02.10.2014, 15:34
Предчувствие мировой войны
Предчувствие мировой войныМеждународная военная политика
Турция отправляет войска против «Исламского государства», готовясь взять под контроль Сирию и часть Ирака.

Турция вступает в войну против террористической группировки «Исламское государство»*. В четверг, 2 октября, парламент страны проголосовал разрешение на отправку в Сирию и Ирак турецких военных, а также на проведение трансграничных операций – «в целях поддержания национальной безопасности». Таким образом, Анкара примкнула к возглавляемой США коалиции против ИГ, воюющей в Ираке и Сирии.

Разрешение будет действовать в течение года. Из документа следует, что Турция также готова предоставить иностранным военным свою территорию на время борьбы с ИГ. Взамен Анкара рассчитывает создать на севере Сирии «зону безопасности» для беженцев, что фактически станет оккупацией части сирийской территории.

Надо сказать, еще недавно турецкие власти без энтузиазма воспринимали намерения Вашингтона в борьбе против ИГ, и в коалицию вступать не собирались. Однако на прошлой неделе президент Реджеп Тайип Эрдоган мало того, что публично поддержал планы США и их союзников, но и объявил, что авиаударов по позициям радикалов недостаточно – необходима полномасштабная наземная операция.

Причины резкой смены курса Анкары – в обострении ситуации на турецко-сирийской границе. Отряды ИГ начали массированное наступление на пограничные с Турцией районы, населенные курдами. В результате через турецкую границу хлынул неконтролируемый поток курдских беженцев. Это Анкаре совершенно не на руку, учитывая, что именно сейчас Турция пытается решить собственные проблемы с курдами.

Кроме того, на днях бойцы ИГ захватили в плен 20 военных в турецком анклаве сирийской провинции Алеппо, которые охраняли усыпальницу Сулеймана Шаха – деда основателя Османской империи султана Османа I. Анкара в ответ заявила, что ИГ вторглась на ее суверенную территорию. Масла в огонь подлили и непрекращающиеся обстрелы турецкой границы с сирийской территории.

И вот – Турция готова не только воевать, но и создавать буферную «зону безопасности» на территории Сирии, что предполагает полномасштабный ввод туда турецких войск. Это значит, что де-факто, возможно, турки будут воевать не столько с исламистами, сколько с сирийцами.

Чего на самом деле хочет Анкара, вступая в войну с ИГ, способна ли турецкая армия разгромить исламских радикалов?

– Турция долгое время всячески отмежевывалась от участия в войне с «Исламским государством», поскольку не хотела обострять отношения с соседями, – отмечает военный эксперт Виктор Мясников. – Но, помимо ИГ, для Анкары существенна проблема курдов, которые, при поддержке США, фактически получили возможность создать свое государство на территории Ирака – причем, со своими вооруженными силами. В этой ситуации турецкие курды резко активизировались. В последнее время тысячи из них пытаются перейти границу, чтобы присоединиться к курдской армии в Ираке и курдскому ополчению в Сирии. Для Анкары такое усиление курдских сил неприемлемо.

Попытки не пускать курдов из Турции за рубеж привели к столкновениям на границе, но принципиально ситуацию не изменили. И вот теперь принято решение, что Турция присоединиться к операции против ИГ, но при этом будет преследовать свои цели. Главная задача Анкары – создание пограничной буферной зоны. Такая зона, с одной стороны, оградит Турцию от действий ИГ, с другой – отделит турецких курдов от сирийских.

— Турецкие вооруженные силы способны эффективно воевать против «Исламского государства»?

– Турецкая армия – достаточно современная и хорошо вооруженная, и она долгое время находилась в состоянии войны с Курдской рабочей партией. Кроме того, турецкий спецназ очень активно действует по всему миру – в Афганистане, Ираке, других «горячих точках». Другими словами, боевой опыт у турок имеется.

В условиях общевойскового боя, безусловно, эта армия нанесет поражение мятежникам из ИГ. Но, с другой стороны, если борьба перейдет в партизанскую войну – примерно такую же, которая была между турецкой армией и Курдской рабочей партией, – столкновения могут длиться годами.

