14.10.2016, 19:20
НАТО предлагает начать переговоры
НАТО предлагает начать переговорыМеждународная военная политика
Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг заявил, что альянс переходит к новой формуле взаимодействия с Россией. Если раньше на Западе считали, что с Москвой можно быть либо партнерами, либо находится в состоянии конфронтации, то теперь пришли к выводу, что эти процессы вполне могут протекать параллельно.

«Мы не находимся в состоянии «холодной войны», но и былого партнерства, над которым мы работали годами, нет. Сейчас у нас этап беспрецедентных отношений. Наша формула: «оборона и диалог», внимание, а не «оборона или диалог», — заявил 14 октября генсек НАТО в интервью итальянскому изданию La Stampa. Он также добавил, что сильный военный блок нужен не для того, чтобы спровоцировать войну, а чтобы, напротив, предотвратить ее. «До тех пор, пока НАТО будет жестко и последовательно придерживаться выбранной линии, будет возможно продолжать диалог с Россией, нашим самым главным соседом, которого никаким образом нельзя изолировать. Не стоит даже пытаться», — сказал Столтенберг.

Он добавил, что не видит «особых рисков» для союзников со стороны России. При этом он также призвал европейские страны не сокращать, а, напротив, наращивать военные бюджеты, но каким-то образом дать России понять, что европейцы не хотят никаких столкновений.

Логика генсека выглядит довольно странной. Непонятно, как приближение инфраструктуры НАТО к границам России и наращивание военного потенциала даст Москве понять, что европейцы «не хотят столкновений», и приведет к снижению напряженности. Почему нужно вести диалог только с позиции силы, генсек НАТО также не пояснил.

Риторика главы Североатлантического альянса несколько раз менялась за последние полгода — от более жесткой до относительно мягкой. Так, в апреле 2016 года Столтенберг заявил, что в мире сложилась опасная ситуация, и «единство и мощь необходимы НАТО, в частности, для ответа на действия России и для борьбы с террористической группировкой «Исламское государство».

3 июля генсек заявил, что альянс столкнулся с «непредвиденными опасностями и сложными проблемами, в том числе со стороны России, которая готова применить силу для изменения границ».

Однако уже 9 июля он же сказал, что Россия не представляет непосредственной военной угрозы для НАТО. И хотя больше не является стратегическим партнером альянса, не находится с ним в состоянии «холодной войны».

Профессор кафедры российской политики факультета политологии МГУ им. М.В. Ломоносова Андрей Манойло полагает, что не стоит искать глубокого смысла в словах Столтенберга, так как они во многом зависят от текущей политической ситуации.

— У одного моего знакомого к сыну-старшекласснику в школе стали приставать хулиганы. А юноша, хотя занимался каратэ, не знал, как реагировать на задирающих его сверстников. И когда он пришел к отцу за советом, что делать в этой ситуации, тот ответил: «Начинай разговор с прямого удара в лоб». Когда парень последовал совету, и сначала продемонстрировал на хулиганах свое мастерство, уровень переговоров сразу повысился. Его оставили в покое.

В отношениях России и НАТО ситуация такая же. Прежде чем разговаривать с натовскими генералами на понятном им языке, сначала нужно продемонстрировать силу и шмякнуть по носу. А потом уже вести диалог. Видимо, Столтенберг, заявляя, что новая стратегия альянса заключается «в диалоге и обороне», невольно дает понять, что в НАТО понимают, что с Россией нужно вести диалог. Но боятся щелчка по носу, от которого полетят далеко и надолго.

А вообще к тому, что говорит Столтенберг, нужно относиться критично. Возможно, он хороший руководитель, но спикер — весьма посредственный. Его периодически заносит не в те области, которые он уполномочен комментировать. Большинство высказываний генсека носят ситуативный характер и не влияют на стратегию НАТО.

Сейчас, когда он говорит, что нужно вести диалог с Россией, но при этом наращивать оборону, чтобы Москва не думала, что они слабее, он готовит почву перед встречей Сергея Лаврова и Джона Керри в Лозанне. Это заявление отражает общий тренд в отношениях России и Запада.

Тот факт, что Керри стремится встретиться с Лавровым, говорит, что американцы поспешили разорвать отношения с Россией по Сирии, а потом попытались нас попугать. Но на испуг взять Москву не удалось. Теперь приходиться возвращаться к диалогу. Если какой-то прогресс в отношениях России и США происходит, то его удается добиться только на переговорах по линии Лавров-Керри. Сейчас американцы спешно пытаются наладить связи, которые сами же разорвали. Видимо, Столтенбергу тоже дали указание поддержать этот тренд. Вот он и говорит, что не видит в России врага.

