28.10.2014, 16:46
Путин поставил вопрос ребром: мировое господство или мировой консенсус
Путин поставил вопрос ребром: мировое господство или мировой консенсусМеждународная военная политика
Владимир Путин на "Валдае" был очень сдержан в подборе выражений. То, что сегодня делают США, заслуживает выражений более жестких. Было сказано, что мы не считаем врагом Соединенные Штаты, мы не хотим вражды. Мы готовы к конструктивным действиям, если США к ним будут готовы.

Среди прочего, Путин обратил внимание, что Россия сыграла роль в обретении независимости США. Сначала императорские эскадры были отправлены к берегам Америки для сдерживания англичан, более того, во время войны Севера и Юга, военные корабли направлял Александр II для того, чтобы блокировать возможность поддержки Англией южных штатов. В определенном плане, США смогли существовать отчасти благодаря тому, что им тогда помогла Россия.

Сейчас, действительно, США являются (не как народ и страна, а как политика верхушки США, вырождающаяся элита) главной мировой угрозой. Нельзя сказать, что они "не вынесли бремя мирового лидерства" – его на них никто не возлагал, они пытались его монополизировать, но не справились и стали все разрушать. Путин обратил внимание на то, что США не сделали за 20 лет ничего хорошего. За что они только ни брались - всюду лишь ухудшали ситуацию. Они в этом отношении напоминают Горбачева, только со стратегическими бомбардировщиками, бомбящими что ни попадя. Поэтому, я думаю, что Путин исходит из возможности, из доброжелательности между нашими народами и странами, но поведение лидеров США становится неадекватным. Ну как можно реагировать на человека, который берет ружье и начинает вламываться в квартиры в соседних домах, объявляя, что здесь мужья изменяют женам, а он является блюстителем нравственности?

Формально он прав – изменять не надо, но он-то здесь причем? Понятно, что его достаточно быстро либо скрутят, либо пристрелят. В этом отношении, Путин сказал, что сотрудничать мы готовы, но вопрос стоит в том, что к порядку, к адекватности надо призывать лидеров Соединенных Штатов, потому что иначе они будут только усугублять ситуацию, разрушать мировые институты и накапливать то, что профессионалы называют вирулентным потенциалом (направленным на разрушение), уже не в силу желаний, не от них это будет идти, а они будут создавать такие процессы, которыми они не смогут управлять, которые будут уничтожать и их тоже.

Поэтому следует считать выражения Путина достаточно мягкими, а если говорить о жестких выражениях, то Обама уже превзошел Гитлера по количеству вооруженных агрессий, совершенных за время его правления в мире. К 1939 году, перед войной – у нас еще нет мировой войны, по счастью, – Гитлер совершил только одну вооруженную агрессию – в Испании. Чехословакию и Австрию, он, в общем, формально мирно аннексировал. США уже сейчас совершили минимум три вооруженные агрессии – Ливия, Сирия и Украина. Это только при Обаме произошло, я не вспоминаю тут Грузию, Ирак, Югославию и все прочее. На сегодня Обама является военным преступником в большей степени, чем в конце 1930-х годов военным преступником был Гитлер. Это тоже надо суметь - так постараться. В этом отношении, то, что он говорит в идеологическом плане, это некие другие слова, но тем, кого они жгут, убивают, эти слова достаточно безразличны – и там, и там озвучивается претензия на мировое господство.

Путин предлагает подумать о создании неких иных форматов, не институционально, но в принципе – о появлении форматов новых взаимоотношений, где будут приниматься во внимание позиции всех, по возможности, сторон, во всяком случае, всех основных влиятельных стран. А как и "сколькиполярным" миром это называть – вопрос второй. Он предлагает вариант не доминирования, а мирового консенсуса.

Он говорит, что время настало, но Россия не может решить этот вопрос за всех. Он предлагает всем странам мира определиться, хотят они подчиняться однозначному диктату США или хотят как-то иначе выстроить в мире свои отношения, проявить уже какие-то действия. Он упомянул, что "холодная война" закончилась, но вектор отключен не был. Иначе говоря, мы имеем мир, созданный на основе баланса сил 1945 года. Мы имеем фиксацию этого баланса в несколько измененном, но сопоставимом балансе 1975 года по итогам Хельсинских совещаний. Либо мы все это соблюдаем, так или иначе, либо не соблюдаем.