В партизанской войне условием поражения «Исламского государства» станет выявление его баз турками, и операции по ликвидации этих баз. Точно так же, заметим, Турция действовала на территории Ирака, когда ликвидировала базы Курдской рабочей партии. Для этого турки проводили крупные общевойсковые операции с привлечением бронетехники, авиации и отрядов спецназа. Сейчас эта тактика поможет туркам снижать интенсивность нападений боевиков ИГ на турецкие войска. Однако, повторюсь, практика показывает, что борьба с религиозными экстремистами – дело очень небыстрое.

— Как вы оцениваете военный потенциал ИГ?

– Раньше таких масштабных террористических группировок не было. Это новое явление – когда негосударственные вооруженные организации начинают вести войны против целых государств.

Первый пример такого рода войн был отмечен в 2012 году. Исламисты при поддержке местных бедуинов, атаковали Мали с сопредельных территорий – Ливии и Алжира, и оккупировали половину территории этого государства. Если бы не иностранная помощь, Мали было бы просто ликвидировано как светское государство.

Примерно то же самое мы наблюдаем сейчас. «Исламское государство» – мощнейшая террористическая группировка – имела все шансы оккупировать Ирак и значительную часть Сирии, и только вмешательство США и их союзников остановило этот процесс.

— Можно ли сказать, что Штаты сами создали предпосылки для возникновения ИГ, а теперь пытаются тушить пожар?

– ИГ – это откровенно экстремистское движение, направленное на физическое уничтожение всех, кто не вписывается в их концепцию шариатского государства. Боевики «Исламского государства» проводят геноцид и курдов, и христиан, и шиитов, истребляя их тысячами. Это – настоящая угроза мирового масштаба. Причем, в случае успеха к «Исламскому государству» будет присоединяться все больше и больше сторонников – в этом и заключается проблема. Целые государства могут не просто попасть под влияние, но стать частью нового халифата.

Что до роли США – американцы действительно сами выпустили этого джинна из бутылки. Организовав «арабскую весну», а до этого напав на Ирак и поддерживая гражданскую войну в Сирии, они способствовали развитию экстремистских исламских движений. Эти движения, в результате, вылились в новое квазигосударственное образование, со своей мощнейшей армией. Теперь Штаты пытаются этих исламистов сдержать.

Вместе с тем, США враждуют со своими естественными союзниками в борьбе против «Исламского государства» – Сирией и Ираном. Понятно, что ни американцы, ни европейцы не хотят проводить наземную операцию. Зато такую операцию могли бы провести войска Ирана и Сирии. Однако в этом пункте геополитические интересы Вашингтона не совпадают с интересами Тегерана и Дамаска: для Америки выгоден ближневосточный узел нестабильности.

— Чем нынешняя ситуация на Ближнем Востоке чревата для России? Следует ли нам вмешаться в нее?

– Москва прекрасно понимает опасность ИГ. Понимает, что метастазы этого халифата есть у нас на Кавказе, и могут проникнуть в другие российские регионы с исламским населением. Эту опасность наши спецслужбы должны, конечно, блокировать. Но у нас нет никаких оснований направлять свои войска, вооружения или ресурсы на Ближний Восток, чтобы расхлебывать кашу, которую заварили там Соединенные Штаты…

– Главный вопрос – с кем на самом деле будут воевать турки, – уверен замдиректора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин. – Видимо, они в первую очередь будут решать собственные задачи по созданию буферной зоны, и их противником окажется сирийская армия, а отнюдь не боевики из ИГ.

—  Турция в принципе способна разгромить «Исламское государство»?

– Это очень серьезная война, и Анкара, видимо, ее не хочет. Но если бы дошло до попытки разгрома, это выглядело бы, как полномасштабные боевые действия. ИГ – это, по сути, государство с регулярной армией, у которого в сухопутных войсках имеются даже танки М1А1 «Абрамс». У исламистов нет только авиации.

