28.01.2015, 01:49
Саудовская Аравия: Куда плывет «непотопляемый авианосец» Америки?
Саудовская Аравия: Куда плывет «непотопляемый авианосец» Америки?Международная военная политика
Саудовская Аравия не хочет сотрудничества с Россией. Никакого. Единственное, что нужно Эр-Рияду от Москвы — это сдача ею своих союзников и отказ от присутствия на Ближнем Востоке. В решении задач экспансии ваххабизма, который является официальной идеологией, Саудовская Аравия тем более предпочитает обходиться без участия российских властей, что не мешает некоторым дилетантам от политики с упорством вновь наступить на грабли бредовой идеи о неких «особых российско-саудовских отношениях».

Траурные мероприятия в Эр-Рияде, проведенные в связи со смертью короля Абдаллы, наглядно показали, как выглядят внешнеполитические приоритеты нового руководства Саудовской Аравии, которые закрепит начинающийся 27 января визит в Эр-Рияд президента США Барака Обамы.

Впрочем, назвать нынешнее руководство королевства новым — откровенное преувеличение. По сути, Салман был вторым лицом в стране с 2012 г., когда физические недуги Абдаллы уже не позволяли ему активно участвовать в процессе управления. По большей части он лишь задавал направление стратегического курса, а его реализация была уже обязанностью первого кронпринца. Кроме того, вместе с Салманом в проведении внутренней и внешней политики активно участвовало и своеобразное саудовское «политбюро» — узкий круг (не более десятка человек) представителей династии, в руках которых сосредоточена реальная власть и рычаги управления, от силовых структур до министерств «экономического блока».

Когда после смерти Абдаллы новый король заявил о «продолжении той верной политики, которую избрала Саудовская Аравия с момента своего создания», ни у кого не возникло сомнений. Это не обычные клятвы «продолжить дело» и «поднять выпавшее из рук покойного знамя», традиционно звучащие над усопшим политиком и столь же традиционно забываемые на следующий день. Здесь все серьезнее — продолжение политики Абдаллы и его предшественников является для саудовской династии залогом сохранения власти, а значит — и физического выживания ее многочисленных представителей. Оно и будет определять внутриполитическую повестку для короля и «политбюро» — осторожное, но неуклонное реформирование, целью которого является совмещение традиций ваххабитского королевства с реалиями XXI века. Наступила очередь обсудить и основные приоритеты, которых будет придерживаться Эр-Рияд на международной арене.

Главный пункт того курса, верность которому намерен сохранять новый «Хранитель двух святынь» (так официально именуют короля) — стратегическое партнерство с Вашингтоном. Настолько тесное, что в отношении Саудовской Аравии вполне уместно употребить вышедшее из моды, но оттого не переставшее быть актуальным выражение «непотопляемый авианосец США». Охлаждение между американцами и саудовцами, которое возникло после «Арабской весны» — явление временное и поверхностное, не затрагивающее саму суть стратегического партнерства между монархией и «цитаделью демократии». Конфликт возник не между интересами двух стран, а между саудовским «политбюро» и той частью администрации Обамы, которая формировала политику США на Ближнем и Среднем Востоке. Эта политика, подчиненная идеологеме «тотального экспорта демократии», причем с опорой на «Братьев-мусульман» и других представителей «политического ислама», вполне справедливо расценивалась Эр-Риядом как откровенно некомпетентная и ведущая к массе негативных последствий для самой династии. Исламисты вышли из-под контроля, а «околоиранские» комбинации Обамы и Керри повлекли за собой новый всплеск «шиитского пробуждения» в регионе.

При всем недовольстве саудовцев, на которое в последние годы натыкались глава Белого дома и его госсекретарь, Эр-Рияд ни на йоту не ослабил, а только прирастил, свои связи с американским истеблишментом: Пентагоном, военно-промышленным комплексом, разведкой и «мозговыми центрами». Особенно с теми из них, кто связан с республиканцами. По сути, Саудовская Аравия решила «переждать» президентский срок Обамы, философически воспринимая все повороты его ближневосточной политики, наращивая свое присутствие в тех геостратегически значимых точках, контроль за которыми означает власть над всем регионом — Египет и Ливан.

