26.02.2016, 19:12
Конфликт с Россией затруднил модернизацию турецкой армии
Конфликт с Россией затруднил модернизацию турецкой армииМеждународная военная политика
Конфликт с Россией затруднил модернизацию турецкой армииСама мысль о военно-техническом сотрудничестве между Россией и Турцией в настоящий момент смотрится дико, а ведь еще совсем недавно обе страны имели на этот счет далеко идущие планы. Теперь этим планам не суждено сбыться, но по-настоящему проигрывает от этого только одна из стран – Турция, чрезвычайно заинтересованная в военных технологиях РФ.

Разрыв военно-технического сотрудничества между Россией и Турцией, о котором сообщил помощник президента РФ Владимир Кожин, не нанесет российской «оборонке» значительного ущерба, поскольку объем военных контрактов с Анкарой был сравнительно невелик. А вот Турции придется забыть о российских военных технологиях, с помощью которых она рассчитывала модернизировать свои вооруженные силы. А ведь еще год назад Россия выражала готовность дополнить продажу оборонной техники в Турцию сотрудничеством в сфере трансфера технологий.


Импортозамещение за чужой счет

«У нас были контракты, у нас были поставки и стрелкового вооружения, и артиллерийских систем. Естественно, сейчас поставки и все контракты, включая сервисные, прекращены», – заявил помощник президента России по вопросам военно-технического сотрудничества Владимир Кожин в интервью «Интерфаксу». Ранее он оценивал объем российско-турецкого сотрудничества в оборонной сфере как «небольшой»: «Говорить о серьезных проектах не приходилось. Был взаимный обмен деталями, комплектующими».

Между тем Анкара имела большие виды именно на это направление. Последний раз планы расширения военно-технического сотрудничества между Россией и Турцией публично анонсировались всего десять месяцев назад – в мае прошлого года, на Международной выставке оборонной промышленности IDEF в Стамбуле. Российскую экспозицию тогда посетил министр обороны Турции Исмет Йылмаз, заявив о заинтересованности в трансфере российских технологий.

По большому счету турецкие военные никогда не скрывали, что их основной интерес к российским коллегам лежит именно в области технологий. Это естественным образом вытекало из планов по модернизации турецкой армии, которые были важной частью программы правящей Партии справедливости и развития еще в момент ее прихода к власти в 2002 году. Предполагаемый объем инвестиций в эту сферу измерялся астрономическими суммами. Например, в конце 2005 года турецкие СМИ опубликовали полученную из неофициальных источников информацию, что исполнительный комитет оборонной промышленности страны намерен в течение ближайших 10 лет вложить в инфраструктуру тыла 50 млрд долларов.

Одновременно турецкая оборонная промышленность взяла курс на повышение собственной доли в поставках национальной армии. Если в 2008 году обеспеченность потребностей ВС Турции за счет внутреннего производства составляла 44,2%, то к 2011 году – уже 54%. При этом в начале текущего десятилетия представители турецких оборонно-промышленных кругов заявляли, что стратегической целью является выйти на полное обеспечение потребностей национальных вооруженных сил в течение 20 лет – и основные надежды на реализацию этих амбиций лежали в области трансфера технологий.

Представители российской «оборонки» отнеслись к турецкой инициативе с пониманием. В ходе IDEF 2015 советник генерального директора Рособоронэкспорта Анатолий Аксенов отметил, что на данный момент основное направление военно-технического сотрудничества с турками связано с расширением поставок российского вооружения и военной техники, но при этом заявил, что «второе важное направление – научно-техническое сотрудничество с турецкой оборонной промышленностью». И это, по его словам, «будущее наших отношений в оборонной сфере».

Несмотря на огромные инвестиции в перевооружение армии и развитие национальной оборонной промышленности, Турция, по мнению ряда экспертов, так и не смогла ликвидировать ряд слабых звеньев, доставшихся ей в наследство от массовых армий, характерных для войн ХХ века. «Турецкая армия в составе НАТО традиционно имела самое плохое вооружение, – утверждали в своем исследовании 2014 года военные аналитики из Армении Арцрун Оганнисян и Левон Овсипян. – Достаточно отметить, что до последнего времени у турецкой армии не было дальних зенитно-ракетных комплексов, в то время как Нидерланды получили такие комплексы в середине 1990-х годов. До сих пор более половины танков турецкой армии – это американские машины 1960-х годов». По их мнению, в основе стереотипа о мощности турецкой армии лежит большая численность и членство в НАТО, однако это еще не залог успеха.


Заветная мечта Эрдогана

Кстати, именно Турция была первой страной НАТО, которая начала военно-техническое сотрудничество с Россией. Еще в 1992 году президент России Борис Ельцин и президент Турции Сулейман Демирель договорились о поставке российских вооружений и военной техники на сумму до 300 млн долларов. Эти намерения два года спустя были подкреплены межправительственным соглашением о сотрудничестве по военно-техническим вопросам и в области оборонной промышленности.

В 2001 году с целью придать взаимодействию в этой сфере долгосрочный характер была организована Смешанная российско-турецкая комиссия по военно-техническому сотрудничеству. В конце 2004 года в ходе визита в Турцию Владимира Путина были подписаны межправительственные соглашения о взаимной охране интеллектуальной собственности в сфере ВТС и о взаимной защите секретной информации.

