29.12.2015, 20:17
Ближний Восток и «виселица» из газопроводов
Ближний Восток и «виселица» из газопроводовМеждународная военная политика
На какие крайние меры готовы пойти Турция и Россия, чтобы взять под контроль рынок газового транзита.

«Газпром» уже потерял 18 млрд. рублей на строительстве системы газопроводов «Южный коридор», которая должна была нести голубое топливо из месторождений Западной Сибири в Турцию и южные страны Европы. На проекте, который изначально казался сомнительным, сегодня, похоже, окончательно поставлен крест. Тем временем карту Ближнего Востока постепенно «опутывает» сеть все новых проектируемых трубопроводов. Какое место на этой «газовой» карте отведено России? Точнее, какое место она сама сможет занять?

Главный, пожалуй, (или, по крайней мере, самый дорогой), результат заморозки российско-турецких отношений — это фактический отказ от проекта газопровода «Турецкий поток». Напомним, что для России он стал альтернативой проекту другой системы транснациональных газопроводов — «Южный поток» (South Stream), по которой голубое топливо должно было идти потребителям Болгарии, Сербии, Боснии и Герцеговины, Хорватии, Словении, Венгрии и Италии.

Первые поставки газа по «Южному потоку» должны были начаться уже в конце 2015 года. Однако Европейский парламент отказался от поддержки трубопроводного проекта, рекомендовав изыскивать альтернативные источники природного газа для стран Евросоюза. А главный (если не единственный) альтернативный источник — это Азербайджан, откуда природный газ должен доставляться в южноевропейские страны через Трансанатолийский газопровод (TANAP). Построен он должен быть уже к 2018 году, а объем перекачки предположительно составит 16 млрд. кубометров в год.

Альтернативу для российского газового экспорта «Газпром» отыскал быстро. Собственно, связывающий Россию и Турцию газопровод уже имеется — он называется «Голубой поток» (Blue Stream), через него ежегодно прокачивается 16 млрд. кубометров газа (Турция является вторым по величине экспортным рынком для «Газпрома» после Германии).

Стартует этот газопровод от компрессорной станции «Ставропольская», которая находится неподалеку от Изобильненского района. Еще в прошлом году Россия и Турция официально договорились о том, что объем перекачиваемого по «Голубому потоку» газа должен увеличиться до 19 млрд. кубометров.

А вот второй трубопроводный проект «Турецкий поток», который появился после фактического запрета «Южного потока», был абсолютно новым — для него планировалось использовать ранее построенную инфраструктуру «Южного потока». Пропускная способность газопровода составляла бы 63 млрд. кубометров, из которых 49 млрд. экспортировалось в Европу, а оставшиеся 14 — потребляла сама Турция.

Один из аргументов наращивания поставок — то, что на фоне демографической ситуации промышленного роста в Турции резко увеличивается и потребность в природном газе (с 1990 по 2012 годы объемы потребления выросли в десять раз, и такие же темпы могут сохраниться до 2030 года).

Природный газ для экспорта планировалось получать через систему внутринациональных газопроводов «Южный коридор», которая стартовала бы от двух компрессорных станций «Писаревка» (Воронежская область) и «Починки» (Нижегородская область).

В свою очередь, «Южный коридор» должен был стыковаться с уже существующими магистральными газопроводами «Уренгой — Новопсков» и «Бованенково — Ухта». Источником голубого топлива для Турции, соответственно, должны были стать два месторождения — Бованенковское и Уренгойское (кстати, одно из крупнейших на планете).

Также «Южный коридор» должен был обеспечить потребность в голубом топливе восьми регионов России, по территории которых проходила бы труба. При этом газопровод, как ни странно, стал одним из самых непубличных проектов «Газпрома», не названа была даже его конечная стоимость. Так, сам «Газпром» в июле нынешнего года назвал цену строительства газопровода в 715 млрд. рублей (в ценах на январь 2012 года).

Всего предстояло уложить в траншеи 2,5 тысячи километров труб, которые бы соединялись с системой «Турецкого потока» через перекачивающую станцию «Русская» на Черноморском побережье близ Анапы. Однако уже летом стало очевидно, что Турция хочет вчетверо уменьшить объем трубопровода, на котором настаивала российская сторона (то есть лишь одна нитка вместо четырех).

Уже в июле «Газпром» остановил строительство так называемой «восточной» нитки «Южного коридора» (которая бы шла от станции «Починки»); «западная» нитка вдоль границы с Украиной к тому времени была практически построена. Официально сумма убытков так и не была названа, однако, по сообщениям СМИ, стоимость уже сваренных и закопанных в землю труб составляют 18 млрд. рублей.

