17.11.2015, 14:32
Москва заняла мировую оборону
Москва заняла мировую оборонуМеждународная военная политика
Почему Россия обновила главный документ военного планирования?

Во вторник, 17 ноября, президент Владимир Путин подписал указ о введении в действие плана обороны нашей страны на 2016−2020 годы. Документ вступает в силу с 1 января 2016 года, говорится на сайте правовой информации.

Напомним: 13 ноября на совещании о развитии Вооруженных сил президент заявил о необходимости уточнить документы военного планирования. «Очевидно, что ситуация меняется, меняется она быстро, и документы военного планирования должны уточняться», — сказал глава государства.

Видимо, одно из таких «уточняемых» направлений — развитие ударных ракетных комплексов.

«Мы будем работать и над системой противоракетной обороны, но на первом этапе, как мы неоднократно говорили, будем работать над ударными системами, которые в состоянии преодолевать любые системы противоракетной обороны», — заявил президент.

По его словам, истинная цель ПРО США — нейтрализация ядерного потенциала России. «Причем ни наши озабоченности, ни предложения о сотрудничестве, к сожалению, в расчет не принимаются», — констатировал он.

Путин также отметил, что Россию неоднократно заверяли в том, что европейский сегмент ПРО США развивается в связи с угрозой иранских баллистических ракет. «Однако мы знаем, что ситуация с иранской ядерной проблемой урегулирована, соответствующие соглашения подписаны. Более того, утверждены соответствующими парламентами. Работа над системами противоракетной обороны, тем не менее, продолжается», — подчеркнул глава российского государства.

Словом, Западу пора адекватно отвечать. И такой ответ, по сути, готов. «Мы не раз говорили, что Россия примет необходимые меры по укреплению потенциала стратегических ядерных сил», — заметил российский президент.

Как подчеркнул Владимир Путин, наша страна не собирается участвовать в гонке вооружений. России, по его словам, предстоит лишь наверстать то, что было упущено на рубеже 1990−2000-х годов, когда Вооруженные силы и предприятия ОПК не получали достаточного финансирования.

«Создание современной армии, оснащенной современным вооружением и военной техникой, остается одним из приоритетов военного строительства. Собственно говоря, во все времена так оно и было», — отметил президент РФ.

Что стоит за принятием нового плана обороны, что меняет он для России?

— Путин еще в октябре, выступая на заседании Международного дискуссионного клуба «Валдай», отметил, что военная сила остается инструментом международной политики, — отмечает ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО, доктор политических наук Михаил Александров. — Между тем, мы помним, как в конце 1980-х прозападные круги всячески нас уверяли, что у нас нет врагов, и что роль военной силы в мире неуклонно падает. Причем, подобные утверждения фигурировали даже в ряде документов МИД СССР. А теперь президент подписывает план обороны России, и прямо заявляет, что роль военной силы сохраняется.

На мой взгляд, это говорит о важной трансформации менталитета руководства страны. Наше руководство осознало, что мировая ситуация выглядит очень непросто, и возможны столкновения — как с Западом, так и с террористическими группами. Понятно, что в таких условиях надо привести военное хозяйство в надлежащий порядок. План обороны, наряду с военной доктриной, реформой армии и принятием новых видов вооружений, как раз комплексно решает эту задачу.

Что содержит план обороны?

— Мы доподлинно не знаем содержание плана — это секретный документ. Но, безусловно, там прописаны меры, которые отвечают нынешним угрозам. В частности, новым типам войн, которые сейчас ведутся — сетецентричным войнам.

Да, для России и сегодня сохраняется вероятность прямого военного столкновения с НАТО. Но, скорее всего, война против нас будет осуществляться именно в сетецентричном формате.

В малоинтенсивных формах такая война уже идет. Ее признаками являются локальные конфликты на периферии нашей территории, в частности, на Украине, информационная война в западных СМИ, экономические санкции со стороны Запада. И надо понимать: такую войну можно развить. Например, подогреть украинский конфликт и перебросить его на российскую территорию.

