07.11.2014, 18:04
«Исламское государство» пришло в Россию
«Исламское государство» пришло в РоссиюМеждународная военная политика
Наша страна становится полигоном для международного терроризма.

В среду в ходе совместной операции МВД и ФСБ были задержаны члены банды, терроризировавшей в течение полугода водителей на трассе М4 «Дон». Как выяснилось, преступники были приверженцами радикального ислама. По одной из версий, посредством участия в убийствах отбирались боевики для войны в Сирии на стороне группировки «Исламское государство» (организации, признанной экстремистской и запрещенной в ряде стран. – прим. ред).

Загадочные убийства на трассе М4 начались в мае. Преступники действовали по одной и той же схеме. Вначале на дороге раскладывались шипы, а когда проколовший шину водитель останавливал машину, из-за укрытия бандиты расстреливали его и пассажиров. Всех сбивало с толку то обстоятельство, что нападения производились как на дорогие автомобили, так и совсем простые, при этом деньги и ценные вещи оставались нетронутыми. Всё прояснилось, когда удалось задержать членов банды.

При задержании один из боевиков кинул в сотрудников спецназа ручную гранату, никто не пострадал лишь по счастливой случайности. У пойманных уроженцев Средней Азии нашли пистолеты, автоматы, взрывчатку и ваххабитскую литературу. Предполагается, что убийства на дороге были нужны, чтобы повязать бандитов кровью, а заодно посеять страх среди местных жителей. Наиболее активных могли потом отправлять для войны в Сирию.

Согласно данным спецслужб, в Сирии на стороне исламистов сейчас воюет несколько сотен россиян. Остро стоит эта проблема и для республик Средней Азии. Но если раньше радикалы предпочитали просто отправляться на войну в другую страну, то сегодня, по всей видимости, они решили бороться за «халифат» под знаменем ИГ уже на территории России.

Как говорит старший научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Владимир Сотников, у ИГ есть все возможности для активной деятельности в нашей стране:

– Так как у задержанных людей найдена ваххабитская литература, вполне вероятно, что к этим преступлениям приложило руку «Исламское государство». Ведь лидеры ИГ уже заявляли, что будут воевать с Россией, даже была высказана угроза в адрес лично российского президента. Видимо, у ИГ есть наработанные каналы в нашей стране. Перекрыть их сложно, тем более, если они существуют уже годами.

— «Исламское государство» воюет на Ближнем Востоке, Россия далеко.

– К сожалению, и в нашей стране ИГ может действовать. Посмотрите, что происходит с Пакистаном и Индией, которые находятся далеко от зоны существования группировки. Талибы* объявили, что они в союзе с ИГ готовы воевать против Индии. На территории России террористические ячейки существуют годами, они проводят теракты на Северном Кавказе. Так что ИГ может действовать у нас в стране и, к сожалению, по всему миру.

— Но ИГ появилось недавно, неужели они сразу начали создавать ячейки и в России?

– ИГ пользуется уже существующими ячейками подполья, мелкими и крупными террористическими группировками, которые имеют просто другое название. Сейчас все группы выразили солидарность с ИГ. Почему же «Исламскому государству» не использовать поддержку других организаций?

Не стоит забывать, что для вербовки боевиков сейчас активно используется интернет, социальные сети. Уже не надо посылать агентов, можно вербовать дистанционно. И это становится опасным фактом для всех государств мира.

— Деятельность ИГ на территории России входит в планы каких-то государств?

– На мой взгляд, тут дело не в чьих-то национальных интересах, а в интересах радикальных исламистов вообще, мирового джихадистского движения. Пока не выявлено убедительных доказательств связи ИГ с каким-то государством. Мы знаем, что в свое время этих радикалов создали США, как и талибов, но теперь они воюют и против Америки. Так что пока нельзя сказать, что какое-то государство реализует свои национальные интересы, посылая боевиков в Москву и Московскую область. Пока можно говорить о борьбе мирового радикального джихадистского движения, которое заинтересовано действовать по всему миру.

— Есть эффективные меры борьбы с радикалами?

– Прежде всего, надо использовать агентурные данные и выявлять террористические группировки. Однозначно ответить сложно, как это сделать. Скажем, Москву нельзя полностью перекрыть. Можно поставить рамки металлоискателей на вокзалах, но не запретить въезд сотням тысяч гостей столицы. Для того, чтобы выявить боевиков, нужны большие финансовые и людские ресурсы. Конечно, должно быть сотрудничество спецслужб заинтересованных в борьбе с террористами государств.