Если мы исходим из того, что не соблюдаем, тогда мы идем по пути прямого диктата силы. Тогда США много кого могут разбомбить, немало найдется и тех, кто дойдет до них, чтобы много чего взорвать. В конечном счете, удовольствия мало будет для самих США, потому что, чем больше они будут бомбить, тем больше будет находиться шахидов от той или иной религии и идеологии, которые поедут в США, чтобы взрывать и убивать. Да и свои найдутся, которые этим прикроют свою психопатию.

Если же мы соблюдаем итоги Хельсинских совещаний, то мы должны соблюдать какие-то рамочные отношения. Если говорить о Хельсинки, там был установлен принцип нерушимости послевоенных границ. Он соблюдается или нет? Если мы исходим из того, что он должен соблюдаться, должны быть восстановлены все границы, подтвержденные в 1975 году – и Советского Союза, и Югославии, и Чехословакии. Если мы этого не соблюдаем, значит, мы от соблюдения этого принципа отказываемся и тогда мы можем делить все, что угодно. Украина существует в этих границах, кстати, тоже в формате Потсдамских соглашений. Если считать, что эти соглашения пересматриваются, то надо что-то отдать Польше, как минимум, можно и дальше пойти.

Но есть и еще один момент: если мы не соблюдаем Ялтинско-Потсдамские соглашения, никакого закона нет и каждый что хочет, то и делает, то тогда США не нужно возмущаться, если мы, к примеру, силовым путем забираем Прибалтику, Молдавию, Грузию и все прочее. Если мы соблюдаем эти принципы, то мы должны признать, что есть зоны, отнесенные к ведению Советского Союза. Тогда под ведение России, как правопреемника СССР должны перейти страны, перешедшие Советскому Союзу в 1945 году – Болгария, Венгрия, Польша, Чехословакия, Румыния, Восточная Германия, и на этом давайте начинать все заново.

Нужно договариваться: собирается ли второй Потсдам, который что-то решает? В Потсдаме все вопросы решались консенсусом, там, где соглашались три лидера. Так вот, на новом Потсдаме нужно решать консенсусом то, что можно решить консенсусом. Но я не вижу способности лидеров США прийти к разумному решению. У Обамы была такая книга – "Дерзость надежды", опубликованная еще до его выдвижения на пост президента. Она производит примерно такое же впечатление, какие производили труды Горбачева – поток сознания с подчас фиксацией абсолютно абсурдных для нашего сознания ирреальностей. Только Горбачев боялся в открытую применять оружие, а Обама не боится, и палит во все стороны, то есть он еще опасней. Выступление Путина не было антиамериканским, в нем сквозило беспокойство по поводу судьбы Америки, потому что встав на тот путь, на который Америка встает вслед за гитлеровской Германией, она может получить тот же самый результат.

Проблема поставлена, и все волей или неволей будут думать о том, что ее надо решать и о том, на чью сторону склоняться, но я думаю, что уже сейчас союзники США не выступали бы столь однозначно таким единым фронтом, если бы им была понятна позиция России в некоторых отношениях. Например, непонятно, Россия пойдет до конца или через некоторое время сама начнет идти на компромисс и капитулировать, как это было с Горбачевым. Почему многие европейские страны, входя в НАТО, подчас начинали сотрудничать с СССР и заявлять об особенности своих позиций по отношению к США. Они прекрасно понимали, что Советский Союз не свернет, что это некий стабильный фактор и что люби его или нет, дружи или нет, но его можно использовать, например для того, чтобы попугать – или дадите мне больше самостоятельности, или я уйду к СССР.

После безумств времен горбачевщины ушли надежды на то, что Россия пойдет до конца нет. Второй момент: тогда было понятно, что Россия представляет особый мир, особый путь и свою систему ценностей и стремлений. Как бы к ним ни относиться, но было ясно – вот она, альтернатива. Сейчас нет такой четко обозначенной позиции. Мы говорим, что мы, в любом случае, за единую экономику, за единый мировой рынок. Тогда они сидят и думают: мы и так в едином мировом рынке, и вы туда хотите, никакой альтернативы не предлагаете, зачем нам тогда идти на вашу сторону, ведь лучшее, что может произойти – вы займете место США. Выбор незначителен.

