07.11.2014, 18:04
«Исламское государство» пришло в Россию
«Исламское государство» пришло в РоссиюМеждународная военная политика
Наша страна становится полигоном для международного терроризма.

В среду в ходе совместной операции МВД и ФСБ были задержаны члены банды, терроризировавшей в течение полугода водителей на трассе М4 «Дон». Как выяснилось, преступники были приверженцами радикального ислама. По одной из версий, посредством участия в убийствах отбирались боевики для войны в Сирии на стороне группировки «Исламское государство» (организации, признанной экстремистской и запрещенной в ряде стран. – прим. ред).

Загадочные убийства на трассе М4 начались в мае. Преступники действовали по одной и той же схеме. Вначале на дороге раскладывались шипы, а когда проколовший шину водитель останавливал машину, из-за укрытия бандиты расстреливали его и пассажиров. Всех сбивало с толку то обстоятельство, что нападения производились как на дорогие автомобили, так и совсем простые, при этом деньги и ценные вещи оставались нетронутыми. Всё прояснилось, когда удалось задержать членов банды.

При задержании один из боевиков кинул в сотрудников спецназа ручную гранату, никто не пострадал лишь по счастливой случайности. У пойманных уроженцев Средней Азии нашли пистолеты, автоматы, взрывчатку и ваххабитскую литературу. Предполагается, что убийства на дороге были нужны, чтобы повязать бандитов кровью, а заодно посеять страх среди местных жителей. Наиболее активных могли потом отправлять для войны в Сирию.

Согласно данным спецслужб, в Сирии на стороне исламистов сейчас воюет несколько сотен россиян. Остро стоит эта проблема и для республик Средней Азии. Но если раньше радикалы предпочитали просто отправляться на войну в другую страну, то сегодня, по всей видимости, они решили бороться за «халифат» под знаменем ИГ уже на территории России.

Как говорит старший научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Владимир Сотников, у ИГ есть все возможности для активной деятельности в нашей стране:

– Так как у задержанных людей найдена ваххабитская литература, вполне вероятно, что к этим преступлениям приложило руку «Исламское государство». Ведь лидеры ИГ уже заявляли, что будут воевать с Россией, даже была высказана угроза в адрес лично российского президента. Видимо, у ИГ есть наработанные каналы в нашей стране. Перекрыть их сложно, тем более, если они существуют уже годами.

— «Исламское государство» воюет на Ближнем Востоке, Россия далеко.

– К сожалению, и в нашей стране ИГ может действовать. Посмотрите, что происходит с Пакистаном и Индией, которые находятся далеко от зоны существования группировки. Талибы* объявили, что они в союзе с ИГ готовы воевать против Индии. На территории России террористические ячейки существуют годами, они проводят теракты на Северном Кавказе. Так что ИГ может действовать у нас в стране и, к сожалению, по всему миру.

— Но ИГ появилось недавно, неужели они сразу начали создавать ячейки и в России?

– ИГ пользуется уже существующими ячейками подполья, мелкими и крупными террористическими группировками, которые имеют просто другое название. Сейчас все группы выразили солидарность с ИГ. Почему же «Исламскому государству» не использовать поддержку других организаций?

Не стоит забывать, что для вербовки боевиков сейчас активно используется интернет, социальные сети. Уже не надо посылать агентов, можно вербовать дистанционно. И это становится опасным фактом для всех государств мира.

— Деятельность ИГ на территории России входит в планы каких-то государств?

– На мой взгляд, тут дело не в чьих-то национальных интересах, а в интересах радикальных исламистов вообще, мирового джихадистского движения. Пока не выявлено убедительных доказательств связи ИГ с каким-то государством. Мы знаем, что в свое время этих радикалов создали США, как и талибов, но теперь они воюют и против Америки. Так что пока нельзя сказать, что какое-то государство реализует свои национальные интересы, посылая боевиков в Москву и Московскую область. Пока можно говорить о борьбе мирового радикального джихадистского движения, которое заинтересовано действовать по всему миру.

— Есть эффективные меры борьбы с радикалами?

– Прежде всего, надо использовать агентурные данные и выявлять террористические группировки. Однозначно ответить сложно, как это сделать. Скажем, Москву нельзя полностью перекрыть. Можно поставить рамки металлоискателей на вокзалах, но не запретить въезд сотням тысяч гостей столицы. Для того, чтобы выявить боевиков, нужны большие финансовые и людские ресурсы. Конечно, должно быть сотрудничество спецслужб заинтересованных в борьбе с террористами государств.