Методы парирования этой войны, вполне вероятно, и содержатся в новом плане обороны.

План вступает в силу в 2016 году. С какими военными рисками и угрозами может столкнуться тогда Россия?

— Основные риски и «горячие точки» видны уже сегодня. Это Украина, Прибалтика, Сирия, Центральная Азия, Закавказье. Во всех перечисленных точках может начаться эскалация конфликтов.

Скажем, в ту же Сирию американцы могут ввести дополнительные войска, несмотря на успокоительные заявления Барака Обамы. Плюс, сейчас активизировались французы — они намерены ускорить переброску своего единственного авианосца «Шарль де Голль» к сирийским берегам. Чтобы атаковать позиции «Исламского государства», французским летчикам потребуется летать через территорию, контролируемую правительственными войсками Башара Асада и российскими ВКС.

Хорошо, если нам в Сирии удастся договориться о сотрудничестве с американцами и французами. Но нужно иметь в голове и запасной вариант — на случай, если договориться не удастся, и США будут продолжать гнуть свою линию. Тогда нам нужно быть готовыми к продолжению односторонних действий: уже сейчас понятно, что война с ИГИЛ будет носить затяжной характер, и на каждом ее этапе возможны осложнения.

То же касается ситуации на Украине, где наблюдается очередное обострение. Если украинская сторона решится на новое наступление в Донбассе, нужно понимать, как действовать нам: нельзя допустить, чтобы Киеву это сошло с рук.

Невозможно, сложив руки, смотреть и в сторону стран Прибалтики, где НАТО последовательно наращивает военные силы.

Прибавьте сюда ряд «замороженных» конфликтов, где сейчас непростая ситуация: это и Нагорный Карабах, и курдские районы Турции. Да и в Центральной Азии все очень непросто. С одной стороны, афганские талибы, которые сейчас побеждают, угрозы нам не несут, с другой — на территории Афганистана готовятся террористические группы радикальных исламистов, которые под эгидой ИГИЛ могут осуществить вторжение в Центральную Азию, на территорию наших союзников.

Как видите, во многих точках эскалация конфликтов имеет малопредсказуемые последствия. Но все варианты развития ситуации должен учитывать новый план обороны…

— В течение двадцати постсоветских лет мы имели Вооруженные силы, но не имели плана обороны — по сути, плана применения этих сил, — напоминает академик Академии геополитических проблем, в 1996—2001 годах начальник Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны РФ, генерал-полковник Леонид Ивашов. — План обороны, кроме применения ВС, учитывает еще мобилизационные возможности экономики и граждан. На мой взгляд, то, что страна жила без такого плана — настоящее преступление.

Чисто технологически, для написания плана обороны составляется атлас угроз и рисков в отношении нашего государства. А дальше идет работа по планированию парирования этих угроз. Одни из них нейтрализуются политико-дипломатическими средствами, для парирования других приходится задействовать экономические рычаги, или чисто политические — к числу последних относится создание военных союзов. В итоге, план обороны определяет крупные стратегические задачи, которые стоят перед Вооруженными силами России.

В рамках этих крупных задач расписываются задачи видам Вооруженных сил и стратегическим группировкам по театрам военных действий.

Главное заключается в том, что план обороны ставит ориентиры в развитии Вооруженных сил, и вообще всей инфраструктуры обороны России. Другими словами, это очень полезный для нас документ.

Важно только не ошибиться в определении характера существующих и потенциальных угроз. Все 1990-е и добрую часть 2000-х годов мы исповедовали принцип, согласно которому противников у нас нет, а есть только определенные угрозы — например, расширение НАТО. Но сегодня мы обнаружили, что противники у России имеются, и серьезные. Раз так — вполне могут реализоваться открытые акты агрессии.

На мой взгляд, сегодня угроза для России номер один — это усиление военных приготовлений на Западе, прежде всего в США и НАТО, и ориентирование этих приготовлений против РФ, включая усиление ядерной составляющей.

