28.08.2015, 19:43
«Грязная бомба» Пакистана
«Грязная бомба» ПакистанаМеждународная военная политика
Могут ли исламисты получить доступ к ядерным зарядам Исламабада?

Пакистан может стать третьей в мире страной по объему ядерного оружия после России и США. Такой вывод сделали американские аналитики в докладе, подготовленном для Фонда Карнеги.

По мнению экспертов, такая перспектива является реальной, если Исламабад сохранит нынешние темпы по производству — до 20 ядерных боеголовок в год. В настоящее время пакистанский ядерный арсенал, согласно данным Стокгольмского международного института проблем мира (SIPRI), является шестым в мире после РФ, США, Франции, Китая и Великобритании.

Как пишет Financial Times, высокопоставленный представитель пакистанского правительства призвал с осторожностью подходить к оценкам, высказанным в исследовании.

— Эти проекции в будущее очень сильно преувеличены. Пакистан — ответственная ядерная держава, а не государство-авантюрист, — заявил он изданию.

Пакистан присоединился к клубу ядерных держав в 1998 году. Произошло это спустя несколько недель после того, как испытания своего атомного оружия провела Индия — его главный региональный соперник. Обе страны отказались присоединиться к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Напомним, согласно этому Договору иметь средства массового поражения разрешено только пяти странам: России, США, Китаю, Франции и Великобритании.

Как ядерный рывок Пакистана может отразиться на мировой безопасности? Сегодня ответ на этот вопрос волнует многих.

В мае 2015 года СМИ сообщили о том, что Саудовская Аравия приняла решение приобрести у Пакистана ядерное оружие. Причина — сделки по ядерной программе Ирана. Тогда отмечалось, что в течение последних 30 лет Саудовская Аравия финансировала пакистанскую ядерную программу, и теперь Исламабаду якобы придется вернуть этот долг — в форме готового продукта.

Отметим, что в 2003 году ЦРУ опубликовало данные о том, что Пакистан «провернул» аналогичную сделку с Северной Кореей, поменяв свои ядерные технологии на северокорейские ракетные. В подтверждении этого приводился снимок с американского спутника, который сумел зафиксировать под Пхеньяном процесс погрузки ракет в самолет пакистанских ВВС. Тогда Исламабад заявил, что это была «обычная покупка», а не «обмен».

— Пакистан ведет планомерную политику по наращиванию своего ядерного потенциала. И это является одним из мотивов, почему он блокирует на Конференции по разоружению в Женеве рассмотрение проекта договора о запрещении производства расщепляющихся материалов (ЗПРМ), — замечает бывший начальник управления аппарата Совета безопасности РФ, экс-начальник Главного штаба РВСН генерал-полковник Виктор Есин. — В Исламабаде считают, что они не накопили достаточное количество ядерных материалов для обеспечения своей национальной безопасности.

Действительно, есть оценки, что Пакистан ежегодно производит от 15 до 20 ядерных боеприпасов, в то время как его главный соперник — Индия — ограничивается 5−10. Но в то, что эта страна выйдет на третье место по объему ядерного оружия, я не верю, поскольку многие центры неправильно оценивают ядерный потенциал Китая. SIPRI и другие насчитывают у КНР около 300 боеприпасов, но эта цифра не соответствует действительности — на самом деле у Китая их 700−900. Кроме того, КНР в ответ на то, что Соединенные Штаты разворачивают глобальную систему ПРО, перешла к оснащению своих баллистических ракет разделяющимися головными частями. Соответственно, и количество ядерных боеприпасов будет существенно увеличиваться.

По моим оценкам, Пакистан в дальнейшем может выйти на уровень Великобритании, у которой официально 165 развернутых боезарядов, а с теми, которые в резерве — 180. Таким образом, к 2020 году на уровень в 180 боеприпасов Пакистан действительно может выйти.

— Американские аналитики солидарны с SIPRI и сейчас ставят Пакистан на шестое место по объему ядерного оружия в мире. Но в 2008 году SIPRI сообщало, что у Израиля ядерного оружия в два раза больше, чем у Индии и Пакистана.

— Это была неправильная оценка. Ядерный реактор по наработке оружейного плутония в Димоне — это единственное место по наработке оружейного плутония у Израиля. С учетом того, что обычно всегда держат определенное количество ядерных материалов в запасе, скорее всего, у Израиля — 80−90 ядерных боеприпасов. Он, конечно, мог модернизировать реактор и нарастить больше, но, думаю, это ему и не нужно.

