31.10.2016, 13:43
Сатановский: Алеппо надо было дожать в феврале
Сатановский: Алеппо надо было дожать в февралеМеждународная военная политика
Шахматы — изобретение восточное, поэтому на Востоке все строится по такой модели: в жизни выигрывает тот, кто просчитал каждый свой шаг. Поэтому в бою побеждает не тот, у кого мощная армия, а тот, кто хорошо играет в шахматы.

То, что сегодня происходит на Ближнем Востоке, никакой шахматной логике не поддается. Дети школы в сирийском Идлибе, старшим из которых было 10 лет, просто хотели жить. И учиться. Может быть, этой самой шахматной науке. Теперь — не суждено. Погибли при бомбежке. Сколько еще будет новых жертв? Сколько будет длиться война?

— Ближний Восток — это пороховая бочка со множеством бикфордовых шнуров. Там всегда так было. И долго еще будет. Шнуры горят, все непрерывно взрывается сотни и сотни лет, — говорит президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский. — Старые игроки, новые игроки. Это большая игра. Ничего не изменилось. Только игроков стало больше.

— Часто спрашивают: зачем России расширять свое военное вмешательство на Ближнем Востоке?

— А что террористов не пострелять на территории, где попадутся? Хоть в египетском Синае, хоть в Ираке, хоть в Ливии. Ждать, пока они до нас доедут? Посмотрев на нас, китайцы, решили: Госбез (Ганьбо) будет гоняться за уйгурами по Сирии. И в Ирак заглянет. Это же гораздо дешевле — перебить там всех боевиков. Идет масштабнейшая поставка боевиков из Сирии и Ирака. Например, тем же уйгурам турки (они же не только работают с сирийско-иракским блоком), выписывают турецкие паспорта. И китайско-уйгурский террорист «превращается» в турецкого туриста. Едет спокойно в Китай — со всеми вытекающими, как говорится. Такие паспорта выписывало турецкое посольство в Таиланде, в Индонезии. Ливия — это вообще некая система сообщающихся сосудов. В «Исламское государство» ушло довольно много боевиков из Центральной Азии, из России. Что нам, собственно говоря, на них смотреть? Их надо уничтожать, где угодно. Мне совершенно не хочется экономить деньги на этом.

— Вы как-то сказали, что война — это нормальное состояние человечества, а мир — ненормальное исключение. В Россию может прийти такая война?

— Она здесь была, есть и будет. Она затихает и останавливается. Нам же обещали, что террористы пойдут взрывать российские города. Только что о терактах нас предупредили официальные американские представители. Но нам и так понятно, что будут готовиться и уже готовятся группы террористов. Они будут заходить через Центральную Азию. Киргизия — вообще идеальный плацдарм для этого. И через Казахстан вполне возможны переброски террористических формирований. То же самое — через Украину, Прибалтику. Белоруссия тоже идеальный маршрут. Какие проблемы-то — перебросить к нам любое количество боевиков с сирийско-иракского плацдарма в сопровождении дагестанцев, выходцев из Чечни, тех, кого вытеснили из «Имарат-Кавказ», «независимой Ичкерии»? Тех, кто прошел школу боевиков в Сирии и в Ираке. Да хоть из Западной Европы. У них подготовлены вполне легальные документы для перехода границ.

— А как с этим бороться?

— Это работа Госбеза. Безусловно, будет серьезнейшее обострение ситуации во время чемпионата мира по футболу. У нас неслучайно ведется милитаризация системы, резкое усиление сил безопасности.

— Большие надежды возлагаются в урегулировании конфликта на дипломатическую миссию: договориться с США, с Евросоюзом…

— Когда, у кого была возможность договориться дипломатически? Молотов договорился с Риббентропом? Надолго? Что-то не очень. Вы или врага убиваете, и тогда к вам никто не заходит, или создаете угрозу для него настолько неприемлемую, что он просто боится вас трогать. Военный баланс должен быть такого уровня, чтобы было понятно: вас дешевле не трогать. А дипломаты ничего не определяют: они оформляют сложившееся положение. Если, конечно, это процесс ради процесса, в старом русском стиле «а поговорить», тогда дипломаты потребны.

По Сирии мы не договоримся никогда, и не можем договориться. Там цена вопроса для турок — отгрызть территории в Сирии, а при случае и в Ираке, которые Эрдоган считает Турцией со времен позорного Лозаннского договора.