Так, в военной доктрине США, утвержденной в текущем году, Россия открыто называется главной военной угрозой безопасности Америки. Плюс, особо подчеркивается, что Штаты готовы воевать в оспариваемых территориях, — а это и Арктика, и тот же Крым.

А в стратегии национальной безопасности США сказано, что американцы будут защищать свои интересы в любой точке мира с опорой на военную силу.

Думаю, именно открытое ориентирование США против России вынудило руководство нашей страны скорректировать план обороны…

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  23.03.2017
Китай продолжает очередную масштабную реформу Народно-освободительной армии (НОАК). Вслед за реорганизацией органов центрального военного управления объявлено очередное сокращение численности НОАК. Китайцы опять режут Сухопутные войска (СВ). И опять в пользу флотской компоненты, а также ВВС. Столь последовательная и долгосрочная политика ясно показывает приоритеты Китая в направлении своего военного развития и выбора противников.
Мировой ВПК  21.03.2017
Генеральный конструктор, вице-президент по инновациям Объединенной самолетостроительной корпорации (ОСК) Сергей Коротков сообщил о том, что корпорация проводит работы по созданию перехватчика нового поколения МиГ-41, который должен прийти на смену МиГ-31. Причем самолет разрабатывают не только конструкторы РСК «МиГ», но и специалисты других компаний, входящих в состав РСК.
Геополитика  20.03.2017
8 марта 2017 года вице-председатель американского Объединенного комитета начальников штабов генерал Пол Селва в выступлении в комитете Палаты представителей Конгресса США впервые публично обвинил Россию в нарушении бессрочного Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности (РСМД), заключенного в 1987 году президентом США Рональдом Рейганом и генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачевым. Селва объявил, что Россия поставила на вооружение крылатую ракету наземного базирования (в классификации НАТО — SSC-8), чем нарушила «дух и смысл» соглашения о контроле над вооружениями, сделав это с целью создать угрозу для НАТО.
Геополитика  20.03.2017
На сайте Стратегического командования США появилось сообщение о проведении учений под кодовым названием Global Lightning 2017. Мероприятие могло бы остаться рутинным, если бы не три любопытных новшества. Во-первых, в этот раз «молнию» встроили в глобальные учения Европейского командования ВС США Austere Challenge 2017, которые по сути являются командно-штабными учениями (КШУ) армий всего Североатлантического альянса. Во-вторых, как заявил глава U.S. Strategic Command генерал Джон Хиттен, они впервые за четверть века не ограничились компьютерным моделированием.
Конфликты  23.03.2017
«На границе тучи ходят хмуро…» — это сегодня про израильский Север. Про тучи, которые следует развеять, а заодно и вызванный ими туман, про назревающую грозу на северной границе. Напряжение там, ставшее очевидным после обмена ударами между Израилем и Сирией в конце прошлой недели, — не локальное кратковременное обострение ситуации, а отражение новой реальности, которая определит будущее региона в ближайшей перспективе.
Конфликты  22.03.2017
Израиль пообещал продолжить авиаудары по оружейным конвоям «Хезболлы» в Сирии. Атаки будут продолжаться в случае «возможности с разведывательной и военной точек зрения», - подчеркнул премьер- министр страны Биньямин Нетаньяху. Он отметил, что проинформировал президента России Владимира Путина о своих намерениях. Кроме того, израильский премьер опроверг сообщения о том, что Россия настаивает на прекращении Израилем военных операций на сирийской территории. «У России имеется выработанная политика (по отношению к позиции Израиля на Ближнем Востоке), и она не изменилась», - цитирует заявление Нетаньяху израильское издание The Jerusalem Post.
Конфликты  22.03.2017
Швейцарский военный ресурс «Offiziere.ch» опубликовал статью канадского военного эксперта Пола Прайса «Strategic Spillover: The Emirates in Africa» («Стратегическая экспансия Эмиратов в Африке»). Автор, ранее работавший в аналитических структурах НАТО и ОБСЭ, комментирует создание Объединенными Арабскими Эмиратами двух военных баз на территории Африки.