17.12.2015, 18:39
Катар поддержит Турцию огнем
Катар поддержит Турцию огнемМеждународная военная политика
Анкара спешно ищет ресурсы для конфликта с Россией.

Анкара намерена создать военную базу в Катаре, чтобы защищаться от «общих врагов». Об этом 16 декабря сообщило агентство Reuters со ссылкой на посла Турецкой республики в Дохе Ахмета Демирока.

— Турция и Катар сталкиваются с общими проблемами, обе наших страны очень обеспокоены событиями в ближневосточном регионе. В такое время сотрудничество между нами критически важно, — отметил дипломат.

Открытие базы произойдет в рамках двустороннего соглашения о борьбе с «общими врагами», подписанного в 2014 году. Согласно договору, Катар также может разместить свою военную базу в Турции. По словам турецкого посла, на базе будут размещены 3 тыс. военнослужащих из состава сухопутных войск, подразделения ВВС и ВМС, военные инструкторы и спецназ. В Катаре уже находится 100 турецких военнослужащих, которые осуществляют обучение местных военных. Там также расположена крупнейшая американская база на Ближнем Востоке «Аль-Удейд», где дислоцируются 10 тыс. военнослужащих.

Отмечается, что Турция и Катар выступают против режима Башара Асада в Сирии, поддерживают движение «Братья-мусульмане», а также обеспокоены растущим влиянием шиитского Ирана в регионе.

Напомним, 15 декабря было объявлено, что под руководством Саудовской Аравии создана исламская военная коалиция якобы для борьбы с терроризмом. Цель объединения из 34 стран — координировать и поддерживать военные операции. Объединенный командный оперативный центр будет базироваться в Эр-Рияде. Тогда некоторые аналитики отмечали, что этот шаг, возможно, является не только декларацией о намерениях. Не исключено, что главные спонсоры мирового терроризма всерьез намерены начать сухопутную операцию, отправив подразделения в Сирию и Ирак. Понятно, что такой шаг однозначно не получит одобрения со стороны правительств Багдада и Дамаска, однако действий в рамках антитеррористической коалиции — это то прикрытие, которым активно пользуется тот же Запад.

Ведущий научный сотрудник отдела оборонной политики РИСИ, кандидат военных наук Владимир Карякин считает, что пока речь идет только о политическом демарше со стороны Турции и Катара.

— Цели, на мой взгляд, следующие. Во-первых, показать России, что Анкара тоже не лыком шита, мол, вы в Сирии сделали свою военную базу (хотя руководство нашей страны постоянно подчеркивает, что эксплуатация аэродрома в Латакии носит временный характер), вот и у нас есть войска, и мы можем договариваться с союзниками. Во-вторых, база Турции на берегу Персидского залива — это, естественно, определенный противовес Ирану. В-третьих, такое военное сотрудничество Катара и Турции может быть некой демонстрацией того, что Доха не отказывается от своих намерений построить газопровод через Сирию и Турцию в Европу, несмотря на то, что режим Асада этому препятствует.

Арабист, старший преподаватель кафедры общей политологии НИУ «Высшая школа экономики» Леонид Исаев обращает внимание на то, что заявление о появлении в Катаре турецкой военной базы прозвучало после того, как было объявлено о создании исламской коалиции под эгидой Саудовской Аравии.

— С моей точки зрения это объединение из 34 стран было сформировано не для того, чтобы просто громко заявить о себе, а потому что ряд государств, в том числе и Турция, намерены перейти к активным действиям в Ираке и Сирии. Поскольку на протяжении всей войны турки, катарцы и саудиты активно вкладывались в группировки, сирийский вопрос стал для них главной внешнеполитической задачей. Поэтому отступать им уже некуда, надо любыми способами извлекать дивиденды. Во всей коалиции трудно найти более близкое Турции государство, чем Катар. То есть посредством Дохи Анкара в это объединение инкорпорируется.