Заместитель председателя Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции Роман Силантьев полагает, что главная причина распространения исламского терроризма в России кроется в отсутствии контроля за ваххабитскими проповедниками:

– На мой взгляд, еще не факт, что обезвреженная банда отбирала боевиков для Сирии. В России тоже существует террористическое подполье. К сожалению, далеко идти не надо для совершения теракта. Я не исключаю, что расстрелы людей на дороге это новый вид терроризма, который, кстати, пытались апробировать в Ставропольском крае и Башкирии. Эти теракты замаскированы под разбойные нападения, а потому ищут преступников по другим каналам. Их должны искать сотрудники ФСБ, а занимаются этим обычные следователи МВД, потому бандитам удается дольше пробыть на свободе. Но, думаю, сейчас учтут этот момент и примут соответствующие решения.

У нас меняется тип террористической угрозы. Раньше у нас захватывали самолеты, потом это прекратилось, но стали взрывать дома. После взрывов домов началась эпидемия появления «живых бомб», которая пока не закончилась. Перед этим были захваты больниц, школ, театров. Не исключено, что новая тактика террористов – нападения на простых людей, замаскированные под разбой. Но это именно чисто террористические акты, так как сеют страх у людей. Денег у жертв бандиты не брали, что порождало всякие домыслы. Нападали на разные машины, не только на дорогие, что вызывало страх у всех. Думаю, что целью была не только тренировка боевиков, но и запугивание людей.

Если говорить в целом, то появление подобной банды в Подмосковье неудивительно. В регионе очень неблагополучная ситуация с исламскими радикалами. Практически нет авторитетных проповедников, а те, кто называет себя лидерами подмосковного ислама, весьма сомнительные личности. Конечно, нынешние имамы не хотят или просто не могут справиться с распространением ваххабизма. В Москве и Подмосковье радикалы чувствуют себя достаточно комфортно.

— Как можно бороться с распространением радикальных идей?

– Собственно, государство всё делает правильно. Оно ужесточает законодательство и другими методами создает исламистам максимально невыносимые условия для жизни. Таким образом, радикалов просто вытесняют. С ними вообще можно бороться только двумя способами: вытеснять или уничтожать.

Не во всех регионах России проблема стоит остро, где-то, как в Чечне, ее удалось решить. Но в Москве и Подмосковье вопрос о радикальном исламе стоит остро, здесь практически еженедельно ловят террористов, изымают экстремистскую литературу, проводят другие оперативно-розыскные мероприятия. Радикалов тут действительно много.

Конечно, свою роль играет то, что Москва – столица, и в нее все стремятся. Тут много этнических мусульман. Но главная беда – пособничество и сочувствие террористам официальных религиозных деятелей. Даже зарегистрированные мечети становятся центрами подготовки террористов и их опорными базами. Я считаю, что надо проверить все мечети Подмосковья на связь с террористами.

— Некоторые радикалами становятся уже в столичном регионе. В чем их мотивация?

– В исламские секты попадают самые разные люди, от миллиардеров до бомжей. Если у человека повышенная толерантность к подобной пропаганде, то он попадет к ваххабитам независимо от происхождения, социального положения, образования. Люди попадают к радикалам по разным причинам, но главные – это желание почувствовать себя «избранным», причастным к событиям мирового масштаба, способным судить людей, решать, кому жить, а кому умереть. Для многих это очень заманчиво, намного заманчивее, чем какая-то сытая жизнь.

Ваххабитские проповедники отлично знают эти психологические аспекты и умело ими пользуются. Так что к радикалам идут совершенно разные люди в довольно большом количестве.

— Получается, что помимо рядовых боевиков есть целая сеть хорошо подготовленных проповедников, которых почему-то никак не могут вычислить.

– Их действительно много. Законодательство несовершенно, хотя и улучшается. У нас на одного террориста приходится до 20 пособников, которые вербуют людей, собирают деньги, обеспечивают юридическую поддержку, из этой же среды легко восполняются потери. Мы это видим по Дагестану: там есть люди, которые сидят в лесу, их активно отстреливают, но их численность не меняется из-за нового притока. Поэтому в первую очередь надо бить по этой питательной среде.

Для этого нужны новые законы, ужесточение существующих. К примеру, сам факт членства в террористической организации, сам факт вербовки в нее, пособничество ей должно наказываться высшей мерой. Пока у нас такого нет даже близко.

