02.10.2014, 15:34
Предчувствие мировой войны
Предчувствие мировой войныМеждународная военная политика
Турция отправляет войска против «Исламского государства», готовясь взять под контроль Сирию и часть Ирака.

Турция вступает в войну против террористической группировки «Исламское государство»*. В четверг, 2 октября, парламент страны проголосовал разрешение на отправку в Сирию и Ирак турецких военных, а также на проведение трансграничных операций – «в целях поддержания национальной безопасности». Таким образом, Анкара примкнула к возглавляемой США коалиции против ИГ, воюющей в Ираке и Сирии.

Разрешение будет действовать в течение года. Из документа следует, что Турция также готова предоставить иностранным военным свою территорию на время борьбы с ИГ. Взамен Анкара рассчитывает создать на севере Сирии «зону безопасности» для беженцев, что фактически станет оккупацией части сирийской территории.

Надо сказать, еще недавно турецкие власти без энтузиазма воспринимали намерения Вашингтона в борьбе против ИГ, и в коалицию вступать не собирались. Однако на прошлой неделе президент Реджеп Тайип Эрдоган мало того, что публично поддержал планы США и их союзников, но и объявил, что авиаударов по позициям радикалов недостаточно – необходима полномасштабная наземная операция.

Причины резкой смены курса Анкары – в обострении ситуации на турецко-сирийской границе. Отряды ИГ начали массированное наступление на пограничные с Турцией районы, населенные курдами. В результате через турецкую границу хлынул неконтролируемый поток курдских беженцев. Это Анкаре совершенно не на руку, учитывая, что именно сейчас Турция пытается решить собственные проблемы с курдами.

Кроме того, на днях бойцы ИГ захватили в плен 20 военных в турецком анклаве сирийской провинции Алеппо, которые охраняли усыпальницу Сулеймана Шаха – деда основателя Османской империи султана Османа I. Анкара в ответ заявила, что ИГ вторглась на ее суверенную территорию. Масла в огонь подлили и непрекращающиеся обстрелы турецкой границы с сирийской территории.

И вот – Турция готова не только воевать, но и создавать буферную «зону безопасности» на территории Сирии, что предполагает полномасштабный ввод туда турецких войск. Это значит, что де-факто, возможно, турки будут воевать не столько с исламистами, сколько с сирийцами.

Чего на самом деле хочет Анкара, вступая в войну с ИГ, способна ли турецкая армия разгромить исламских радикалов?

– Турция долгое время всячески отмежевывалась от участия в войне с «Исламским государством», поскольку не хотела обострять отношения с соседями, – отмечает военный эксперт Виктор Мясников. – Но, помимо ИГ, для Анкары существенна проблема курдов, которые, при поддержке США, фактически получили возможность создать свое государство на территории Ирака – причем, со своими вооруженными силами. В этой ситуации турецкие курды резко активизировались. В последнее время тысячи из них пытаются перейти границу, чтобы присоединиться к курдской армии в Ираке и курдскому ополчению в Сирии. Для Анкары такое усиление курдских сил неприемлемо.

Попытки не пускать курдов из Турции за рубеж привели к столкновениям на границе, но принципиально ситуацию не изменили. И вот теперь принято решение, что Турция присоединиться к операции против ИГ, но при этом будет преследовать свои цели. Главная задача Анкары – создание пограничной буферной зоны. Такая зона, с одной стороны, оградит Турцию от действий ИГ, с другой – отделит турецких курдов от сирийских.

— Турецкие вооруженные силы способны эффективно воевать против «Исламского государства»?

– Турецкая армия – достаточно современная и хорошо вооруженная, и она долгое время находилась в состоянии войны с Курдской рабочей партией. Кроме того, турецкий спецназ очень активно действует по всему миру – в Афганистане, Ираке, других «горячих точках». Другими словами, боевой опыт у турок имеется.

В условиях общевойскового боя, безусловно, эта армия нанесет поражение мятежникам из ИГ. Но, с другой стороны, если борьба перейдет в партизанскую войну – примерно такую же, которая была между турецкой армией и Курдской рабочей партией, – столкновения могут длиться годами.

