому» придется не только ломать голову над тем, кому продать турецкий газ, но еще и платить Анкаре компенсацию за срыв контракта.

Как сложится судьба «Турецкого потока», почему Москва готова не считаться с убытками, сворачивая этот проект?

— Решение — быть или не быть «Турецкому потоку» — упирается в геополитику, — уверен директор Исследовательского центра «Ближний Восток-Кавказ» Международного института новейших государств Станислав Тарасов. — Надо сказать, турецкая сторона в последнее время явно пользовалась геополитической уязвимостью России, возникшей в связи с украинским кризисом. Именно из-за этого Анкара выдвигала все новые требования по снижению цен на российский газ.

Изначально именно по этой причине было задержано подписание межправительственного соглашения по первой нитке «Турецкого потока» мощностью 15,75 млрд кубометров в год. Потом в Турции наступил внутриполитический кризис, и никто из турецких министров не хотел брать ответственности за подписание соглашения, затем министром энергетики стал зять турецкого президента Реджепа Эрдогана. А теперь перспективы заключения газового соглашения с Турцией и вовсе туманные.

Надо понимать: все договоренности «Газпрома» по «Турецкому потоку» носят предварительный характер. Поэтому мы действительно можем затянуть строительство газопровода на два года, или даже вовсе отказаться от проекта.

Обстановка вокруг «Турецкого потока» очень сложная. С другой стороны, поставки российского газа в Турцию через территорию Украины оговорены контрактом, и прекратить их «Газпром» может только в силу форс-мажорных обстоятельств. Это значит, что строительство газопровода по дну Черного моря для Анкары не является чем-то критически важным. С другой стороны, турки пытаются разыгрывать газовую карту с Азербайджаном, и открыто заявляют, что Баку может отчасти заместить российские поставки.

С третьей, многое зависит от позиции Ирана, который — в теории — мог бы в будущем полностью покрывать потребности Анкары в «голубом топливе». Если Тегеран является нашим партнером, он, по идее, должен поддержать нас в противостоянии с турками.

На руку нам в данном случае играет то обстоятельство, что имеющийся в Иране газопровод в Турцию обладает низкой мощностью. Даже если Тегеран пойдет на расширение сотрудничества с Анкарой, реконструкция этой «трубы» потребует огромных вложений. Между тем, иранская нитка проходит по соседству с зоной боевых действий. В такой ситуации ни одна компания мира не станет вкладывать деньги в этот проект.

По сути, приостановление строительства «Турецкого потока» должно подтолкнуть Анкару к сворачиванию конфронтации с Москвой. Депутаты парламента Турции от Народно-республиканской партии уже подсчитали, что из-за введенных РФ санкций турецкая экономика будет терять до $ 20 млрд ежегодно — а это около 3% ВВП страны. В такой ситуации «газовая война» с Россией будет иметь для турок очень серьезные последствия.

Отказываясь строить «Турецкий поток», мы играем на руку Украине. Что для нас важнее: наказать Киев или насолить Анкаре?

— «Турецкий поток» — проект в первую очередь геополитический. Газопровод — и это главное — может превратить Турцию в крупнейший энергетический хаб на Ближнем Востоке. А это означает серьезное укрепление позиций Анкары в регионе. Москва до последнего поощряла такое развитие событий, но сейчас наш взгляд на Турцию меняется.

Для Кремля ключевым становится вопрос: стоит ли давать в руки туркам геополитический козырь, пусть и зарабатывая взамен миллиарды долларов на продаже российского газа? Ведь понятно, что укрепление Анкары на фоне российско-турецкого противостояния означает, что в будущем РФ получит с турецкой стороны крупные проблемы. Или лучше остановить сотрудничество с Анкарой сейчас и зафиксировать потери?

Тем более, в сентябре «Газпром» подписал с пятью европейскими газовыми компаниями акционерное соглашение по строительству «Северного потока-2». Если с «Турецким потоком» не сложится, «Северный поток-2» позволит закрыть проблему поставок на Балканы, и отказаться от украинского транзита.

— Строительство «Турецкого потока» действительно упирается в отношения Москвы и Анкары, — согласен директор Института национальной энергетики Сергей Правосудов. — Объективная трудность заключается в том, что президент Эрдоган во многом ориентируется на турецкий националистический электорат. Этот электорат пребывает в диком восторге от инцидента с российским Су-24М, и турецкий лидер умело ему подыгрывает. Неслучайно он заявил, что «помимо России мы покупаем газ у многих стран, и с Божьей помощью преодолеем проблемы».

Но с другой стороны, Эрдоган прекрасно понимает: экономически Москва и Анкара сильно зависят друг от друга, и глобально портить отношения с Россией совершенно не в интересах Турции. Напомню, что в 2014 году Турция была вторым крупнейшим импортером российского газа после Германии — Анкара купила у «Газпрома» 27,3 миллиарда кубометров «голубого топлива». Поэтому, на мой взгляд, спустя какое-то время стороны будут искать компромисс, и наверняка его найдут.