Кроме того, военный объект в Катаре важен для турок не только с точки зрения контроля сирийского и иракского очагов противостояния с юга, но и как база в подбрюшье Ирана.

Турецкий посол прямо заявил, что Анкара и Доха сталкиваются с общими проблемами и врагами в ближневосточном регионе, замечает старший аналитик Центра изучения кризисного общества, эксперт РСМД и Института Ближнего Востока Сергей Балмасов.

— А мы прекрасно знаем, что отношения России как с Турцией, так и с Катаром довольно сложные, я бы сказал, недружественные. С Дохой мы серьезно конкурируем по газу. Катар — один из главных спонсоров джихадизма на территории Сирии и не только. Напомню, что на его территории часто скрывались видные представители чеченских сепаратистов. Однако понятно, что укрепление военного сотрудничества между Катаром и Турцией — это не только посыл в сторону России.

Появление турецкой военной базы в Катаре по соседству с американской «Аль-Удейд» ставит под вопрос и глубину американского влияния на Доху. А у Турции и Катара есть определенные трения с США. Известно, что американцы активно воздействуют на внутреннюю ситуацию в Катаре, пытаются заставить изменить подход руководства эмирата к миграционной политике, сделав его более мягким к мигрантам.

Также в последнее время прослеживается и антииранский крен Катара. Если прежний эмир в некоторых вопросах даже поддерживал Тегеран, то сейчас звучат заявления об обеспокоенности иранской экспансией. Неслучайно катарские силовики участвуют в операции в Йемене против проиранских сил, а также, по сути, сейчас катарцы воют против проиранских сил в той же Сирии.

В свою очередь, появление катарской базы в Турции было бы серьезным предлогом для усиления повстанческой и диверсионной деятельности на территории Сирии. Также это еще и гарантия того, что Катар не соскочит и не оставит Турцию наедине с возникающими проблемами, готов серьезно в нее вложиться и компенсировать издержки от конфликта с Россией.

Тот факт, что о намерениях создать базы было объявлено после того, как появилась информация о блоке из 34 стран под эгидой Саудовской Аравии, с одной стороны — это показатель дальнейшего сближения ключевых игроков по сирийскому кризису. С другой — учитывая, серьезные трения между Катаром и Саудовской Аравией в борьбе за влияние на том же Аравийском полуострове и в арабском мире в целом, активное сотрудничество с Турцией, обладающей, несмотря на реформы Эрдогана, одними из самых мощных ВС в арабском мире, дает катарскому эмиру серьезный козырь для дальнейшего проведения своей политики. Опираясь на турок, он может позволить себе меньше прислушиваться к американцам.

То есть, на мой взгляд, заявление о намерениях Катара и Турции создать базы — это сигнал РФ, США, Ирану и отчасти Саудовской Аравии.

Доцент кафедры международной безопасности факультета мировой политики МГУ Алексей Фененко считает, что такой шаг Анкара и Доха сделали именно с подачи Вашингтона, и он является закономерным продолжением американской политики.

— В октябре американцы начали активно твердить, что Россия выступает союзником шиитов, в частности является партнером шиитской коалиции в Сирии (сирийских алавитов, иранцев, «Хезболлы»). Вот теперь мы видим, что американцы через своих союзников — Саудовскую Аравию и Катар — пытаются создать подобие некой суннитской коалиции в качестве противовеса влиянию России и Ирана на Ближнем Востоке — то есть контр-блок. Пока же американцам (а также англичанам) удалось достичь российско-турецкого конфликта и присоединения Турции к исламской коалиции.

Понятно, что первой пробой сил такого суннитского блока была война в Йемене, которую, кстати, в Штатах с 22 марта стали называть войной аравийской коалиции. Вот теперь эта война аравийской коалиции начинает приобретать более осязаемую форму. Правда, я не думаю, что обсуждаемая коалиция решится на скорый ввод войск в Ирак и Сирию. Скорее, ее формирование, так же как и создание базы Турции в Катаре — это игра на перспективу. Сюда же укладываются и следующие шаги: попытки создать оппозиционное Асаду правительство, занижение цен на нефть, поставки вооружений повстанцам (ведь тут США вроде как формально чисты, они всегда могут сказать, что это делаем не мы, а саудиты и катарцы, с ними и разбирайтесь).