Там задача саудовского наследника-наследника, есть такая должность, стать королем в обход его конкурента — наследника престола. Почему Мухаммед Бин Салман, затратив гигантские усилия, огромные деньги, должен отказаться от трона? А он же его не получит, если провалит ситуацию в Сирии. Как они могут остановиться?

Безумные амбиции у Катара, который «Имарат Кавказ» финансирует. Его не зря называют «лающей мышью». Чего ради Катар финансировал ИГИЛ, «Братьев мусульман»? Зачем они платили американцам, чтобы те с нами договорились? Всем платили, включая Хиллари Клинтон — на ее предвыборную кампанию.

Так что, никаких шансов. Это надо понимать. Сначала армия и спецслужбы решат свои вопросы, потом дипломаты фиксируют это договоренностями. Роль дипломатии в данном случае — это не цемент, который скрепляет кирпичи. А это, если угодно, лак, фиксирующий прическу. В ближневосточном концерте их флейта — не главная.

— А отставка Башара Асада может положить конец войне? Какова ситуация в Сирии? Там даже поговаривают о его возможном преемнике?

— Разговоров, мнений на эту тему много. Увидим. Война завязла, и может продолжаться долго достаточно. У саудовцев денег на войну хватит на 3−5 лет. Перелом был возможен, если бы в феврале не занимались болтовней о перемирии, а дожали Алеппо: тогда бы избежали тех разрушений и жертв, которые видим сегодня. Понимаете, кошке не надо рубить хвост по частям. Когда ты вышел на соответствующий рубеж, и с него можно занять следующую позицию, надо это быстро делать. Меньше будет жертв. Сегодня это делается на порядок с большими жертвами, чем было бы в феврале. Завтра, если мы продолжим всю это тягомотину с многодневными и многочасовыми перемириями, потерь будет еще больше.

— А коридоры гуманитарные, они работают?

— Они не работают, потому что террористы не выпускают из Алеппо людей. Они обстреливают и минируют эти коридоры. Люди там — заложники. В Мосуле такая же ситуация. Можно подумать, что Вермахт выпустил бы из Берлина жителей, или из Кенигсбрега эвакуировал, чтобы остаться один на один с Красной Армией. Черта с два. Жалко людей, жалко. Но оставлять их в руках террористов — это уже совсем глупо.

— А взять Алеппо возможно в ближайшее время?

— Я про время никогда не говорю. Что значит «в ближайшее»? Вы бы задали в 1942 году вопрос людям под Сталинградом: «А когда мы будем брать Берлин?»… Это война. И относиться к ней надо по-взрослому. Как взять — армия знает. Не надо мешать ей. Если не помогать, то хотя бы не мешать.

— На этом фоне Генеральный штаб РФ заявил, что еще 300 боевиков «Исламского государства» перешли из иракского Мосула в Сирию. Этот канал можно пресечь?

— Боевики перетекают малыми группами, в основном, как беженцы. Растворяются в составе суннитских беженцев: поди, их вычисли, кто из них боевик, а кто не боевик. Если бы они шли колоннами под флагами своими, «Аль-Каиды», «Исламского государства», было бы просто. Но этого же нет, они же не идиоты. Беженцев сейчас пойдет из Мосула до миллиона. И понятно, что тут растворится любое количество боевиков. А вообще их от 7 до 9 тысяч человек в Мосуле.

— Возможно ли серьезное взаимодействие на Ближнем Востоке стран, конфликтующих на других военных картах?

— Возможно. Серьезно или нет — увидим. У нас отличная координация с Египтом. У Египта отличная координация с Сирией. У нас неплохая координация с Ираном, при всех проблемах, которые вообще возникают. У сирийцев с Ираном — тоже неплохо. У нас — с иракским правительством, при всей слабости и специфичности этого правительства. Есть координационный центр в Багдаде, где сообща действуют Иран, Ирак, Сирия и Россия. У нас есть определенное взаимодействие и обмен информацией о террористах со спецслужбами ряда стран Запада. Хотя, например, англичане прервали такое сотрудничество, есть с американцами сложности.

— Насколько устойчиво иракское правительство, которое наступает против ИГИЛ?

— Устойчиво только наше правительство: оно вечно. Из него, кого ни вышиби, так все равно переназначат. Вот министра Мутко вице-премьером сделали. Более устойчивое правительство я придумать себе не могу. А иракское, что там устойчивое? Разногласия между шиитами; жесточайшие диспуты, которые могут в любой момент закончиться чем угодно, включая новый виток гражданской войны из-за Киркука с курдами. При Саддаме Хусейне оно было устойчиво: без диктатора не получается там ничего.

