13.08.2015, 19:37
Террористы ИГ переползают Кавказский хребет
Террористы ИГ переползают Кавказский хребетМеждународная военная политика
Что Россия способна противопоставить их натиску?

«Исламское государство» в ближайшей перспективе намерено перенести свою террористическую активность с арабских стран на Кавказ, Среднюю Азию и Индонезию. Об этом говорится в докладе, подготовленном Главным управлением по религиозным предписаниям Египта. По мнению авторов документа, сменить тактику террористов вынудили боевые действия арабских государств по разгрому формирований ИГ и растущее противодействие им со стороны культурных и религиозных организаций региона.

Египетские эксперты подчеркивают, что на Кавказе, в Средней Азии и Индонезии «ИГ будет достаточно легко вербовать сторонников в свои ряды, поскольку мусульмане в этих районах многочисленны, незнакомы с экстремистской идеологией группировки и заранее настроены доверять проповедующим арабам». Новых сторонников ИГ планирует использовать для дестабилизации обстановки в арабских странах.

Если выводы египтян верны, для России, естественно, самое неприятное — то, что проповедники экстремизма собираются в массовом порядке на Кавказ. Уже два десятилетия, с первой военной кампании в Чечне, наше государство ведет там ожесточенную и кровопролитную борьбу с исламскими террористами. Лишь несколько лет назад бандподполье почти удалось разгромить. Недавно в Дагестане уничтожен глава организации «Имарат Кавказ» Магомед Сулейманов.

По мнению многих экспертов, в родных краях найти новых лидеров местным террористам будет очень сложно. Неужели на место убитых придут люди с Ближнего Востока?

В феврале этого года директор ФСБ Александр Бортников заявил, что на стороне «Исламского государства» воюют 1700 россиян. О масштабе проблемы говорит тот факт, что противодействию вербовщикам ИГ было посвящено заседание Совета безопасности России 12 августа.

За последние годы наше государство научилось силой подавлять террористические группировки. Но как быть с тем, что их ряды пополняют всё новые люди? Ясно, что требуется большая работа на идеологическом поприще.

Свою лепту в этом направлении вносит Духовное управление мусульман России. Недавно оно организовало даже специальные курсы для имамов, где их учат противодействовать экстремистской идеологии. В мае этого года Совет муфтиев России принял специальную доктрину. Она настоятельно рекомендует всем мусульманам страны строго исполнять законы РФ, а участие в боевых действиях на стороне радикалов рассматривает как грех.

Но все ли захотят прислушаться к российскому мусульманскому духовенству, а не к заезжим арабским проповедникам?

Первый заместитель председателя Совета муфтиев России и Духовного управления мусульман России Рушан хазрат Аббясов признает, что работа предстоит еще очень большая:

— После 70 лет атеизма нам пришлось воссоздавать мечети, медресе. Мы понимали, что без этого у нас не будет мест, где мы могли бы просвещать молодежь, прививать им духовно-нравственные ценности. За 70 лет было утрачено более 15 тысяч мечетей, многие духовные центры. Начали с их возрождения. Мы должны заниматься просветительством, наше главное оружие — слово.

Однако есть молодежь, которая не получила полноценного духовного образования и встала в ряды тех, кто борется с исламом. Экстремисты называют себя «Исламским государством», но мы понимаем, что эти структуры созданы для борьбы именно с настоящим исламом.

Прикрываясь религиозными лозунгами, террористы через социальные сети пытаются проникнуть в разные страны. Коррупция, социальная незащищенность граждан создают для такой разрушительной работы благоприятную среду. Когда молодые люди социально не защищены, не могут поступить в хороший институт, устроиться на хорошую работу, радикальные идеи представляются возможностью себя реализовать. Те же, кто организует террористические организации, нуждается в «пушечном мясе», чтобы вести далекие от ислама геополитические игры.

Мы должны в нашей стране и в Средней Азии сформировать мощные образовательные, просветительские центры, воссоздать утраченные богословские школы, мечети, медресе. Мы доносим истинные духовно-нравственные ценности и тем самым удерживаем нашу молодежь от попадания к экстремистам. Потому что радикальные идеи — ловушка.

Наш духовный лидер Равиль Гайнутдин обращался к президенту России: не надо в средствах массовой информации называть террористов «Исламским государством». Они сами себе присвоили такое имя. Но есть молодежь, которая не окрепла в своих знаниях, она может поддаться на подобного рода провокации и попасть в сети террористических организаций.

— В чем причина, что не все прислушиваются к духовным лидерам?

— До революции в России было 15 тысяч мечетей, за последние 20 лет мы смогли восстановить всего восемь тысяч. Этого очень мало. В России более 20 миллионов мусульман. На всех места в мечетях не хватает. Зато в каждом доме есть интернет. Серьезные мировые силы и занимаются вербовкой в ИГ через интернет.

