27.12.2015, 11:54
Россия и Катар поговорили перед войной?
Россия и Катар поговорили перед войной?Международная военная политика
Зачем в Москву приехал глава МИД страны-создателя «Исламского государства»?

25 декабря в Москве состоялись переговоры глав МИД РФ и Катара, в ходе которых обсуждались двусторонние отношения и ситуация в Сирии. После встречи с российским коллегой Сергеем Лавровым глава внешнеполитического ведомства Катара Халед бен Мухаммед аль-Атыйя заявил, что его страна считает нелегитимным президентом Сирии Башара Асада, так как он якобы использовал химическое оружие и другое запрещенное оружие против своего народа.

По мнению Катара, в будущем Асад не может возглавлять Сирию. Сергей Лавров на это отметил, что Москва и Доха придерживаются разных позиций по поводу судьбы Асада.

Однако Халед бен Мухаммед аль-Атыйя заметил, что Катар разделяет подход России по многим вопросам урегулирования в Сирии.

— У нас с российской стороной общий подход по многим вопросам и одним из главных является приверженность территориальной целостности Сирии и поддержка волеизъявления сирийского народа, — сказал он, согласившись, что ухудшение данного кризиса не идет на пользу интересов ни одной из сторон.

Лавров также подчеркнул, что позиции РФ и Катара близки по концепции безопасности в зоне Персидского залива.

— У нас общее мнение в том, что существуют хорошие возможности для наращивания торгово-экономических связей, увеличения объемов взаимной торговли. Важно, что для этой цели была создана межправительственная комиссия по торгово-экономическому и техническому сотрудничеству, которая первое свое заседание провела в марте этого года в Дохе, — сказал российский министр, добавив, что есть хорошие возможности в сфере взаимных капиталовложений в сфере энергетики.

Отметим, что накануне встречи сайт МИД РФ опубликовал сообщение, в котором говорилось, что «переговоры позволят „сверить часы" по ключевым аспектам развития ситуации на Ближнем Востоке и Севере Африки с акцентом на поиск путей политического урегулирования существующих там кризисных ситуаций при опоре на международное право, на основе широкого национального диалога и без внешнего диктата».

Сергей Лавров перед началом встречи заявил, что рассчитывает на продолжение диалога с Катаром по двусторонней повестке дня и по ситуации в регионе Ближнего Востока, а также отметил, что это первый визит главы МИД Катара в Москву.

Напомним, в конце октября министр иностранных дел Катара Халед аль-Атыйя не исключил военного вторжения в Сирию вместе с Саудовской Аравией и Турцией. Тогда многие востоковеды это заявление расценили как комическое, учитывая малочисленность катарских ВС. Однако было бы неправильным недооценивать страну, «благодаря» которому и появилась структура, которая сегодня называется «Исламским государством». Скажем, в западной прессе уже проходили сообщения о том, что т.н. умеренные исламисты в Сирии ожидают прибытия комплексов ПВО для защиты от постоянных авианалетов ВКС РФ.

— На протяжении всей войны турки, катарцы и саудиты активно вкладывались в группировки, сирийский вопрос стал для них главной внешнеполитической задачей. Поэтому отступать им уже некуда, надо любыми способами извлекать дивиденды, — так комментировал арабист, старший преподаватель кафедры общей политологии НИУ «Высшая школа экономики» Леонид Исаев сообщение о создании 15 декабря исламской военной коалиции для борьбы с терроризмом.

Также отметим, что есть подозрения, что Катар может быть причастен к теракту на борту Airbus 321 российской авиакомпании «Когалымавиа». В частности, президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский не раз говорил в СМИ, что с большой долей вероятности можно говорить о катарском следе в крушении Airbus 321.

— Катар сейчас испытывает к России плохо скрываемую неприязнь. Точнее, нас люто ненавидит глава катарского МИД, который сегодня реально руководит эмиратом, — отмечал Сатановский. — Дело в том, что война в Сирии — это бизнес главы внешнеполитического ведомства. Аль-Атыйя вложил в него миллиарды долларов. И если план свержения режима Башара Асада провалится, он может потерять место в катарской правящей верхушке.

Возникает вопрос: есть ли смысл вести переговоры с Катаром, который как и Саудовская Аравия, является одним из главных спонсоров джихадизма в Сирии и не только? Так, на его территории часто скрывались видные представители чеченских сепаратистов.

Старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Борис Долгов замечает, что встреча глав МИД РФ и Катара носит двойственный характер.

— Катар играет значительную роль в финансировании радикальных исламистских группировок. Это подтверждено и не скрывается самой Дохой, хотя там не считают эти группировки террористическими.