— Пакистан не раз обвиняли в торговле ядерными технологиями…

— Да, это вскрылось в начале 2000-х годов. Руководитель ядерной программы страны, прозванный «отцом исламской ядерной бомбы», Абдул-Кадир Хан сам потом признался, что приторговывал ядерными технологиями и устройствами — центрифугами, и передавал их Ирану, Ливии и Северной Корее. После того, как это стало известно, американцы вмешались и поставили под жесткий контроль возможности ядерной промышленности страны. Понятно, что «черный рынок» существует давно и за большие деньги можно купить все, что угодно. Но применительно к этой сфере — речь может идти только о продаже технологий, но не о поставках, как говорится, в металле самих ядерных материалов, а тем более — боеприпасов.

— Не секрет, что в Пакистане много различных группировок экстремистского толка. Одно время даже были публикации, что они могут прийти к власти легальным путем…

— Военная верхушка в Пакистане имеет сильные позиции и стоит на страже стратегических объектов. Кроме того, во многом ядерную политику Пакистана контролируют Соединенные Штаты. Конечно, нельзя исключать того, что к власти в стране могут прийти радикальные политики, но даже если это и произойдет, совсем не факт, что они решатся торговать или вообще применять ядерные боезаряды. Ведь существование Пакистана зависит не только от отношений с США, но и с Китаем, который ему помогает сдерживать Индию.

Замдиректора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин допускает, что через 10 лет Пакистан сможет обойти Великобританию и Францию по объему ядерного оружия.

— Англичане и французы не слишком напрягаются что-то наращивать. Но у Пакистана нет никаких шансов обойти Китай. Все стандартные оценки ядерного арсенала КНР в 200−300 зарядов — это абсурд, который даже трудно объяснить. Кроме того, промышленный потенциал Индии выше, чем у Пакистана, и, конечно, в Дели не допустят, чтобы их главный противник так вырвался вперед. Это совершенно исключено.

С точки зрения носителей, считается, что у Пакистана довольно много оперативно-тактических ракет (ОТР «Абдали», «Газнави», «Шахин-1» и «Шахин-1 -1А») и баллистических ракет средней дальности «Шахин-2». И ядерные заряды к ним вроде как адаптированы.

Теперь что касается использования ядерного потенциала Пакистана экстремистами. Если исламисты даже захватят ядерный заряд, то они вряд ли смогут его применить. Другое дело — если они придут к власти в стране, то есть получат арсенал в легальное распоряжение, чего исключать нельзя — вероятность этого есть.

Директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семен Багдасаров полагает, что у Пакистана нет финансовых возможностей, чтобы сильно изменить свое положение в рейтинге участников ядерного клуба.

— На мой взгляд, это доклад сделан специально на фоне возможного обострения отношений между Пакистаном и Индией для того, чтобы оказать давление на Исламабад с точки зрения американских интересов.

С носителями, способными доставлять ядерный заряд, у Пакистана все нормально — по некоторым оценкам ракета «Шахин-1А» способна поразить цель не только на территории Индии и Китая, но даже в Западной Европе. Но что касается возможного попадания ядерного арсенала в руки экстремистов, вероятность этого существует, но пока не очень большая. Да, в стране нет стабильности уже несколько десятилетий, но все равно там достаточно сильны спецслужбы и вооруженные силы, которые пока нормально справляются с террористической угрозой.

— Недавно были опубликованы фотографии лагеря подготовки боевиков «Исламского государства» на территории Пакистана.

— Да, на северо-западе страны — на так называемой территории зоны племен. Дело в том, что так исторически сложилось, что этот регион пакистанские власти слабо контролируют. Но это довольно локальный участок, и не стоит сильно преувеличивать его значение.

Ведущий научный сотрудник сектора проблем региональной безопасности РИСИ, кандидат военных наук Владимир Карякин обращает внимание на парадоксальную ситуацию, в которой оказываются страны, имеющиеся ядерное оружие, но не присоединившиеся к ДНЯО.

— Как только Индия и Пакистан — эти непримиримые между собой страны — обзавелись ядерным оружием, их политика стала более осторожной и взвешенной. Стороны стали реже применять даже обычные вооружения в своих конфликтах.

Конечно, всегда есть риск того, что к власти в восточных странах могут прийти радикальные политики. Но механизм применения ядерного оружия довольно сложен. Как правило, чтобы отдать команду на запуск ракеты с ЯБЧ, нужно одновременно подать три сигнала с различных точек. То есть решение об атаке принимается путем консенсуса.