В партизанской войне условием поражения «Исламского государства» станет выявление его баз турками, и операции по ликвидации этих баз. Точно так же, заметим, Турция действовала на территории Ирака, когда ликвидировала базы Курдской рабочей партии. Для этого турки проводили крупные общевойсковые операции с привлечением бронетехники, авиации и отрядов спецназа. Сейчас эта тактика поможет туркам снижать интенсивность нападений боевиков ИГ на турецкие войска. Однако, повторюсь, практика показывает, что борьба с религиозными экстремистами – дело очень небыстрое.

— Как вы оцениваете военный потенциал ИГ?

– Раньше таких масштабных террористических группировок не было. Это новое явление – когда негосударственные вооруженные организации начинают вести войны против целых государств.

Первый пример такого рода войн был отмечен в 2012 году. Исламисты при поддержке местных бедуинов, атаковали Мали с сопредельных территорий – Ливии и Алжира, и оккупировали половину территории этого государства. Если бы не иностранная помощь, Мали было бы просто ликвидировано как светское государство.

Примерно то же самое мы наблюдаем сейчас. «Исламское государство» – мощнейшая террористическая группировка – имела все шансы оккупировать Ирак и значительную часть Сирии, и только вмешательство США и их союзников остановило этот процесс.

— Можно ли сказать, что Штаты сами создали предпосылки для возникновения ИГ, а теперь пытаются тушить пожар?

– ИГ – это откровенно экстремистское движение, направленное на физическое уничтожение всех, кто не вписывается в их концепцию шариатского государства. Боевики «Исламского государства» проводят геноцид и курдов, и христиан, и шиитов, истребляя их тысячами. Это – настоящая угроза мирового масштаба. Причем, в случае успеха к «Исламскому государству» будет присоединяться все больше и больше сторонников – в этом и заключается проблема. Целые государства могут не просто попасть под влияние, но стать частью нового халифата.

Что до роли США – американцы действительно сами выпустили этого джинна из бутылки. Организовав «арабскую весну», а до этого напав на Ирак и поддерживая гражданскую войну в Сирии, они способствовали развитию экстремистских исламских движений. Эти движения, в результате, вылились в новое квазигосударственное образование, со своей мощнейшей армией. Теперь Штаты пытаются этих исламистов сдержать.

Вместе с тем, США враждуют со своими естественными союзниками в борьбе против «Исламского государства» – Сирией и Ираном. Понятно, что ни американцы, ни европейцы не хотят проводить наземную операцию. Зато такую операцию могли бы провести войска Ирана и Сирии. Однако в этом пункте геополитические интересы Вашингтона не совпадают с интересами Тегерана и Дамаска: для Америки выгоден ближневосточный узел нестабильности.

— Чем нынешняя ситуация на Ближнем Востоке чревата для России? Следует ли нам вмешаться в нее?

– Москва прекрасно понимает опасность ИГ. Понимает, что метастазы этого халифата есть у нас на Кавказе, и могут проникнуть в другие российские регионы с исламским населением. Эту опасность наши спецслужбы должны, конечно, блокировать. Но у нас нет никаких оснований направлять свои войска, вооружения или ресурсы на Ближний Восток, чтобы расхлебывать кашу, которую заварили там Соединенные Штаты…

– Главный вопрос – с кем на самом деле будут воевать турки, – уверен замдиректора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин. – Видимо, они в первую очередь будут решать собственные задачи по созданию буферной зоны, и их противником окажется сирийская армия, а отнюдь не боевики из ИГ.

—  Турция в принципе способна разгромить «Исламское государство»?

– Это очень серьезная война, и Анкара, видимо, ее не хочет. Но если бы дошло до попытки разгрома, это выглядело бы, как полномасштабные боевые действия. ИГ – это, по сути, государство с регулярной армией, у которого в сухопутных войсках имеются даже танки М1А1 «Абрамс». У исламистов нет только авиации.