Категория: Конфликты



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  27.03.2017
Ижевский электромеханический завод «Купол» впервые поставил полковой комплект ЗРК малой дальности 9К331М «Тор-М2» для оснащения 538-го зенитного ракетного полка 4-й гвардейской Кантемировской танковой дивизии Западного военного округа. Об этом сообщил в ходе Единого дня военной приемки командир полка Константин Демидов.
Мировой ВПК  27.03.2017
Ракетный крейсер «Украина» был построен в последние годы советской власти, в 1984–1990 годах. Разработка корабля (который первоначально назывался «Комсомолец», а в 1985–1993 – «Адмирал флота Лобов») велась в ленинградском Северном конструкторском бюро, собственно строительство – на николаевском судостроительном. Крейсер относится к проекту 1164 «Атлант» – классу кораблей, занимающему промежуточное положение между тяжелыми атомными крейсерами типа «Киров» и эсминцами типа «Современный». В основные задачи таких крейсеров в том числе входит уничтожение надводных кораблей противника вплоть до авианосцев, борьба с подлодками, решение задач коллективной ПВО, поддержка десантов и т.д.
Геополитика  23.03.2017
Китай продолжает очередную масштабную реформу Народно-освободительной армии (НОАК). Вслед за реорганизацией органов центрального военного управления объявлено очередное сокращение численности НОАК. Китайцы опять режут Сухопутные войска (СВ). И опять в пользу флотской компоненты, а также ВВС. Столь последовательная и долгосрочная политика ясно показывает приоритеты Китая в направлении своего военного развития и выбора противников.
Мировой ВПК  21.03.2017
Генеральный конструктор, вице-президент по инновациям Объединенной самолетостроительной корпорации (ОСК) Сергей Коротков сообщил о том, что корпорация проводит работы по созданию перехватчика нового поколения МиГ-41, который должен прийти на смену МиГ-31. Причем самолет разрабатывают не только конструкторы РСК «МиГ», но и специалисты других компаний, входящих в состав РСК.
Конфликты  23.03.2017
«На границе тучи ходят хмуро…» — это сегодня про израильский Север. Про тучи, которые следует развеять, а заодно и вызванный ими туман, про назревающую грозу на северной границе. Напряжение там, ставшее очевидным после обмена ударами между Израилем и Сирией в конце прошлой недели, — не локальное кратковременное обострение ситуации, а отражение новой реальности, которая определит будущее региона в ближайшей перспективе.
Конфликты  22.03.2017
Израиль пообещал продолжить авиаудары по оружейным конвоям «Хезболлы» в Сирии. Атаки будут продолжаться в случае «возможности с разведывательной и военной точек зрения», - подчеркнул премьер- министр страны Биньямин Нетаньяху. Он отметил, что проинформировал президента России Владимира Путина о своих намерениях. Кроме того, израильский премьер опроверг сообщения о том, что Россия настаивает на прекращении Израилем военных операций на сирийской территории. «У России имеется выработанная политика (по отношению к позиции Израиля на Ближнем Востоке), и она не изменилась», - цитирует заявление Нетаньяху израильское издание The Jerusalem Post.
Конфликты  22.03.2017
Швейцарский военный ресурс «Offiziere.ch» опубликовал статью канадского военного эксперта Пола Прайса «Strategic Spillover: The Emirates in Africa» («Стратегическая экспансия Эмиратов в Африке»). Автор, ранее работавший в аналитических структурах НАТО и ОБСЭ, комментирует создание Объединенными Арабскими Эмиратами двух военных баз на территории Африки.