06.05.2016, 12:38
Мифы и правда об американском «Томогавке»
Мифы и правда об американском «Томогавке»Международная военная политика
Сегодня много говорится о крылатых ракетах большой дальности — российских «Калибрах» и американских «Томагавках». В СМИ этому виду вооружения приписываются огромные возможности. Однако так ли это? Можно ли считать этот вид оружия действительно всемогущим? Обратимся к опыту применения этих ракет. Российский опыт относительно невелик и достаточно хорошо освещен в прессе. А вот американский куда масштабнее. Так ли уж опасен «Томагавк», все ли цели и оперативные задачи ему по зубам?

В военных конфликтах последнего времени (Ирак — 1991 г., Югославия — 1998 г., Афганистан — 2001 г., Ирак — 2003 г., Ливия — 2012 г.) американцы применяли «Томагавки» очень охотно — количество пусков измерялось сотнями, а в отдельных случаях приближалось к двум тысячам.

Как правило, во всех конфликтах КР использовались для поражения конкретных точечных целей, уничтожение которых нарушало функционирование сложных структурно организованных на определенной площади объектов и систем.

Для поражения каждого такого точечного объекта с требуемой надежностью выделялось от 1−2 до 3−4 КР, в зависимости от конструкции и размера этого объекта и степени его защищенности средствами ПВО.

Количество поражаемых элементов в структуре военных и государственных объектов существенно различается.

Так, относительно простые объекты, такие, например, как радиолокационные посты, зенитные ракетные комплексы, мосты, отдельные объекты энергетической инфраструктуры могли быть выведены из строя или уничтожены поражением 1−2 точечных объектов из своей структуры.

Более сложные, такие как командные пункты, стационарные и мобильные, узлы связи, аэродромы, зенитные ракетные комплексы, крупные объекты транспортной и энергетической инфраструктуры, требовали для вывода из строя (уничтожения) 3−5 точечных объектов из своей структуры.

Крупные промышленные предприятия, военные базы и иные объекты военного и гражданского назначения, имеющие в своем состава большое количество сооружений, зданий, коммуникаций и других элементов, могут быть выведены из строя или разрушены поражением уже 10 и более точечных объектов.

Таким образом, для поражения (вывода из строя) значимых объектов военного или гражданского назначения при отсутствии или слабой ПВО требуется расход от 2−4 ракет для поражения относительно простых объектов, до 6−10 и более — для поражения более сложных.

А при наличии организованной ПВО, даже построенной на основе устаревших средств, потребный наряд возрастает в 1,3−1,5 раза, достигая 3−6 ракет для поражения относительно простых объектов и 10−15 — более сложных.

Таким образом, даже при отсутствии эффективной ПВО количественные возможности по поражению оперативно-важных объектов КР относительно невелики — при типовом расходе 500−700 КР от 50−60 до 120−170 объектов в зависимости от их типа.

В случае же прикрытия системой ПВО, даже с ограниченными возможностями противодействия КР, расчетное количество пораженных целей сократится до 30−40 и 80−120 соответственно.

То есть только с использованием КР решить стратегические задачи невозможно, поскольку количество объектов, которое необходимо поразить для этого, даже в относительно слабо развитых государствах, может достигать 500−600 и более.

Удары крылатыми ракетами необходимо применять в комплексе с пилотируемой авиацией, ориентируя КР на решении специфических задач, которые не может решить авиация или ее применение будет сопровождаться неприемлемыми потерями.

Оценивая возможности ПВО по борьбе с КР по опыту прошедших военных конфликтов, можно констатировать, что имевшиеся на вооружении стран-жертв агрессии устаревшие ЗРК большой и средней дальности оказались не способны поражать КР. Основные причины — неспособность поражать маловысотные воздушные цели с малой ЭПР, а также стремление агрессора обойти районы дислокации ЗРК, не допуская входа своих КР в зону поражения ЗРК.