— Вы упомянули о политике Китая на Ближнем Востоке…

— Китай ставит базы, но мало кто за этим следит. Все кричат о китайских базах в Южно-Китайском море. А что происходит на Цейлоне, на Шри-Ланке? Мало кто знает, что такое Гвадар в Пакистане. Про Бангладеш вообще никто не думает. Мало кто отслеживает китайские укрепления и в северной Австралии, три базы в Антарктиде, которые они сейчас там строят. Никто вообще не следит за тем, что происходит в Африке. А Китай добился того, что он откроет базу в Джибути. У него будет цепь баз. Они лет через 15−20 закончат строительство военно-морских баз на побережье Африки: в Мозамбике, в Намибии, ЮАР, Анголе и т. д. А там, глядишь, на очереди и Азорские острова, и новый Панамский канал через Никарагуа, и новый канал через Таиланд, через перешеек, в обход Малаккского пролива. Вот вам Китай!

Как сверхдержава он будет подкреплен где-то году в 2040 мощной океанической военной системой, системой логистики и поддержки.

— Грядущие президентские выборы как-то могут отразиться на ближневосточной политике Америки? Предположим, победит Клинтон.

— Да никак не изменится и не отразится. Была Клинтон ядовитой змеей, гадюкой, такой и останется. Умнее же она не станет? Не станет. Компетентнее, профессиональнее не станет. Я в этом убедился за четверть с лишним века некоторого личного общения с американским начальством, в том числе и с Хиллари Клинтон.

Если Трамп победит, он может многое поменять. Но ведь система безумно инертна, она будет ему сопротивляться: республиканцы его ненавидят не меньше, чем демократы. Надо готовиться к худшему. Новых конфликтов на Ближнем Востоке не миновать.

Что будет в Алжире, когда уйдет в мир иной Абдель Азиз Бутефлика? В Мавритании? Как будут рассыпаться Мали, Нигер, Чад, Судан? Кончится ли межплеменная резня в Южном Судане? Что будет в Египте в 2017-м году, когда обрушится водный экономический проект страны «Возрождение»?

Смотрите, какая идет драка новых игроков за военно-морские, военно-воздушные базы. Ладно, традиционно сидели французы, англичане, американцы и немножко мы, Советский Союз — в Адене, в Бербере, еще кое-где. Чего сегодня? Объединенные Арабские Эмираты — совершенно новый игрок, у них база в Бербере в Сомали, в Эритрее. Нам базу в Бербере в Сомалилэнде в долг предлагали, МИД был категорически против: мол, мы работаем с Могадишо. Ну да, президент, сидящий в Могадишо, контролирует, 2,5 квартала, но мы же не можем работать с непризнанным анклавом Сомалилэнда. Там, правда, урана бешеные запасы, там много чего, там единственная стабильная территория. Нельзя! А Эмиратам можно.

Мы видим, как турки взяли в Могадишо кусок территории, а сейчас будут строить большую базу в Катаре… То есть, зона такой непрерывной-непрерывной-непрерывной войны. И Йемен — это бочка с порохом, которая, конечно, может взорвать и Саудовскую Аравию. Про обострение отношений между Индией и Пакистаном, шиито-суннитские битвы Ирана с саудовскими шейхами вообще не говорю.

Вполне возможно вот-вот будет «Центрально-азиатская весна» в тандеме с арабской.

— А что там может произойти такое страшное?

— Будут атаки на границы. Идет криминализация целого ряда регионов. В Киргизии процветают наркотики, криминал, исламисты. Туркменская граница — оголена. С юга наседают туркменские талибы, есть теперь такое подразделение. А по трассе Тапи, потенциального трубопровода на Афганистан, Пакистан и Индию, окопались подразделения бандитов, называющих себя «Исламским государством».

Ферганская долина, с ее исламистским содержанием, ждет, кто же попробует Узбекистан, уже без Каримова, на прочность. Таджикистан, Эмомали Рахмон в Душанбе, а сколько наркоторговцев контролирует границу с Афганом? Какие идут бешеные потоки наркотиков!

Казахстан — у нас казахская граница основная. Тысячи и тысячи километров не укрепленной, не обустроенной границы. А если исламисты всерьез пойдут Казахстан ломать? Возможно ли это? Возможно. Пока их серьезно останавливают органы местной госбезопасности, и им мы должны оказывать любую помощь.