Мы тоже используем этот ресурс, доносим наши идеи через социальные сети, привлекаем молодежь к созиданию. Но организовали такую работу только в последние годы, опыта явно недостаточно.

Скажем, у нас же в обществе есть алкоголики, наркоманы, хотя с этими пороками идет борьба на государственном уровне. Точно так же и здесь. Кого-то мы можем остановить, но кто-то, к сожалению, встает на порочный путь.

Профессор Дагестанского государственного университета Мустафа Билалов замечает, что противодействовать экстремистам должно всё общество:

— Действительно, на Северном Кавказе и у нас в Дагестане есть доверие людей к различным мусульманским проповедникам. Особенно в горных селах. С другой стороны, в Дагестане появилась и некоторая настороженность. На мой взгляд, сложно делать однозначный вывод о влиянии проповедников экстремизма.

Почему молодые люди с Кавказа едут воевать на Ближний Восток?

— Я думаю, что всегда будет определенное количество тех, кто хочет подобным образом идентифицировать себя, выразить. Это, конечно, не массовое настроение так идентифицировать себя с исламским миром. Вербовка проходит с тем же успехом, что и в других регионах. Конечно, в определенной степени сказывается массовая незанятость молодежи.

— Как уберечь людей от попадания в сети ИГ?

— Нужно идти к формированию единой общественной идеологии. Эта идеология должна быть привлекательной, разработанной. Ее сейчас нет в стране и в Дагестане в частности. Вербовщики экстремистов пользуются мировоззренческим разбродом. В материальном плане жизнь становится лучше, уже нет той нищеты, что была в «девяностые». Но в духовном плане образовался вакуум.

— Почему не все слушают имамов, проповедующих традиционный ислам?

— Я не думаю, что эти проблемы можно решать через мечети и имамов. Для вербовки экстремистов, на мой взгляд, достаточно информации из телевидения. У людей возникает озлобленность по отношению к западной культуре, особенно к американской.

Я не могу сказать, что и духовенство активно работает в плане противодействия экстремизму. Конечно, во время проповедей, на праздниках имамы говорят, что терроризм это плохо, что не надо никуда ехать убивать, что ислам это религия мира. Но о целенаправленной работе не могу сказать.

— К сожалению, египтяне правы, что к арабам у мусульман особое отношение, — говорит член Экспертного совета по проведению религиоведческой экспертизы при Минюсте РФ Роман Силантьев. — Всё-таки язык ислама арабский, и это ставит как его носителей арабов в особое положение, на более высокую ступень в глазах других мусульман. Еще недавно в России даже разнорабочие арабы воспринимались подчас как шейхи, богословы и очень авторитетные религиозные лидеры. Хотя их знания были крайне скудны. Но сам факт владения арабским языком ставил их на недосягаемую высоту.

Индонезия, о которой пишут египтяне, — самая крупная мусульманская страна в мире. Там тоже есть террористы. И если проповедники «Исламского государства» там будут иметь успех, то мы можем столкнуться с террористической активностью в Юго-Восточной Азии.

Что касается Средней Азии, то такого отношения к арабам там уже нет. Прошло 25 лет с момента начала исламского возрождения, за это время на арабов все насмотрелись и знают, что арабы бывают разные, а сам факт владения арабским языком ничего не значит. Там есть свои богословы. Так что опасность ниже.

Но дело не в некритичности местного населения. Мы видим, что в Сирии, Ираке, которые находятся в центре исламского богословия, и появилось ИГ. Оно развилось в самом сердце мусульманской цивилизации. В том же Египте, который один из центров исламской цивилизации, пришли к власти террористы из организации «Братья-мусульмане». Так что болезнь экстремизма порождает не окраины, а самый центр мусульманского мира. Саудовская Аравия, которая контролирует мусульманские святыни, управляется агрессивными сектантами-ваххабитами.

На Северном Кавказе ситуация постепенно улучшается. Но недавно «Исламское движение Узбекистана» присягнуло ИГ.

В принципе, доклад египтян не открывает ничего нового. «Исламское государство» уже давно ориентируется на русскоязычных мусульман, есть даже на русском языке журнал и видеоконтент. Но наибольшую угрозу представляет расширение влияния ИГ на Индонезию.

— Почему не все российские мусульмане верят проповедникам традиционного ислама?

— У нас и по линии официальных мусульманских организаций приезжают вербовщики ИГ. Недавно были обнаружены проповедники из Турции, которые имели бумаги с обращением к Духовному управлению мусульман азиатской части России. Правоохранительные органы выяснили, что турки занимались вербовкой в ИГ. А до этого наше духовенство проводило курсы повышения квалификации, говорили о вреде ИГ. То есть, с одной стороны рассказывают, что ИГ это плохо, а с другой стороны, по их линии приезжают вербовщики.