Заместитель председателя Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции Роман Силантьев полагает, что главная причина распространения исламского терроризма в России кроется в отсутствии контроля за ваххабитскими проповедниками:

– На мой взгляд, еще не факт, что обезвреженная банда отбирала боевиков для Сирии. В России тоже существует террористическое подполье. К сожалению, далеко идти не надо для совершения теракта. Я не исключаю, что расстрелы людей на дороге это новый вид терроризма, который, кстати, пытались апробировать в Ставропольском крае и Башкирии. Эти теракты замаскированы под разбойные нападения, а потому ищут преступников по другим каналам. Их должны искать сотрудники ФСБ, а занимаются этим обычные следователи МВД, потому бандитам удается дольше пробыть на свободе. Но, думаю, сейчас учтут этот момент и примут соответствующие решения.

У нас меняется тип террористической угрозы. Раньше у нас захватывали самолеты, потом это прекратилось, но стали взрывать дома. После взрывов домов началась эпидемия появления «живых бомб», которая пока не закончилась. Перед этим были захваты больниц, школ, театров. Не исключено, что новая тактика террористов – нападения на простых людей, замаскированные под разбой. Но это именно чисто террористические акты, так как сеют страх у людей. Денег у жертв бандиты не брали, что порождало всякие домыслы. Нападали на разные машины, не только на дорогие, что вызывало страх у всех. Думаю, что целью была не только тренировка боевиков, но и запугивание людей.

Если говорить в целом, то появление подобной банды в Подмосковье неудивительно. В регионе очень неблагополучная ситуация с исламскими радикалами. Практически нет авторитетных проповедников, а те, кто называет себя лидерами подмосковного ислама, весьма сомнительные личности. Конечно, нынешние имамы не хотят или просто не могут справиться с распространением ваххабизма. В Москве и Подмосковье радикалы чувствуют себя достаточно комфортно.

— Как можно бороться с распространением радикальных идей?

– Собственно, государство всё делает правильно. Оно ужесточает законодательство и другими методами создает исламистам максимально невыносимые условия для жизни. Таким образом, радикалов просто вытесняют. С ними вообще можно бороться только двумя способами: вытеснять или уничтожать.

Не во всех регионах России проблема стоит остро, где-то, как в Чечне, ее удалось решить. Но в Москве и Подмосковье вопрос о радикальном исламе стоит остро, здесь практически еженедельно ловят террористов, изымают экстремистскую литературу, проводят другие оперативно-розыскные мероприятия. Радикалов тут действительно много.

Конечно, свою роль играет то, что Москва – столица, и в нее все стремятся. Тут много этнических мусульман. Но главная беда – пособничество и сочувствие террористам официальных религиозных деятелей. Даже зарегистрированные мечети становятся центрами подготовки террористов и их опорными базами. Я считаю, что надо проверить все мечети Подмосковья на связь с террористами.

— Некоторые радикалами становятся уже в столичном регионе. В чем их мотивация?

– В исламские секты попадают самые разные люди, от миллиардеров до бомжей. Если у человека повышенная толерантность к подобной пропаганде, то он попадет к ваххабитам независимо от происхождения, социального положения, образования. Люди попадают к радикалам по разным причинам, но главные – это желание почувствовать себя «избранным», причастным к событиям мирового масштаба, способным судить людей, решать, кому жить, а кому умереть. Для многих это очень заманчиво, намного заманчивее, чем какая-то сытая жизнь.

Ваххабитские проповедники отлично знают эти психологические аспекты и умело ими пользуются. Так что к радикалам идут совершенно разные люди в довольно большом количестве.

— Получается, что помимо рядовых боевиков есть целая сеть хорошо подготовленных проповедников, которых почему-то никак не могут вычислить.

– Их действительно много. Законодательство несовершенно, хотя и улучшается. У нас на одного террориста приходится до 20 пособников, которые вербуют людей, собирают деньги, обеспечивают юридическую поддержку, из этой же среды легко восполняются потери. Мы это видим по Дагестану: там есть люди, которые сидят в лесу, их активно отстреливают, но их численность не меняется из-за нового притока. Поэтому в первую очередь надо бить по этой питательной среде.

Для этого нужны новые законы, ужесточение существующих. К примеру, сам факт членства в террористической организации, сам факт вербовки в нее, пособничество ей должно наказываться высшей мерой. Пока у нас такого нет даже близко.

— Насколько у подполья в России сильна подпитка из-за рубежа?

– Проблема в том, что наши исламисты уже начали помогать зарубежным. Деньги из-за границы идут, но они уже не имеют критического значения и вполне могут быть замещены внутренними ресурсами. Наши радикалы занимаются рэкетом, грабежами, немало у них и вполне легального бизнеса, даже свои сети супермаркетов. Так что средства у них есть, и они не так сильно зависят от зарубежных товарищей.