Что касается ядерного терроризма, то даже если экстремисты смогут проникнуть на объект ядерной программы, они смогут получить только отдельные элементы оружия. Потому что за исключением МБР и БРПЛ ядерные заряды не устанавливаются непосредственно на носитель, а находятся в специальных хранилищах. Для сборки нужна спецкоманда, например, из ремонтно-технического центра, люди которой знают, грубо говоря, как присоединять разъемы, процедуру тестирования всего блока и т. д. В тактическом ядерном заряде — авиационной бомбе — тоже куча различных предохранителей и датчиков.

Так что, угрозу применения террористами ядерного оружия в реальности крайне низка. Другое дело — радиологический терроризм, применение так называемой «грязной бомбы», которое предполагает радиационное заражение объектов и территорий. Вот здесь риск существенно выше.

Категория: За рубежом



Mediametrics.ru

Читайте также:

Геополитика  23.03.2017
Китай продолжает очередную масштабную реформу Народно-освободительной армии (НОАК). Вслед за реорганизацией органов центрального военного управления объявлено очередное сокращение численности НОАК. Китайцы опять режут Сухопутные войска (СВ). И опять в пользу флотской компоненты, а также ВВС. Столь последовательная и долгосрочная политика ясно показывает приоритеты Китая в направлении своего военного развития и выбора противников.
Мировой ВПК  21.03.2017
Генеральный конструктор, вице-президент по инновациям Объединенной самолетостроительной корпорации (ОСК) Сергей Коротков сообщил о том, что корпорация проводит работы по созданию перехватчика нового поколения МиГ-41, который должен прийти на смену МиГ-31. Причем самолет разрабатывают не только конструкторы РСК «МиГ», но и специалисты других компаний, входящих в состав РСК.
Геополитика  20.03.2017
8 марта 2017 года вице-председатель американского Объединенного комитета начальников штабов генерал Пол Селва в выступлении в комитете Палаты представителей Конгресса США впервые публично обвинил Россию в нарушении бессрочного Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности (РСМД), заключенного в 1987 году президентом США Рональдом Рейганом и генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачевым. Селва объявил, что Россия поставила на вооружение крылатую ракету наземного базирования (в классификации НАТО — SSC-8), чем нарушила «дух и смысл» соглашения о контроле над вооружениями, сделав это с целью создать угрозу для НАТО.
Геополитика  20.03.2017
На сайте Стратегического командования США появилось сообщение о проведении учений под кодовым названием Global Lightning 2017. Мероприятие могло бы остаться рутинным, если бы не три любопытных новшества. Во-первых, в этот раз «молнию» встроили в глобальные учения Европейского командования ВС США Austere Challenge 2017, которые по сути являются командно-штабными учениями (КШУ) армий всего Североатлантического альянса. Во-вторых, как заявил глава U.S. Strategic Command генерал Джон Хиттен, они впервые за четверть века не ограничились компьютерным моделированием.
Конфликты  23.03.2017
«На границе тучи ходят хмуро…» — это сегодня про израильский Север. Про тучи, которые следует развеять, а заодно и вызванный ими туман, про назревающую грозу на северной границе. Напряжение там, ставшее очевидным после обмена ударами между Израилем и Сирией в конце прошлой недели, — не локальное кратковременное обострение ситуации, а отражение новой реальности, которая определит будущее региона в ближайшей перспективе.
Конфликты  22.03.2017
Израиль пообещал продолжить авиаудары по оружейным конвоям «Хезболлы» в Сирии. Атаки будут продолжаться в случае «возможности с разведывательной и военной точек зрения», - подчеркнул премьер- министр страны Биньямин Нетаньяху. Он отметил, что проинформировал президента России Владимира Путина о своих намерениях. Кроме того, израильский премьер опроверг сообщения о том, что Россия настаивает на прекращении Израилем военных операций на сирийской территории. «У России имеется выработанная политика (по отношению к позиции Израиля на Ближнем Востоке), и она не изменилась», - цитирует заявление Нетаньяху израильское издание The Jerusalem Post.
Конфликты  22.03.2017
Швейцарский военный ресурс «Offiziere.ch» опубликовал статью канадского военного эксперта Пола Прайса «Strategic Spillover: The Emirates in Africa» («Стратегическая экспансия Эмиратов в Африке»). Автор, ранее работавший в аналитических структурах НАТО и ОБСЭ, комментирует создание Объединенными Арабскими Эмиратами двух военных баз на территории Африки.