Следование принципу «обамы приходят и уходят, а американские интересы остаются» оказалось верной политикой. До конца пребывания Обамы в Белом доме осталось всего ничего. Следующему президенту он оставит в наследство клубок противоречий и проваленных проектов на Ближнем Востоке, решить которые Вашингтон сможет только в партнерстве с саудовцами. Так, возникший за последние два-три года альянс Эр-Рияда и Тель-Авива служит дополнительной для династии гарантией того, что как бы не хотелось этого «экспортерам демократии» из США и Евросоюза, но устроить небольшую цветную революцию в королевстве для «облагораживания фасада» не получится. Серьезные держатели «аравийских акций» из правящих кругов Запада не дадут.

Вместе с сохранением статуса «американского непотопляемого авианосца» останется и преемственность в отношениях с исламистами, точнее — в их использовании как проводника саудовского влияния и ударного инструмента для атаки геополитических противников. Борьба Эр-Рияда с терроризмом и экстремизмом носит откровенно избирательный характер. «Аль-Каида», «Исламское государство» и «Братья-мусульмане» сейчас подвергаются публичной порке с применением авиации в качестве примера остальным: дескать, вот что будет с теми, кто нарушит условия сделки. Суть предварительного соглашения была достаточно незатейлива — финансирование и прочая помощь в обмен на две вещи: во-первых, лояльность в отношении династии и безоговорочное признание ее лидерства в исламском мире; во-вторых, минимум самостоятельности в выборе основных целей для атак.

«Головокружение от успехов», приключившееся с исламистами в Египте, Сирии, Ираке и еще некоторых странах, подтолкнуло их к роковому решению — «кинуть» своих кураторов из Вашингтона и Эр-Рияда. Да еще и «продемонстрировать оскал», совершив покушение на главу саудовского МВД Мохаммеда ибн Найефа — влиятельнейшего члена династии, а теперь еще и второго кронпринца. Такого ни династия, ни США спускать не собираются, а потому бомбежками и точечными ликвидациями «критикуют» тех, кто вышел из-под их контроля. Наряду с этим отбираются новые кандидаты на освободившиеся вакансии в «штурмовых отрядах», которым в ближайшем будущем предстоит исправлять ошибки администрации США в Сирии, Ливане, Ираке, на Кавказе и в постсоветской Средней Азии. Только сохранение преемственности на двух этих направлениях (стратегического партнерства с Соединенными Штатами и использования исламистов для решения геополитических задач) уже делает невозможным рабочие отношения между Москвой и Эр-Риядом.

Цели России и Саудовской Аравии в стратегических вопросах от Сирии и Ирака, от иранской ядерной программы до стабильности Кавказа и «евразийского пространства» — диаметрально противоположны. Единственное состояние, которое возможно между двумя странами на ближайшее время — своеобразный «вооруженный нейтралитет», причем Москва должна быть постоянно готова к тому, что Эр-Рияд этот нейтралитет нарушит. Парадокс: если в Саудовской Аравии это не только понимают, но и постоянно демонстрируют, то в головы российских экспертов эта простая мысль никак не уместится.

Примеры? Как говорится, их есть у меня. В частности, в ноябре 2014 г., как сообщает нам сайт МИД РФ, «министрами иностранных дел Российской Федерации и Саудовской Аравии» достигнута договоренность «о создании двусторонней рабочей группы по борьбе с терроризмом», а 20 января в Эр-Рияде «прошли российско-саудовские межведомственные консультации» по данному вопросу. Как и следовало ожидать, мероприятие прошло исключительно «для галочки». Иначе и быть не может, поскольку то, что для России — терроризм, для Саудовской Аравии — нормальная практика реализации внешнеполитических задач. А чтобы скрыть откровенный провал и никчемность, «Российская газета» дала информацию об этом «эпохальном» событии под заголовком: «РФ и Саудовская Аравия договорились о совместной борьбе с террором». Где будем совместно бороться?