— Насколько у подполья в России сильна подпитка из-за рубежа?

– Проблема в том, что наши исламисты уже начали помогать зарубежным. Деньги из-за границы идут, но они уже не имеют критического значения и вполне могут быть замещены внутренними ресурсами. Наши радикалы занимаются рэкетом, грабежами, немало у них и вполне легального бизнеса, даже свои сети супермаркетов. Так что средства у них есть, и они не так сильно зависят от зарубежных товарищей.

Бизнесмены имеют два основных мотива финансирования террористов: недальновидность и солидарность. Кто-то не может просчитать, что вслед после получения прибыли может произойти теракт, кто-то – по идеологическим мотивам поддерживает экстремистов.

— Как будет развиваться ситуация в ближайшее время?

– Везде ситуация разная. Чечня и Ингушетия отличаются положительной тенденцией, там терактов стало на порядок меньше, чем раньше. Стало полегче в Дагестане и Кабардино-Балкарии, хотя там проблема сохраняется. В целом по стране есть улучшение, по сравнению с 2012 годом количество терактов сократилось в четыре раза, а это немалый успех.

С другой стороны, в связи с украинскими событиями на территории России вырос спрос на теракты. К тому же, появление «Исламского государства» террористов объективно воодушевляет. Вот эти два фактора могут перекрыть успехи, в ближайшее время вполне возможен всплеск террористической активности. Не исключено, что в форме таких вот нападений на дорогах.

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  18.01.2017
В Польшу прибыли первые 3,5 тысячи американских военнослужащих в рамках 9-месячной миссии, которая началась 8 января. Для бронетанковой бригады США такая длительность миссии в Восточной Европе является беспрецедентной. Боевая группа 3-й бронетанковой бригады из состава 4-й пехотной дивизии выдвинулась в Жагань и Поморское, а 87 танков М-1 «Абрамс» последовали за ними на поездах.
Геополитика  18.01.2017
Российское инфопространство впало в эйфорию. Псевдопатриотическая трескотня в СМИ, многочисленные публицисты и аналитики, создающие ощущение какой-то великой победы России над международным глобализмом и либерализмом, всесилия наших спецслужб вплоть до того, что они могут по своему желанию ставить американских президентов и менять мировые элиты. Уверенность в контроле за собственным инфопространством может сыграть с нашим народом очень плохую шутку…
Геополитика  16.01.2017
Избранный президент США Дональд Трамп намекнул на возможное снятие санкций в обмен на взаимное сокращение ядерных вооружений. Многим возможность равного сокращения смертоносных для всей планеты арсеналов, да еще в обмен на снятие экономических санкций, может показаться весьма конструктивным предложением. Пока официальный представитель президента России Дмитрий Песков не стал давать оценку этим заявлениям и призвал «набраться терпения», дождавшись официального вступления Трампа в должность.
Геополитика  13.01.2017
Большинство внешнеполитических прогнозов начинается с констатации факта высокой неопределенности международной среды. Это удобно – за неопределенностью можно спрятаться, избегая ответственности за прогноз. Но если мы действительно хотим получить ориентиры на будущее, необходимо давать представления о «коридорах определенности». В 2017 году подобные коридоры вполне просматриваются. Они далеко не радужны и говорят о потребности в принципиально новых решениях накопившихся проблем.
Конфликты  17.01.2017
Боевики запрещенного в России «Исламского государства» почти взяли окруженные позиции сирийских военных в Дейр-эз-Зоре. Падение гарнизона этого сирийского города даст террористам полный контроль над местными нефтяными полями и укрепит их сообщение с подконтрольными ИГ территориями Ирака. Джихадисты уже празднуют победу и заставляют жителей захваченных районов подчиняться новым порядкам.
Конфликты  16.01.2017
Несмотря на то что силы ИГИЛ на отдельных участках сирийского фронта объективно истощены, террористы активно контратакуют, а в некоторых местах резко сменили тактику, нацелившись на крайне болезненные для сирийской армии точки. В то же время террористы теряют позиции под Пальмирой – сирийские войска готовы реабилитироваться за недавний позор.
Конфликты  13.01.2017
Новости, приходящие с линии разграничения сторон в Донбассе, гласят: эта линия меняется, причем, в пользу ВСУ. Прямое подтверждение – новые жертвы и новые обустроенные позиции украинцев. Нужно понимать, что речь в данном случае идет давней стратегии на дальнюю перспективу. И перспектива эта – окружение Донецка.