Понятно, по сравнению с турецкими войсками силы ИГ намного меньше – они были бы в разы меньше, даже если бы исламисты захватили всю технику иракской армии. Да и регулярные армии практически всех соседних государств сильнее. Но эти соседи в войне с ИГ – пока – не участвуют, а те, кто участвуют, ограничиваются бомбежками позиций «Исламского государства» с воздуха. Именно поэтому с ИГ пока ничего не могут сделать.

— Ваш прогноз: как будет развиваться ситуация?

– Видимо, это будет долгая и серьезная Третья иракская война. Возможно, она станет даже не Третьей иракской, а Ближневосточной Первой мировой…

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  23.03.2017
Китай продолжает очередную масштабную реформу Народно-освободительной армии (НОАК). Вслед за реорганизацией органов центрального военного управления объявлено очередное сокращение численности НОАК. Китайцы опять режут Сухопутные войска (СВ). И опять в пользу флотской компоненты, а также ВВС. Столь последовательная и долгосрочная политика ясно показывает приоритеты Китая в направлении своего военного развития и выбора противников.
Мировой ВПК  21.03.2017
Генеральный конструктор, вице-президент по инновациям Объединенной самолетостроительной корпорации (ОСК) Сергей Коротков сообщил о том, что корпорация проводит работы по созданию перехватчика нового поколения МиГ-41, который должен прийти на смену МиГ-31. Причем самолет разрабатывают не только конструкторы РСК «МиГ», но и специалисты других компаний, входящих в состав РСК.
Геополитика  20.03.2017
8 марта 2017 года вице-председатель американского Объединенного комитета начальников штабов генерал Пол Селва в выступлении в комитете Палаты представителей Конгресса США впервые публично обвинил Россию в нарушении бессрочного Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности (РСМД), заключенного в 1987 году президентом США Рональдом Рейганом и генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачевым. Селва объявил, что Россия поставила на вооружение крылатую ракету наземного базирования (в классификации НАТО — SSC-8), чем нарушила «дух и смысл» соглашения о контроле над вооружениями, сделав это с целью создать угрозу для НАТО.
Геополитика  20.03.2017
На сайте Стратегического командования США появилось сообщение о проведении учений под кодовым названием Global Lightning 2017. Мероприятие могло бы остаться рутинным, если бы не три любопытных новшества. Во-первых, в этот раз «молнию» встроили в глобальные учения Европейского командования ВС США Austere Challenge 2017, которые по сути являются командно-штабными учениями (КШУ) армий всего Североатлантического альянса. Во-вторых, как заявил глава U.S. Strategic Command генерал Джон Хиттен, они впервые за четверть века не ограничились компьютерным моделированием.
Конфликты  23.03.2017
«На границе тучи ходят хмуро…» — это сегодня про израильский Север. Про тучи, которые следует развеять, а заодно и вызванный ими туман, про назревающую грозу на северной границе. Напряжение там, ставшее очевидным после обмена ударами между Израилем и Сирией в конце прошлой недели, — не локальное кратковременное обострение ситуации, а отражение новой реальности, которая определит будущее региона в ближайшей перспективе.
Конфликты  22.03.2017
Израиль пообещал продолжить авиаудары по оружейным конвоям «Хезболлы» в Сирии. Атаки будут продолжаться в случае «возможности с разведывательной и военной точек зрения», - подчеркнул премьер- министр страны Биньямин Нетаньяху. Он отметил, что проинформировал президента России Владимира Путина о своих намерениях. Кроме того, израильский премьер опроверг сообщения о том, что Россия настаивает на прекращении Израилем военных операций на сирийской территории. «У России имеется выработанная политика (по отношению к позиции Израиля на Ближнем Востоке), и она не изменилась», - цитирует заявление Нетаньяху израильское издание The Jerusalem Post.
Конфликты  22.03.2017
Швейцарский военный ресурс «Offiziere.ch» опубликовал статью канадского военного эксперта Пола Прайса «Strategic Spillover: The Emirates in Africa» («Стратегическая экспансия Эмиратов в Африке»). Автор, ранее работавший в аналитических структурах НАТО и ОБСЭ, комментирует создание Объединенными Арабскими Эмиратами двух военных баз на территории Африки.