Основным средством борьбы в КР стали зенитные огневые средства малой дальности из системы объектовой обороны, прежде всего зенитные артиллерийские системы.

Достигнутую ими вероятность поражения КР в 4−6% (по опыту войны в Югославии), учитывая тот факт, что это были устаревшие образцы, не имеющие современных систем управления огнем, можно признать достаточно высокой.

Это может быть свидетельством того, что именно объектовая система ПВО, основанная на современных средствах малой дальности, может стать эффективным инструментом борьбы с КР.

Так, если система объектовой ПВО будет оснащена такими комплексами как «Панцирь-С», «Тор» и им подобных, а также мобильными ЗРК средней дальности, способными бороться с КР, тогда при наличии минимально необходимого маловысотного поля радиолокационного наблюдения обеспечить требуемую надежность прикрытия от КР наиболее важных объектов будет вполне возможно, особенно если в эту систему будут включены соответствующие средства РЭБ, способные подавить систему управления КР.

Эффективность радиоэлектронного противодействия КР оказалась сопоставимой по эффективности с огневыми средств объектовой ПВО. Это позволило — по опыту Югославии, увести от цели около 3% КР. В оперативном отношении это, конечно, незначительный результат. Однако, учитывая отсутствие на вооружении югославской армии средств радиоэлектронного противодействия системе управления КР, его следует признать неплохим, дающим основания рассчитывать на оперативно значимый эффект при использовании современных, специализированных для борьбы с КР, средств РЭБ.

Важной особенностью применения КР является достаточно большой размах залпа в районе цели, что обусловлено движением ракет залпа по индивидуальным траекториям. Обеспечить подход к цели ракет с интервалом менее продолжительности цикла стрельбы зенитных огневых средств весьма сложно. То есть фактически ракеты подходят к цели поодиночке, изредка по две ракеты.

Это создает благоприятные условия для отражения ударов КР, особенно зенитными огневыми средствами с малым циклом стрельбы.

Движение КР по индивидуальным траекториям в обход зон ПВО осложняет их прикрытие средствами РЭБ, как на маршруте полета, так и в районе цели, что в определенной мере облегчает борьбу с ними для зенитных огневых средств.

Из анализа опыта применения КР США с учетом перспектив их развития можно сделать ряд выводов.

Прежде всего, можно констатировать, что задача разгрома группировки ВС противника, подрыва его экономического потенциала, с опорой преимущественно на КР в обычной оснащении даже в среднесрочной перспективе не разрешима в силу огромного потребного расхода этого оружия, что экономически нецелесообразно, а также недостаточного количества носителей.

Поэтому они применялись для решения тактических или локальных оперативных задач, в первую очередь в рамках первого удара по средствам ПВО — по радиоэлектронным средствам освещения воздушной обстановки, системам управления и связи, ЗРК большой дальности, а также по важным объектам государственного и военного управления. За счет их применения агрессору удалось радикально снизить потери пилотируемой авиации (а часто и вообще предотвратить) и при этом подавить систему воздушного направления и зонального огневого прикрытия систем ПВО на направлении главного удара в воздушных наступательных операциях, нарушить управление войсками, дезорганизовать сопротивление.

В числе важнейших сильных сторон этого оружия, вытекающих из опыта их применения, можно отметить, высокую скрытность, по сравнения с другими СВН, большую дальность стрельбы, которая практически исключает потери личного состава, высокую точность попадания в цель, обеспечивающую высокую надежность поражения цели (при достижении ее ракетой), минимизирующую побочные разрушения.

К слабым сторонам этого оружия, облегчающим борьбу с ним, можно отнести низкую скорость полета, большой размах залпа в районе цели, сложности с их прикрытием коллективными средствами РЭБ.

Кроме того длительный цикл ввода и корректуры полетных заданий этих ракет (составляет от часа-полутора для ракет, у которых такая коррекция возможна в полете, до десяти и более часов, у которых такой возможности нет) позволяет их применять (по крайней мере, на ближайшую перспективу) только против стационарных объектов.