Понятно, по сравнению с турецкими войсками силы ИГ намного меньше – они были бы в разы меньше, даже если бы исламисты захватили всю технику иракской армии. Да и регулярные армии практически всех соседних государств сильнее. Но эти соседи в войне с ИГ – пока – не участвуют, а те, кто участвуют, ограничиваются бомбежками позиций «Исламского государства» с воздуха. Именно поэтому с ИГ пока ничего не могут сделать.

— Ваш прогноз: как будет развиваться ситуация?

– Видимо, это будет долгая и серьезная Третья иракская война. Возможно, она станет даже не Третьей иракской, а Ближневосточной Первой мировой…

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  27.04.2017
Новая российская противокорабельная ракета «Циркон» достигла на испытаниях восьми скоростей звука, сообщило агентство ТАСС со ссылкой на источник в оборонно-промышленном комплексе России. В ходе испытаний было подтверждено, что маршевая скорость ракеты в восемь раз превышает скорость звука. Ракета может запускаться с универсальных корабельных пусковых установок 3С14, которые также используются для ракет «Калибр» и «Оникс».
Геополитика  27.04.2017
ПРО США способна сбивать межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) России на 150-й секунде полета. Об этом в среду, 26 апреля, заявил начальник Центрального НИИ Войск воздушно-космической обороны РФ Сергей Ягольников. «Период подготовки применения ПРО США обеспечивает достаточный баланс времени для обстрела российских межконтинентальных баллистических ракет на восходящем активном участке траектории их полета. Получаются цифры такие. При использовании внешнего целеуказания от космического аппарата пуск противоракет возможен уже на 85-й секунде после старта МБР.
Мировой ВПК  27.04.2017
Аналитическое издание National Interest опубликовало статью «Почему Америка должна заставить Россию не нарушать договор РСМД (Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности -авт.)». Суть публикации сводится к тому, что «слабый президент» Обама не смог принудить Кремль вернуться к соблюдению буквы и духа этого соглашения, подписанного почти тридцать лет назад генсеком Горбачевым и президентом Рейганом. В статье признается, что в сохранении договора заинтересованы, прежде всего, американцы. Но для того, чтобы Путин взял под козырек, Вашингтону нужен эффективный рычаг давления на Россию.
Мировой ВПК  27.04.2017
В ночь на 7 апреля американские боевые корабли нанесли внезапный массированный ракетный удар по сирийской авиабазе Шайрат. А 25 апреля президент России Владимир Путин в Рыбинске провел заседание Военно-промышленной комиссии РФ и дал старт производству в нашей стране корабельных газотурбинных двигателей. Эти события, на первый взгляд, такие разные, настолько далеко разнесены во времени и пространстве, что совершенно не связаны между собой. На самом деле связь есть. И самая прямая.
Конфликты  27.04.2017
Начальник Главного оперативного управления Генштаба ВС РФ генерал-полковник Сергей Рудской заявил, что Россия вывела почти половину своей авиагруппировки, которая располагалась на авиабазе Хмеймим в Сирии. В своем выступлении на VI Московской международной конференции по безопасности он пояснил, что военное руководство России посчитало возможным сократить количество российских самолетов в Сирии, поскольку «число террористических формирований в стране за последнее время уменьшилось».
Конфликты  25.04.2017
За последнюю неделю правительственные войска Сирии незаметно для всего мира одержали две крупные победы, стратегически сравнимые с возвращением Пальмиры. Новая конфигурация фронта позволяет назвать следующую крупную цель Дамаска – это находящаяся в центре химического скандала провинция Идлиб. Но причины для радости на этом не заканчиваются.
Конфликты  20.04.2017
С принятием Белым домом решения на агрессию против КНДР начнется период подготовки войны. Его цель – создание политических, международно-правовых, морально-психологических и военно-стратегических условий, обеспечивающих возможность и успех кампании. Развернется масштабная информационная операция по дискредитации руководства КНДР на международной арене, в государствах-союзниках и среди населения самой Северной Кореи. Особое внимание будет уделено поиску лиц из числа военных и партийных руководителей КНДР разных уровней, готовых к измене ради гарантий безопасности и денежного вознаграждения.