Но если в Лозанне Лавров и Керри разругаются, генсек НАТО тут же начнет делать прямо противоположные заявления, что нужно крепить общенатовскую оборону против «страшного русского медведя».

Но если говорить в целом, сегодня диалог между НАТО и Россией в принципе возможен? И на какие уступки стороны должны пойти для того, чтобы он сдвинулся с мертвой точки?

— На самом деле ничего не мешает России и НАТО вести диалог. Нужны только каналы и площадки для этого. Но так как в связи с украинским кризисом и охлаждением отношений между альянсом и РФ большинство этих механизмов постоянного взаимодействия давно разорваны натовцами в одностороннем порядке, теперь им придется либо восстанавливать эти каналы, либо создавать новые.

Практика показывает, что даже непримиримые враги могут вести переговоры. А мы с НАТО не являемся непримиримыми оппонентами. Понятно, что у них есть свои интересы, а у нас -свои. То, что эти интересы иногда не совпадают или даже сталкиваются, — нормальное явление, которое переговоры как раз и призваны разрешить.

Поводы, которые натовские стратеги и генералы используют в качестве обоснования невозможности прямых контактов альянса и РФ, чаще всего просто надуманы. Конфликт на Украине, к которому Запад привязывает все, что ни лень, вообще не имеет никакого отношения к альянсу. Украина — это не натовская страна. Они искусственно привязали себя к этим событиям. Пусть теперь сами себя отвязывают.

Разрядка на западных границах Российской Федерации, безусловно, необходима для налаживания диалога. Но нужно понимать, что действия НАТО в той же Прибалтике, куда они перебрасывают три бригады, с военной точки зрения смехотворны. Потому что если что-нибудь начнется, эти бригады сдует первым же порывом ветра. Как и всю инфраструктуру этих государств.

И в самом НАТО прекрасно понимают — это действия опереточного характера. Ничто не мешает по соображениям здравого смысла их прекратить. Это будет воспринято нами как позитивный знак и приглашение к диалогу. Объективных препятствий для диалога нет, нужна только добрая воля со стороны НАТО.

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ Сергей Ермаков считает, что возврат к партнерским отношениям с НАТО сегодня невозможен, но диалог по отдельным вопросам вполне реален.

— Политика по сдерживанию России — это официальная позиция альянса, закрепленная документально. Это уже не просто разговоры, а долгосрочная стратегия и военное планирование под конкретного противника, то есть под Россию. Полным ходом идет строительство военного потенциала НАТО с учетом противостояния с Россией, и здесь все остается по-прежнему. Жесткая линия в отношении России сохраняется, о чем говорит и Столтенберг.

Другой вопрос, что к реальной конфронтации блок НАТО не готов физически, военного потенциала для втягивания в открытый конфликт с Россией у них нет. Поэтому мы видим попытки сдерживания РФ более гибким способом. Я бы обратил внимание на то, что меняются некоторые персоны в руководстве Североатлантического альянса.

В частности, должность заместителя генсека НАТО вместо Александра Вершбоу займет Роуз Геттемюллер. Она хорошо знает Россию, так как долгое время возглавляла Центр Карнеги в Москве, занималась в Госдепартаменте вопросами контроля и нераспространения вооружений. Эта тематика ей близка, и это именно та сфера, в которой натовцы хотят видеть диалог с Россией.

Их интересует взаимодействие в сфере транспарентности, то есть они хотят посмотреть, что из себя реально представляет Российская армия, оценить наш военный потенциал. Так же их волнуют вопросы предотвращения инцидентов в воздушном и морском пространстве. Эта тема в последнее время сильно педалируется как НАТО, так и их близкими партнерами — Швецией, Финляндией.

Натовцы сегодня пытаются перейти к сдерживанию от эскалации. Последние два года они стремились нарастить свой военный потенциал в Европе, но пока что получается не очень. Львиная доля — это американский вклад в укрепление оборонного потенциала альянса. Но на укрепление обороноспособности требуется много времени и денег, а европейцы особо тратить деньги не хотят. Да и лишних средств у них просто нет. Поэтому сейчас натовцы хотят тянуть время: наращивать военный потенциал, в то же время не вступать в конфликт с Россией.

В каких же сферах между нами возможен диалог?

— Несмотря на все разногласия, у нас есть определенные области взаимных интересов. Натовцы в этих сферах готовы идти на определенные уступки и ждут таких же уступок от нас.

Диалог возможен в рамках того же совета Россия-НАТО. Вероятно, сейчас будет предпринята попытка разморозить рабочие группы, контакты между которыми были прерваны по инициативе альянса.

Сегодня с учетом сложившихся обстоятельств нам необходима договорная база для недопущения конфликтных ситуаций между сторонами. Натовцам же особенно важно, чтобы был какой-то диалог в плане контроля над вооружениями, потому что сегодня его почти не существует. Также им хотелось бы втянуть Россию в переговоры по тактическому ядерному оружию.