Катар — один из акторов политики на Ближнем Востоке, и, безусловно, с ним необходимы любые контакты. Другое дело, что «сверка часов», о которой говорил наш МИД, скорее всего, подразумевает обсуждение вопросов о статусе конкретных группировок, которые поддерживает Катар и которые Россия не без оснований называет террористическими. Здесь возможен диалог, поскольку РФ, как известно, в поиске разрешения конфликта налаживает контакты даже с вооруженными группировками, которые готовы участвовать в борьбе с ИГ — в частности с отрядами Сирийской свободной армии. Что касается вопросов по сирийскому урегулированию, то здесь пока не просматривается каких-то взаимных точек соприкосновения, поскольку Катар настаивает и будет настаивать на уходе Башара Асада.

Востоковед, дипломат Посольства России в Катаре (2010−2011 гг.) Эльдар Касаев уверен, что диалог нужно вести со всеми странами, включая внешнеполитических визави и даже противников.

— А Катар для нас — противник как на политической арене, так и на экономической и энергетической. Напомню, со своим сжиженным природным газом он не только присутствует в Азии, но еще и в Европе. А это косвенно понижает конкурентоспособность российского газа и, безусловно, влияет на РФ.

Диалог с Дохой нужен. Ведь сейчас не Средневековье, а век дипломатии. Бомбить Катар, как предлагают некоторые, нельзя не только потому, что так дела не делаются, но и потому, что над ним раскрыт широкий зонтик безопасности в виде американских военных баз, в частности — самой крупной в регионе Ближнего и Среднего Востока «Аль-Удейд».

Да, в ближайшей перспективе мы вряд ли увидим какие-то серьезные подвижки не только в отношениях, но и во взаимопонимании. Но, как говорится, вода камень точит. В данном случае это поговорка уместна, поскольку Лавров — талантливый переговорщик, он может найти те слова и риторику, которые будут понятны и американцам, и европейцам, и катарцам. А у катарского народа особый менталитет. И здесь риторика должна быть жесткой, прагматичной, с отстаиванием своей национальной позиции.

Ведь если дальше ситуация перейдет в плоскость не информационной, а горячей войны, то, так или иначе, россияне и катарцы с союзниками могут пересечься в Сирии. Скажем, ВВС Катара в свое время принимали участие в бомбардировках Ливии. Россия тогда, как известно, довольно своеобразно себя повела, и, на мой взгляд, поступила неправильно.

Но сейчас мы в Сирии по просьбе легитимного президента Башара Асада. И, ведя боевые действия с воздуха, четко отстаиваем свои позиции, что, конечно, не нравится Катару, который теневым способом поддерживает силы, противостоящие Асаду. Их можно называть «умеренной оппозицией» или «террористами» — но, судя по их методам, это одно и то же.

Поэтому переговоры с Катаром — правильный шаг. Ведь в первую очередь надо договариваться не с союзниками, которых у нас на самом деле нет, а с государствами, настроенными в отношении РФ жестко, и доказывать им, что мы их не боимся. Ведь главная задача Катара и многих других государств, в том числе и США — с помощью санкций, жесткой риторики, информационных вбросов напугать нас. Но мы показываем, что не боимся встреч и переговоров. А если ситуация обострится еще сильнее, то в небе над Сирией мы уже успели доказать, что наши Вооруженные силы не засиделись на месте и что они могут быстро реагировать и отстаивать интересы страны. В том числе в соседних государствах — на подступах к нашим границам. Я думаю, что встреча Лаврова со своим катарским визави своевременная, хотя и вынужденная. Но, тем не менее, плоды будут.

На ваш взгляд, возможно в будущем достижение каких-то договоренностей по группировкам? Не секрет, что Катар официально относит боевиков «Ахрар Аш-Шам» к «умеренной оппозиции».

— Исключать этого нельзя. Но сложность в том, что группировки постоянно мимикрируют, а известные государства то вносят их в разряд террористических, то выносят за скобки, что больше, конечно, походит на махинации, поскольку все те, кто с оружием в руках пытаются захватить власть, преследуют одну цель — дестабилизировать ситуацию.

Конечно, какие-то бригады и движения могут быть внесены в список террористических, однако надо быть готовым к тому, что малоизвестные группировки могут в будущем выйти на первый план. Как это было с «Исламским государством», которое, в принципе, зародилось еще в 2006 году, однако заговорили о нем летом 2014 года, когда исламисты стали захватывать территории Ирака.

Сегодня в СМИ популярно мнение о том, что Катар активно участвует в сирийском кризисе в первую очередь из-за проекта газопровода, который заблокировал Асад…

— Да, это один из факторов. Но главная причина — это все-таки давняя борьба суннитов и шиитов. Монархии залива — Саудовская Аравия и Катар — это, прежде всего, салафиты, а Иран и их последователи (братья по шиизму) — сирийцы, ливанцы, багдадские шииты — их антагонисты. И Катар, ввязавшись в поддержку сил, настроенных против Асада, прежде всего, решает геополитическую задачу — подавить давних соперников. А обескровливая Сирию, Саудовская Аравия и Катар бьют по Ирану.