26 декабря прошлого года «РИА Новости» порадовало информацией о том, что «верхняя палата российского парламента наградила медалью „Совет федерации. 20 лет“ посла Саудовской Аравии в Москве Али Джаафара». Причем как заявил вручавший награду заместитель председателя Совета Федерации Ильяс Умаханов, «Валентина Ивановна (Матвиенко) приняла решение о награждении посла почетной юбилейной медалью. Этой медали удостоены только члены Совета Федерации нынешнего состава и даже не все прошлого и выборочно послы, в основном, СНГ. Но такая церемония проводится впервые».

Если этим неуклюжим жестом сенаторы рассчитывали хоть как-то добиться «взаимности» от страны, которая в прошлом веке дважды (в Афганистане и Чечне) спонсировала убийц наших граждан, а один раз — совместно со своим главным союзником, Вашингтоном, участвовала в подрывной экономической операции, то они откровенно просчитались. В Эр-Рияде на этот и многие другие «сигналы» московских фантазеров от геополитики относятся равнодушно. Россия для Саудовской Аравии — враг. И это отношение к Москве при новом короле останется столь же неизменным, как и другие внешнеполитические ориентиры королевства.

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  15.06.2017
Близится к завершению одна госпрограмма вооружения — ГПВ-2020, грядет следующая — ГПВ-2025. Мы поговорили с президентом Объединенной судостроительной корпорации Алексеем Рахмановым о том, как обстоят дела с гособоронзаказом, финансированием и смежниками.
Мировой ВПК  14.06.2017
Дальневосточный вояж заместителя министра обороны Юрия Борисова ежедневно приносит новости о том, как продвигается перевооружение российской армии. И каким образом совершенствуется военная техника, даже успешно пройдя государственные испытания. На днях Борисов, выступая в Комсомольске-на-Амуре во время посещения авиационного завода им. Гагарина, заявил о необходимости доработки истребителя Су-35С.
Мировой ВПК  14.06.2017
Продукция корпорации «Тактическое ракетное вооружение» (КТРВ) в ходе проведения операции в Сирии хорошо зарекомендовала себя и показала высокое качество. Такое мнение высказал вице-премьер Дмитрий Рогозин на юбилее знаменитой не только в нашей стране корпорации в подмосковном Королёве. «Это только начало большой работы, которая сейчас проходит испытания в Сирии, где все то, что производится вами, или большая часть того, испытывается, дорабатывается, доводится до ума, но показывает высокий класс. Это фактически переводит нашу армию, наш флот в другую лигу», — сказал Рогозин.
Мировой ВПК  14.06.2017
Радиотехнические войска ВКС планируют провести модернизацию радиолокационного комплекса «Небо-М», сообщил начальник РТВ генерал-майор Андрей Кобан. Комплекс достаточно молод, пришел в войска всего лишь пять лет назад, однако, как заявил Кобан: «У нас задан ряд работ по модернизации вооружения, которое имеется. Мы понимаем после 3−5-годичной технической эксплуатации, какой у нас имеется модернизационный потенциал — простым языком говоря, что можно было бы улучшить. На сегодняшний день такая работа активно ведется».
Конфликты  26.06.2017
В понедельник противостояние между ЦАХАЛ и некими вооруженными силами на сирийской территории продолжилось. В ход вновь пошла артиллерия, есть погибшие и раненые. Обстоятельства этих инцидентов, как и всех предыдущих, крайне запутаны. В то же время геополитики в них гораздо меньше, чем принято считать.
Конфликты  20.06.2017
Судя по сводкам, авиация коалиции США больше не пересекает линию, за которой ее самолеты станут целями российских средств ПВО. Впервые со времен «броска на Приштину» США пришлось уступить под нажимом российских военных. Австралия и вовсе отказалась поднимать свои самолеты в сирийское небо. Теперь вопрос в том, будут ли зоны военного влияния в Сирии совпадать с политическими.
Конфликты  19.06.2017
Минобороны объявило, что «любые воздушные объекты (включая самолеты и беспилотные аппараты международной коалиции), обнаруженные западнее реки Евфрат, будут приниматься на сопровождение российскими наземными средствами ПВО в качестве воздушных целей». Это решение – следствие уничтожения американским самолетом сирийского Су-22. Что оно означает с практической точки зрения?