Ну а что они готовы предложить взамен? Может, сворачивание инфраструктуры в Прибалтике или более сдержанную позицию по Украине?

— Не думаю, что они реально будут сворачивать инфраструктуру, но какую-то сдержанность пообещать вполне могут. Хотя рассчитывать на такие прорывные шаги, как взаимопонимание по Украине или Сирии, не стоит. Тем более, что мы говорим именно о НАТО, а не о Западе в целом. В нынешних условиях компромиссом с их стороны вполне можно считать готовность к созданию рабочей группы по недопущению конфликтных ситуаций. Предыдущие два года не было и этого. Натовцы к созданию такой группы готовы.

А мы?

— У нас должен быть и симметричный, и ассиметричный ответ. Мы не провоцируем конфликт с НАТО и готовы к сотрудничеству в том же вопросе контроля над вооружениями. Другой вопрос, что мы выступаем за всеобъемлющий подход, а не фрагментарный, когда НАТО обсуждает только те вопросы, которые выгодны им. А как только дело доходит до темы, которая не в их интересах, они тут же уходят в тень и обвиняют Россию в том, что она сложный переговорщик.

Так что не стоит ждать, что уже завтра у нас наладятся отношения. Это процесс сложный. Но на небольшие компромиссы и на какой-то диалог в НАТО уже готовы.

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  09.12.2016
Вице-адмирал Джеймс Фогго, командующий 6-м флотом ВМС США, дислоцированном в Средиземноморье, сделал весьма примечательное и очень обязывающее заявление. По мнению Фогго, «длительность патрулирования американских боевых кораблей в Черном море может быть увеличена примерно до четырех месяцев». Кроме того, «если вызовы в этом регионе станут более срочными» то, считает адмирал, возможно наращивание у берегов России и численности таких кораблей.
Геополитика  08.12.2016
Спецоперация «Потрясти мир продажей пакета акций «Роснефти»» успешно завершена. Произведенный эффект превзошел все ожидания. Но за экономическими деталями соглашения скрывается не менее интересный политический подтекст. Трудно найти более знаковые структуры, нежели Glencore и Суверенный фонд Катара, символизирующие новое качество России как великой державы. Продажа 19,5% акций «Роснефти» международному консорциуму имела все признаки сложнейшей спецоперации.
Мировой ВПК  08.12.2016
На днях немецкие СМИ разразились настоящей истерикой, через которую явно проглядывается постепенно нарастающее паническое состояние. Поводом к этому стали недавние испытания российского боевого железнодорожного комплекса (БЖРК) «Баргузин», или, попросту говоря, ядерного поезда. Так, журналисты влиятельного немецкого издания Die Welt заявили, что «Баргузин» – это российское оружие, которое, пожалуй, больше всего внушает страх Западу со времен окончания Холодной войны.
Геополитика  07.12.2016
Слова президента Казахстана о колониальном прошлом страны вызвали бурную реакцию в России и были расценены как антироссийские. Безусловно являясь таковыми по сути, они отражают крайнюю сложность ситуации, в которой оказался и Назарбаев, и его молодое государство. Как Россия должна относиться к подобным высказываниям?
Конфликты  09.12.2016
Коалиция во главе с США в иракском Мосуле нанесла воздушный удар по больнице, которую боевики террористической организации «Исламское государство» использовали в качестве штаба. Об этом сообщила газета The Guardian со ссылкой на центральное командование вооруженных сил США. Отмечается, что за часть сооружений комплекса несколько дней шла ожесточенная борьба иракской армии с террористами, после чего солдаты запросили авиационную поддержку коалиции.
Конфликты  08.12.2016
Рамзан Кадыров не стал опровергать факт отправки чеченских бойцов в Сирию, выступив с подробным, но несколько расплывчатым заявлением по этому поводу. Ранее в Сети появился видеоролик под заголовком «Военные из Чечни отправляются в Алеппо». Военные аналитики предположили, какую именно роль в Сирии могли бы сыграть военнослужащие из Чечни. Глава Чечни Рамзан Кадыров в четверг выступил с пространным заявлением, поводом для которого стали сообщения о том, что в Сирию направлен чеченский спецназ - бойцы батальонов Минобороны «Восток» и «Запад».
Конфликты  08.12.2016
Если раньше Алеппо «умирал, но не сдавался», то теперь даже пропагандистские СМИ джихадистов сменили репертуар: да, мы вынуждены отступить, но «война только начинается». В этом с боевиками согласен Госдеп, и война действительно «началась»: атаковав анклавы шиитов, исламисты нарушили режим перемирия в Идлибе и оформили тем самым новый серьезный вызов сирийской армии.