Таким образом, можно констатировать, что «Томагавк» («Томахок») — это безусловно мощная система вооружения. Однако она не может самостоятельно достигать значимого оперативного результата, не говоря уже о стратегическом. Поэтому КР большой дальности в обычном снаряжении не могут заменить иные средства вооруженной борьбы, в частности, пилотируемую авиацию. Ее «оперативная ниша» в системе вооружения — борьба с целями, хорошо защищенными в противовоздушном отношении, подавление систем ПВО и управления войсками на отдельных направлениях. Это касается не только КР БД, но и других систем вооружения, которым на том или ином этапе развития средств приписывались исключительные возможности, позволяющие отменить все остальные виды оружия. В частности, это относится и к роботизированным системам вооружения, которые сегодня пытаются представить некоторые не вполне компетентные лица панацеей от всех бед.

Категория: Мировой ВПК



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  18.01.2017
В Польшу прибыли первые 3,5 тысячи американских военнослужащих в рамках 9-месячной миссии, которая началась 8 января. Для бронетанковой бригады США такая длительность миссии в Восточной Европе является беспрецедентной. Боевая группа 3-й бронетанковой бригады из состава 4-й пехотной дивизии выдвинулась в Жагань и Поморское, а 87 танков М-1 «Абрамс» последовали за ними на поездах.
Геополитика  18.01.2017
Российское инфопространство впало в эйфорию. Псевдопатриотическая трескотня в СМИ, многочисленные публицисты и аналитики, создающие ощущение какой-то великой победы России над международным глобализмом и либерализмом, всесилия наших спецслужб вплоть до того, что они могут по своему желанию ставить американских президентов и менять мировые элиты. Уверенность в контроле за собственным инфопространством может сыграть с нашим народом очень плохую шутку…
Геополитика  16.01.2017
Избранный президент США Дональд Трамп намекнул на возможное снятие санкций в обмен на взаимное сокращение ядерных вооружений. Многим возможность равного сокращения смертоносных для всей планеты арсеналов, да еще в обмен на снятие экономических санкций, может показаться весьма конструктивным предложением. Пока официальный представитель президента России Дмитрий Песков не стал давать оценку этим заявлениям и призвал «набраться терпения», дождавшись официального вступления Трампа в должность.
Геополитика  13.01.2017
Большинство внешнеполитических прогнозов начинается с констатации факта высокой неопределенности международной среды. Это удобно – за неопределенностью можно спрятаться, избегая ответственности за прогноз. Но если мы действительно хотим получить ориентиры на будущее, необходимо давать представления о «коридорах определенности». В 2017 году подобные коридоры вполне просматриваются. Они далеко не радужны и говорят о потребности в принципиально новых решениях накопившихся проблем.
Конфликты  17.01.2017
Боевики запрещенного в России «Исламского государства» почти взяли окруженные позиции сирийских военных в Дейр-эз-Зоре. Падение гарнизона этого сирийского города даст террористам полный контроль над местными нефтяными полями и укрепит их сообщение с подконтрольными ИГ территориями Ирака. Джихадисты уже празднуют победу и заставляют жителей захваченных районов подчиняться новым порядкам.
Конфликты  16.01.2017
Несмотря на то что силы ИГИЛ на отдельных участках сирийского фронта объективно истощены, террористы активно контратакуют, а в некоторых местах резко сменили тактику, нацелившись на крайне болезненные для сирийской армии точки. В то же время террористы теряют позиции под Пальмирой – сирийские войска готовы реабилитироваться за недавний позор.
Конфликты  13.01.2017
Новости, приходящие с линии разграничения сторон в Донбассе, гласят: эта линия меняется, причем, в пользу ВСУ. Прямое подтверждение – новые жертвы и новые обустроенные позиции украинцев. Нужно понимать, что речь в данном случае идет давней стратегии на дальнюю перспективу. И перспектива эта – окружение Донецка.