— Возможные неудачи, провалы российской политики на Ближнем Востоке, в Сирии могут отразиться на положении дел с Украиной?

— К Украине это никакого отношения не имеет. Это имеет отношение к России. Мы умеем работать или нет? Мы умеем воевать так, чтобы нас боялись или нет?

Война в Сирии в данном случае показала две вещи: во-первых, мы можем воевать долго. Те расходы, которые есть, примерно в 10 раз меньше американских и в пять раз эффективнее, но это очень маленькие расходы при микропотерях. А если бы турки еще нам нож в спину не загнали…

Во-вторых, никакой войны с НАТО сейчас точно не будет. Мы продемонстрировали свою технику: самолеты, крылатые ракеты всех типов базирования, флот не на учениях, а в бою. И это — серьезно. У нас сейчас подготовленный состав высочайшей, на мировом уровне, квалификации. Но! Политическое устройство в Сирии мы, что, брались сохранить? Никогда в жизни. Светская страна в единых границах, и то — насколько возможно. Главные переговоры — мирные, это по базе Хмеймим.

Категория: Конфликты



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  01.12.2016
Польша намерена приобрести у Соединенных Штатов партию высокоточных крылатых ракет класса «воздух-поверхность» JASSM-ER для оснащения своей боевой авиации. Сделка, как сообщает РИА «Новости» со ссылкой на польское агентство РАР, оценивается в 200 млн. долларов, и американский Госдеп ее уже одобрил. Слово — за конгрессменами, которые должны высказаться на этот счет до конца года. Впрочем, польские эксперты не сомневаются, что в данном вопросе Конгресс США поддержит своего партнера по НАТО. Чтобы Польша, как говорят в Варшаве, «могла защититься от российских агрессивных действий на Балтике».
Мировой ВПК  30.11.2016
Генеральный директор концерна «Алмаз-Антей» Ян Новиков сообщил РИА «Новости» о начале разработки новой системы ПВО средней дальности. Для многих это известие оказалось неожиданным. Потому что принятый на вооружение в этом году ЗРК «Бук-М3» полностью удовлетворяет требованиям современного ведения войны. И будет таковыми еще лет 10. А при условии периодической модернизации комплекса жизненный цикл может увеличиться еще минимум лет на 10. Причем эта разработка НИИ приборостроения им. В.В.Тихомирова (НИИП), входящего в концерн, опередила американский ЗРК «Патриот» минимум на два десятилетия.
Мировой ВПК  28.11.2016
Американский ежедневник The Wall Street Journal выступил с критикой России применения в военной операции в Сирии авианосца «Адмирал Кузнецов». Ссылаясь на представителей НАТО, газета заявляет, что у корабля нет мощной стартовой катапульты для запуска с его борта боевых самолетов, что создает летчикам большие проблемы — они вынуждены снижать полезную нагрузку и брать на борт меньше топлива.
Мировой ВПК  28.11.2016
Международной космической станции предстоит проработать как минимум еще несколько лет - но уже сейчас в России думают о том, как заработать на ее сведении с орбиты. Помочь в решении этой задачи должен новый грузовой корабль, разрабатываемый на замену «Прогрессам». И хотя корабль будет слабее ряда иностранных конкурентов, у России все же есть определенное преимущество.
Конфликты  01.12.2016
В украинских учениях, которые начались в четверг к западу от Крыма, задействованы «обновленные» советские ЗРК, отремонтированные в расположении херсонской бригады зенитно-ракетных войск, заявил бывший командир бригады генерал Бижев. Что еще могут использовать украинские военные и чем Россия закрывает Крым от возможного «случайного» удара?
Конфликты  30.11.2016
Во вторник, 29 ноября, Минобороны России объявило о достижении перелома в сражении за Алеппо и освобождении в восточной части города за сутки 14 кварталов с населением более 80 тысяч человек. По мнению военных специалистов, кампания, призом которой является крупнейший некогда город Сирии, близится к концу. Что дальше?
Конфликты  29.11.2016
Иран внезапно изменил свое мнение по поводу использования Россией авиабаз на своей территории. Если еще в августе из-за такого использования в Иране возник целый внутриполитический скандал, то сейчас Тегеран едва ли не призывает Москву воспользоваться своими аэродромами. Похоже, у этой перемены настроения есть глобальный политический подтекст. Тегеран готов вновь предоставить ВКС России авиабазу Ноуже в Хамадане, если этого потребует ситуация в Сирии, заявил во вторник советник главы МИД Ирана Хоссейн Шейхольэслам.