Экономика, конечно, также здесь присутствует. В Катаре, несмотря на его размеры, огромные запасы природного газа. По оценкам, это третий запас в мире — впереди только Россия и Иран. Поэтому у катарцев есть соблазн быть лидером не только в сбыте сжиженного природного газа с танкеров по всему миру, но и в смысле прямых поставок через трубопровод, который предполагалось проложить через территорию Сирии в Турцию, а дальше — Анкара могла бы поставлять эти объемы газа в Европу.

Заместитель директора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин также видит смысл в контактах с Катаром на уровне глав внешнеполитических ведомств.

— Но подобные встречи по определению представляют собой смесь торговли с обменом угрозами. В конце концов, предназначение министерств иностранных дел в первую очередь в следующем: прежде чем начнется война, стороны должны все-таки сначала поговорить. А в нынешних условиях полностью исключать возможность большой войны в Сирии с нашим участием уже нельзя.

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  23.03.2017
Китай продолжает очередную масштабную реформу Народно-освободительной армии (НОАК). Вслед за реорганизацией органов центрального военного управления объявлено очередное сокращение численности НОАК. Китайцы опять режут Сухопутные войска (СВ). И опять в пользу флотской компоненты, а также ВВС. Столь последовательная и долгосрочная политика ясно показывает приоритеты Китая в направлении своего военного развития и выбора противников.
Мировой ВПК  21.03.2017
Генеральный конструктор, вице-президент по инновациям Объединенной самолетостроительной корпорации (ОСК) Сергей Коротков сообщил о том, что корпорация проводит работы по созданию перехватчика нового поколения МиГ-41, который должен прийти на смену МиГ-31. Причем самолет разрабатывают не только конструкторы РСК «МиГ», но и специалисты других компаний, входящих в состав РСК.
Геополитика  20.03.2017
8 марта 2017 года вице-председатель американского Объединенного комитета начальников штабов генерал Пол Селва в выступлении в комитете Палаты представителей Конгресса США впервые публично обвинил Россию в нарушении бессрочного Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности (РСМД), заключенного в 1987 году президентом США Рональдом Рейганом и генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачевым. Селва объявил, что Россия поставила на вооружение крылатую ракету наземного базирования (в классификации НАТО — SSC-8), чем нарушила «дух и смысл» соглашения о контроле над вооружениями, сделав это с целью создать угрозу для НАТО.
Геополитика  20.03.2017
На сайте Стратегического командования США появилось сообщение о проведении учений под кодовым названием Global Lightning 2017. Мероприятие могло бы остаться рутинным, если бы не три любопытных новшества. Во-первых, в этот раз «молнию» встроили в глобальные учения Европейского командования ВС США Austere Challenge 2017, которые по сути являются командно-штабными учениями (КШУ) армий всего Североатлантического альянса. Во-вторых, как заявил глава U.S. Strategic Command генерал Джон Хиттен, они впервые за четверть века не ограничились компьютерным моделированием.
Конфликты  23.03.2017
«На границе тучи ходят хмуро…» — это сегодня про израильский Север. Про тучи, которые следует развеять, а заодно и вызванный ими туман, про назревающую грозу на северной границе. Напряжение там, ставшее очевидным после обмена ударами между Израилем и Сирией в конце прошлой недели, — не локальное кратковременное обострение ситуации, а отражение новой реальности, которая определит будущее региона в ближайшей перспективе.
Конфликты  22.03.2017
Израиль пообещал продолжить авиаудары по оружейным конвоям «Хезболлы» в Сирии. Атаки будут продолжаться в случае «возможности с разведывательной и военной точек зрения», - подчеркнул премьер- министр страны Биньямин Нетаньяху. Он отметил, что проинформировал президента России Владимира Путина о своих намерениях. Кроме того, израильский премьер опроверг сообщения о том, что Россия настаивает на прекращении Израилем военных операций на сирийской территории. «У России имеется выработанная политика (по отношению к позиции Израиля на Ближнем Востоке), и она не изменилась», - цитирует заявление Нетаньяху израильское издание The Jerusalem Post.
Конфликты  22.03.2017
Швейцарский военный ресурс «Offiziere.ch» опубликовал статью канадского военного эксперта Пола Прайса «Strategic Spillover: The Emirates in Africa» («Стратегическая экспансия Эмиратов в Африке»). Автор, ранее работавший в аналитических структурах НАТО и ОБСЭ, комментирует создание Объединенными Арабскими Эмиратами двух военных баз на территории Африки.