Бизнесмены имеют два основных мотива финансирования террористов: недальновидность и солидарность. Кто-то не может просчитать, что вслед после получения прибыли может произойти теракт, кто-то – по идеологическим мотивам поддерживает экстремистов.

— Как будет развиваться ситуация в ближайшее время?

– Везде ситуация разная. Чечня и Ингушетия отличаются положительной тенденцией, там терактов стало на порядок меньше, чем раньше. Стало полегче в Дагестане и Кабардино-Балкарии, хотя там проблема сохраняется. В целом по стране есть улучшение, по сравнению с 2012 годом количество терактов сократилось в четыре раза, а это немалый успех.

С другой стороны, в связи с украинскими событиями на территории России вырос спрос на теракты. К тому же, появление «Исламского государства» террористов объективно воодушевляет. Вот эти два фактора могут перекрыть успехи, в ближайшее время вполне возможен всплеск террористической активности. Не исключено, что в форме таких вот нападений на дорогах.

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  10.12.2016
Председатель совета по кораблестроению коллегии Военно-промышленной комиссии России Владимир Поспелов, вернувшийся вместе с российской делегацией из Чили после международного военно-морского салона «Экспонаваль-2016», ответил на вопросы военного обозревателя Михаила Ходаренка о состоянии российского кораблестроения.
Геополитика  09.12.2016
Вице-адмирал Джеймс Фогго, командующий 6-м флотом ВМС США, дислоцированном в Средиземноморье, сделал весьма примечательное и очень обязывающее заявление. По мнению Фогго, «длительность патрулирования американских боевых кораблей в Черном море может быть увеличена примерно до четырех месяцев». Кроме того, «если вызовы в этом регионе станут более срочными» то, считает адмирал, возможно наращивание у берегов России и численности таких кораблей.
Геополитика  08.12.2016
Спецоперация «Потрясти мир продажей пакета акций «Роснефти»» успешно завершена. Произведенный эффект превзошел все ожидания. Но за экономическими деталями соглашения скрывается не менее интересный политический подтекст. Трудно найти более знаковые структуры, нежели Glencore и Суверенный фонд Катара, символизирующие новое качество России как великой державы. Продажа 19,5% акций «Роснефти» международному консорциуму имела все признаки сложнейшей спецоперации.
Мировой ВПК  08.12.2016
На днях немецкие СМИ разразились настоящей истерикой, через которую явно проглядывается постепенно нарастающее паническое состояние. Поводом к этому стали недавние испытания российского боевого железнодорожного комплекса (БЖРК) «Баргузин», или, попросту говоря, ядерного поезда. Так, журналисты влиятельного немецкого издания Die Welt заявили, что «Баргузин» – это российское оружие, которое, пожалуй, больше всего внушает страх Западу со времен окончания Холодной войны.
Конфликты  10.12.2016
Пальмира, некогда освобожденная от ИГИЛ с помощью ВКС РФ, находится сейчас под угрозой, причем наиболее опасной за последнее время. Другое дело, что есть угроза еще опаснее. Судя по всему, США настроились на раздел Сирии в той или иной форме. По крайней мере, они резко увеличили поддержку тех сил, цель которых не свержение Асада, а отделение от него. На фоне приостановки (по гуманитарным соображениям) операции сирийской армии в Алеппо, резко обострилась обстановка в провинции Хомс, конкретно – в районе Пальмиры. Подразделения ИГИЛ предприняли весьма успешную попытку наступления на этот город сразу с нескольких направлений.
Конфликты  09.12.2016
Коалиция во главе с США в иракском Мосуле нанесла воздушный удар по больнице, которую боевики террористической организации «Исламское государство» использовали в качестве штаба. Об этом сообщила газета The Guardian со ссылкой на центральное командование вооруженных сил США. Отмечается, что за часть сооружений комплекса несколько дней шла ожесточенная борьба иракской армии с террористами, после чего солдаты запросили авиационную поддержку коалиции.
Конфликты  08.12.2016
Рамзан Кадыров не стал опровергать факт отправки чеченских бойцов в Сирию, выступив с подробным, но несколько расплывчатым заявлением по этому поводу. Ранее в Сети появился видеоролик под заголовком «Военные из Чечни отправляются в Алеппо». Военные аналитики предположили, какую именно роль в Сирии могли бы сыграть военнослужащие из Чечни. Глава Чечни Рамзан Кадыров в четверг выступил с пространным заявлением, поводом для которого стали сообщения о том, что в Сирию направлен чеченский спецназ - бойцы батальонов Минобороны «Восток» и «Запад».