— Может ли Турция заменить российский газ сирийской нефтью, которую она контрабандно закупает у «Исламского государства»?

— Нет, конечно. На фоне объемов поставок российского газа сирийская нефть — это капля в море.

— Как тогда сложится судьба «Турецкого потока»?

— Ключевой интерес Анкары в этом проекте состоит в том, чтобы обезопасить себя от возможных срывов поставок газа через Украину. Поэтому, на мой взгляд, первая нитка «Турецкого потока», так или иначе, будет построена — вопрос только в сроках. Тем более, «Газпром» действительно немало вложил в «Южный коридор», и не собирается закапывать инвестиции.

В отношении других ниток «Турецкого потока» вопросов гораздо больше. Но я все же считаю, что нитка на Балканы будет построена — правда, гораздо позже. Конечно, потребителей на Балканах можно обеспечивать и через «Северный поток-2», но в этом случае «Южный коридор» будет использоваться с неполной нагрузкой, а «Газпрому» это невыгодно.

Что до сценария с полным прекращением поставок российского газа Анкаре — он представляется откровенно фантастическим. Во-первых, «Газпром» связан долгосрочными контрактными обязательствами с турецкой стороной, и в случае срыва поставок будет вынужден платить крупные компенсации. Во-вторых, самой Анкаре нечем заменить российский газ, и это обстоятельство при любом раскладе будет толкать ее к компромиссу.

Категория: Экономика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  15.06.2017
Близится к завершению одна госпрограмма вооружения — ГПВ-2020, грядет следующая — ГПВ-2025. Мы поговорили с президентом Объединенной судостроительной корпорации Алексеем Рахмановым о том, как обстоят дела с гособоронзаказом, финансированием и смежниками.
Мировой ВПК  14.06.2017
Дальневосточный вояж заместителя министра обороны Юрия Борисова ежедневно приносит новости о том, как продвигается перевооружение российской армии. И каким образом совершенствуется военная техника, даже успешно пройдя государственные испытания. На днях Борисов, выступая в Комсомольске-на-Амуре во время посещения авиационного завода им. Гагарина, заявил о необходимости доработки истребителя Су-35С.
Мировой ВПК  14.06.2017
Продукция корпорации «Тактическое ракетное вооружение» (КТРВ) в ходе проведения операции в Сирии хорошо зарекомендовала себя и показала высокое качество. Такое мнение высказал вице-премьер Дмитрий Рогозин на юбилее знаменитой не только в нашей стране корпорации в подмосковном Королёве. «Это только начало большой работы, которая сейчас проходит испытания в Сирии, где все то, что производится вами, или большая часть того, испытывается, дорабатывается, доводится до ума, но показывает высокий класс. Это фактически переводит нашу армию, наш флот в другую лигу», — сказал Рогозин.
Мировой ВПК  14.06.2017
Радиотехнические войска ВКС планируют провести модернизацию радиолокационного комплекса «Небо-М», сообщил начальник РТВ генерал-майор Андрей Кобан. Комплекс достаточно молод, пришел в войска всего лишь пять лет назад, однако, как заявил Кобан: «У нас задан ряд работ по модернизации вооружения, которое имеется. Мы понимаем после 3−5-годичной технической эксплуатации, какой у нас имеется модернизационный потенциал — простым языком говоря, что можно было бы улучшить. На сегодняшний день такая работа активно ведется».
Конфликты  20.06.2017
Судя по сводкам, авиация коалиции США больше не пересекает линию, за которой ее самолеты станут целями российских средств ПВО. Впервые со времен «броска на Приштину» США пришлось уступить под нажимом российских военных. Австралия и вовсе отказалась поднимать свои самолеты в сирийское небо. Теперь вопрос в том, будут ли зоны военного влияния в Сирии совпадать с политическими.
Конфликты  19.06.2017
Минобороны объявило, что «любые воздушные объекты (включая самолеты и беспилотные аппараты международной коалиции), обнаруженные западнее реки Евфрат, будут приниматься на сопровождение российскими наземными средствами ПВО в качестве воздушных целей». Это решение – следствие уничтожения американским самолетом сирийского Су-22. Что оно означает с практической точки зрения?
Конфликты  15.06.2017
США перебросили на базу Ат-Танф в Сирии реактивные системы залпового огня. Их местные союзники говорят о создании второй базы в Эз-Закфе. Причины спешки понятны: многомесячная эпопея движется к развязке, ставки резко возросли, и сложившуюся в Сирии ситуацию недаром сравнивают с гонкой по Европе весной 1945 года.