В этой ситуации, России, с точки зрения эффективного позиционирования, нужно заявлять ту целевую установку, ту систему, которую она создает. Всем понятно, во всяком случае, на западе, что западная система – лучшая из всех худших существующих, но альтернативы они не видят. Да, есть попытка какого-то обозначения – консерватизм, самобытность и сами по себе они имеют определенные плюсы, но это достаточно традиционно. Это может сейчас сплотить тех, кто хотел бы сказать, что мы создаем некий оборонительный союз против американской гегемонии, но движения в будущее это не открывает. Эта проблема у России есть, и она не готова ее решать.

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  15.05.2017
В перестроечные времена в ряде публикаций центральной прессы, посвященных перипетиям освоения целинных земель, некоторые авторы в пылу творческого задора позволили себе недопустимую вольность, сошедшую им с рук. Времена тогда наступали такие, что пишущая братия воспринимала древнегреческую поговорку «Чаще поворачивай свой стиль» буквально. Казахстан эпохи «битвы за урожай» перестроечные инженеры человеческих душ поэтически сравнили с «цветком душистых прерий», проведя аналогию с эпопеей освоения Дикого Запада на Североамериканском континенте. Интересно, какая метафора сегодня пришла бы им на ум при соприкосновении с реалиями казахстанской современности?
Мировой ВПК  12.05.2017
Американский журнал The National Interest решил провести ревизию отечественной истребительной авиации. При этом, разумеется, для определения уровня ее боевых возможностей использовано сравнение с самолетами «вероятного противника». Каковых у США с определенного времени уже два — Россия и Китай. В качестве истребителей, которые должны обеспечивать в небе американское господство, выступают F-22 Raptor и F-35 Lightning II.
Мировой ВПК  04.05.2017
Создаваемый в России многофункциональный авиационный комплекс дальнего радиолокационного обнаружения и управления А-100 будет способен обнаруживать новые классы целей, включая оперативно-тактическую авиацию нового поколения, — сообщил на селекторном совещании в военном ведомстве министр обороны РФ генерал армии Сергей Шойгу.
Геополитика  04.05.2017
Покамест эта программа касается только русского флота. В ближайшее время он сможет нейтрализовать нынешнее подавляющее преимущество американского флота по численности и вооружению. А в перспективе это может стать проектом надевания наручников на западных варваров, когда им станет просто опасно грозить кому-то силою или навязывать свою волю "томагавками". Ибо ответ может быть быстрым, разрушительным, а главное - решительно от кого угодно!
Конфликты  19.05.2017
Западные СМИ, ссылаясь на своих экспертов, все чаще публикуют материалы, в которых красной нитью проходит мысль, что Россия завязла в сирийской войне и уже не знает, как из нее выйти. В действительности ситуация в Сирии сейчас складывается не совсем благоприятно для Дамаска, а следовательно, и для Москвы. С одной стороны, правительственным войскам и поддерживающим их силам сопутствует определенный военный успех, с другой стороны, действия Вашингтона, направленные против Башара Асада и его союзников, тоже имеют определенный эффект.
Конфликты  04.05.2017
Сенсационным результатом закончилась встреча Путина и Эрдогана. По ее итогам оба лидера заявили, что достигнуто – в том числе и с Трампом – соглашение о создании в Сирии так называемых зон безопасности. Это кардинальное изменение позиции Москвы. Означает ли оно ту самую «большую сделку» между Россией и США, о которой так много говорят в последнее время?
Конфликты  02.05.2017
С начала гражданской войны в Сирии режим Б. Асада проводил мероприятия по адаптации лояльных ему вооруженных формирований к условиям внутреннего конфликта, к которому они оказались абсолютно не готовы. В частности, в Сирийской арабской армии (САА) преобладали исключительно тяжелые бронетанковые и механизированные дивизии. Всего таких соединений было одиннадцать (а также две дивизии «специальных сил» — 14-я и сформированная непосредственно перед началом гражданской войны 15-я).