Недавно был случай, что имам Воронежа отправился воевать в Сирию на стороне «Исламского государства». Вот как так получилось, что террорист возглавлял общину города-миллионера? Можно ли после этого доверять лекциям, которые читает исламское духовенство России о вреде ИГ?

Одни мусульманские организации борются с распространением идей ИГ, а другие только создают видимость, дабы не раздражать правоохранительные органы, а по факту закрывают глаза на вербовку молодых людей.

— Как эффективнее всего противостоять вербовщикам ИГ?

— Простого ответа на этот вопрос нет, нужен целый комплекс мер. Некоторые говорят, что надо восстановить советскую систему образования, и вот тогда, в светлом будущем, у нас перестанут уходить в ИГ.

Надо честно сказать, что есть люди, которые всю жизнь мечтали вступить в подобную организацию. И их не так мало. В процентном отношении их мало, а в абсолютных цифрах их много.

Надо понимать, что такие люди есть, и с ними надо жестко бороться. Дело тут не в воспитании, не в мелких проблемах со школой, институтом, семьей. Всегда одних учила школа, а других плохому учила улица. Сейчас плохому учит интернет. Им надо четко объяснить, что вступив в террористическую организацию, они очень быстро умрут. Надо ужесточать законодательство. Кадыров правильно предлагает лишать боевиков гражданства, чтобы больше не пускать обратно. Надо делать всё, чтобы их побольше уезжало и поменьше возвращалось. Для нас главная проблема не в том, что едут воевать в Сирию, а что потом возвращаются домой. В какой-то степени ИГ позволяет России избавиться от террористов. Их быстро перемалывают в Сирии. Пусть лучше они там бесславно гибнут, нежели взрывают что-то у нас.

Категория: Конфликты



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  14.07.2017
Мощные и дорогие корабли Королевского флота могут быть повреждены или разрушены сравнительно дешевыми ракетами, например, российского или иранского производства, пишет британское издание Daily Mail. Поэтому Великобритании стоит переключиться на разработку оборонительных мощностей кораблей, чтобы они не уступали наступательным.
Мировой ВПК  14.07.2017
С американским истребителем F-35 происходят удивительные трансформации. Нет, лучше он не становится. Самолет, который в ограниченном количестве находится в опытной эксплуатации, еще неизвестно когда доведут до ума. То есть до того уровня, который обещан корпорацией Lоckheed Martin как Пентагону, так и целому ряду стран, входящих в НАТО. Журнал National Interest в пространной статье рассказывает о модернизации пока еще как следует не вставшего «на крыло» многоцелевого истребителя пятого поколения.
Мировой ВПК  13.07.2017
После того как американские эсминцы разбомбили сирийскую авиабазу «Томагавками» — крылатыми ракетами, умеющими скрытно, на малой высоте подбираться к цели, оживились дискуссии о средствах противодействия этому коварному оружию. Среди таких средств особое место занимает МиГ-31, один из самых интересных боевых самолетов, созданных в нашей стране.
Мировой ВПК  07.07.2017
«Вестник Мордовии» на днях сообщил о том, что в Сирии танки Т-72Б3 впервые использовали танковые управляемые ракеты комплекса 9К119М «Рефрекс-М», которые по классификации НАТО имеют обозначение АТ-11 «Снайпер». «Рефлекс-М» и его предшествующую модификацию — 9К119 «Рефлекс» — принято называть противотанковым ракетным комплексом (ПТРК). Однако это не в полной мере отражает реальность", поскольку комплекс способен поражать не только танки, но и вертолеты, другие низколетящие цели, инженерные сооружения, уничтожать живую силу противника.
Конфликты  04.07.2017
На Международном военно-морском салоне в Санкт-Петербурге тульское НПО «Сплав» представило модернизированные противолодочные ракеты для комплекса РПК-8 «Запад». Ракеты, получившие индекс 90Р1, уже запущены в серийное производство и начинают поступать на боевые корабли ВМФ России.
Конфликты  04.07.2017
Риски прямого военного конфликта России и США на сирийской территории неумолимо возрастают, прогнозируют западные аналитики. Все плотнее «увязают» в сирийской пустыне и другие державы — Иран, Турция, Израиль, которые мечтают безраздельно властвовать на этой территории. У кого из генералов первым не выдержат нервы, чтобы отдать приказ на атаку вчерашних союзников?
Конфликты  04.07.2017
Интернет звенит о том, какой может быть конфронтация между РФ и США. Внесу свой вклад и я. Диспозиция глазами Stratfor и иже с ними: хоть у России в Сирии и имеются ракетные системы класса «земля-воздух» и юркие истребители, все это неспособно выстоять в короткой и жестокой войне против США.