В 2008 году объем поставок российского ОПК в Турцию оценивался в 200 млн долларов. Турецкой стороне на тот момент было предложено несколько основных проектов: лицензионное производство и сборка на турецких предприятиях российских танков и БТР, производство для Турции противотанковых ракетных комплексов малой и средней дальности, интегрирование российского зенитно-ракетного комплекса «Стрелец» с аналогичной турецкой системой, поставки ударных вертолетов Ка-50-2 российско-израильского производства. Кроме того, тогда же обсуждались совместные космические проекты военного назначения.

О высокой степени заинтересованности Турции в наращивании ВТС с Россией свидетельствовала утечка информации о том, что в 2012 году премьер-министр (тогда еще) Эрдоган собирался попросить российскую сторону выставить на турецком тендере зенитные ракетные комплексы С-400 «Триумф» вместо комплексов С-300 «Фаворит». Важность этой новости заключалась в том, что руководство ВС РФ не планировало поставлять С-400 за рубеж до тех пор, пока ими не будут полностью удовлетворены потребности Российской армии (до 2020 года планировалось создать 56 соответствующих дивизионов).

Россия продолжала придерживаться данной позиции и на выставке IDEF-2013 предложила Турции в рамках совместной программы сотрудничества в области разработок средств ПВО приобрести зенитную ракетную систему «Антей-2500», которая является экспортным вариантом комплекса С-300. Тогда же Рособоронэкспорт сообщил о намерении предложить Анкаре совместную политику продвижения комплекса ПВО дальнего действия на рынки третьих стран.

Тогда же было объявлено, что Рособоронэкспорт намерен организовать в Турции сервисные центры по обслуживанию вертолетов Ми-17, ранее поставленных турецкой жандармерии (то есть армейским подразделениям, выполняющим полицейские функции). Также в рамках выставки состоялись испытания совместной системы противовоздушной обороны малой дальности, разработанной путем интеграции российского комплекса «Игла» с турецкой боевой платформой. «Проект готов и испытан, сейчас обсуждается вопрос производства с заказчиком», – сообщал тогда Анатолий Аксенов. При этом российская сторона допустила возможность оснащения комплекса турецкими ракетами, а Рособоронэкспорт предложил туркам устанавливать российские боевые системы на их корабли.

Теперь все эти планы остались в прошлом.

Категория: Мировой ВПК



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  08.12.2016
Спецоперация «Потрясти мир продажей пакета акций «Роснефти»» успешно завершена. Произведенный эффект превзошел все ожидания. Но за экономическими деталями соглашения скрывается не менее интересный политический подтекст. Трудно найти более знаковые структуры, нежели Glencore и Суверенный фонд Катара, символизирующие новое качество России как великой державы. Продажа 19,5% акций «Роснефти» международному консорциуму имела все признаки сложнейшей спецоперации.
Мировой ВПК  08.12.2016
На днях немецкие СМИ разразились настоящей истерикой, через которую явно проглядывается постепенно нарастающее паническое состояние. Поводом к этому стали недавние испытания российского боевого железнодорожного комплекса (БЖРК) «Баргузин», или, попросту говоря, ядерного поезда. Так, журналисты влиятельного немецкого издания Die Welt заявили, что «Баргузин» – это российское оружие, которое, пожалуй, больше всего внушает страх Западу со времен окончания Холодной войны.
Геополитика  07.12.2016
Слова президента Казахстана о колониальном прошлом страны вызвали бурную реакцию в России и были расценены как антироссийские. Безусловно являясь таковыми по сути, они отражают крайнюю сложность ситуации, в которой оказался и Назарбаев, и его молодое государство. Как Россия должна относиться к подобным высказываниям?
Мировой ВПК  06.12.2016
Как можно было потерять за короткий срок два самолета из авиакрыла «Адмирала Кузнецова», да еще и по схожей причине — порвавшихся тросов авиафинишера? Defence.ru разбирается вместе с обозревателем Lenta.ru Ильей Крамником.
Конфликты  08.12.2016
Если раньше Алеппо «умирал, но не сдавался», то теперь даже пропагандистские СМИ джихадистов сменили репертуар: да, мы вынуждены отступить, но «война только начинается». В этом с боевиками согласен Госдеп, и война действительно «началась»: атаковав анклавы шиитов, исламисты нарушили режим перемирия в Идлибе и оформили тем самым новый серьезный вызов сирийской армии.
Конфликты  07.12.2016
Банды боевиков полностью выбиты из старых кварталов Алеппо. «Противник разгромлен и бежит в южные кварталы», – сообщают сирийские военные. По их словам, освобождение восточного Алеппо будет завершено к концу недели. Помощь армии Сирии оказывают российские военные советники, одним из которых был погибший командир 5-й гвардейской танковой бригады полковник Руслан Галицкий. «Танкист мог вести управление сухопутным боем», – предполагает бывший замглавкома сухопутных войск России генерал-лейтенант Сергей Скоков.
Конфликты  07.12.2016
В конце ноября абсолютно незаметно для широкой общественности состоялся весьма примечательный, как теперь выясняется, визит иностранного гостя в Москву. Не особо афишируя свои намерения, в Россию приезжал главнокомандующий ливийской армией фельдмаршал Халифа Хафтар. Его принимали в наших МИД, Минобороны и в Совете Безопасности. Высокий гость уехал, и вдруг выяснилось, что в нашей столице фельдмаршал обсуждал чрезвычайно чувствительные не только для России темы.