Затем последовали взаимные претензии Москвы и Анкары по поводу несправедливой цены на газ (правда, поставляемого пока лишь по единственному имеющемуся газопроводу — «Голубой поток»). В октябре государственная газовая монополия Турции, компания Botas, обратилась в Международный арбитражный суд. Ранее «Газпром» обещал дисконт в размере 10,25%, однако затем от скидки отказался.

В общем, все указывало на то, что полная остановка проекта «Турецкий поток» — вопрос времени. Тем более, что и сама Турция давным-давно разрабатывала куда более выгодный для себя (и в первую очередь в геополитическом плане) проект — речь об упомянутом выше Трансанатолийском газопроводе. Неслучайно он был «разморожен» после нескольких лет забвения. Ну а после того, как Анкара сбила российский бомбардировщик Су-24М, стало очевидно, что «турецкий проект» так и останется проектом.

Очевидно и то, что в ближайший год «энергетический» вопрос вновь может стать важнейшим на повестке дня российско-турецких отношений. По мере продвижения в реализации проекта TANAP, первый камень в основание которого был заложен 17 марта тремя президентами (Турции, Азербайджана и Грузии), появляются все новые идеи. Например, строительства станций для сжижения природного газа на побережье или подземных газохранилищ.

Реджеп Эрдоган уже провел переговоры в Дохе о закупках сжиженного природного газа и заявил, что его страна готова к импорту туркменского газа (в этой стране находится одно из трех крупнейших газовых месторождений планеты — Галкыныш).

Более того, турки готовы даже к переговорам о транзитах газа с Израилем, который некогда считался злейшим врагом исламского государства. В Средиземном море, близ израильского побережья находится два крупных газовых месторождения, — Левиафан и Тамар, добытое на которых голубое топливо Израиль намерен также вывести на европейский рынок. Естественно, потеснив Россию. Так же, как и Туркменистан, Азербайджан, Катар…

— Спрос на природный газ растет, и растет конкуренция между странами, которые этот ресурс не поставляют, — пишет известный турецкий экономист, профессор Эрдал Танаш Карагул. Сегодня для тех стран, которые не имеют запасов газа, наступила новая эра, когда все более важны вопросы: у кого куплен газ, кому он будет передан и кому продан. Турция не добывает газ, но из-за своего геополитического положения является наиболее экономически эффективной территорией обеспечения транзита этого ресурса.

С ним трудно не согласиться. Для России турецкий транзитный рынок сегодня является одним из ключевых. Это «ключ» к тому, чтобы «отомкнуть» южноевропейские страны, которые «Газпром», несмотря на все неурядицы, видит основным потребителем. Играть нужно жестко, бескомпромиссно, а главное — на опережение, чтобы рынок не захватили конкуренты.

Категория: Экономика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  08.12.2016
На днях немецкие СМИ разразились настоящей истерикой, через которую явно проглядывается постепенно нарастающее паническое состояние. Поводом к этому стали недавние испытания российского боевого железнодорожного комплекса (БЖРК) «Баргузин», или, попросту говоря, ядерного поезда. Так, журналисты влиятельного немецкого издания Die Welt заявили, что «Баргузин» – это российское оружие, которое, пожалуй, больше всего внушает страх Западу со времен окончания Холодной войны.
Геополитика  07.12.2016
Слова президента Казахстана о колониальном прошлом страны вызвали бурную реакцию в России и были расценены как антироссийские. Безусловно являясь таковыми по сути, они отражают крайнюю сложность ситуации, в которой оказался и Назарбаев, и его молодое государство. Как Россия должна относиться к подобным высказываниям?
Мировой ВПК  06.12.2016
Как можно было потерять за короткий срок два самолета из авиакрыла «Адмирала Кузнецова», да еще и по схожей причине — порвавшихся тросов авиафинишера? Defence.ru разбирается вместе с обозревателем Lenta.ru Ильей Крамником.
Мировой ВПК  06.12.2016
Телеканал «Звезда» показал кадры взлета и посадки на палубу тяжелого авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов» нового ударного вертолета морского базирования Ка-52К «Катран». При этом крылатая машина была охарактеризована как вертолет нового поколения. Хоть он и является модификацией сухопутной версии Ка-52 «Аллигатор».
Конфликты  08.12.2016
Если раньше Алеппо «умирал, но не сдавался», то теперь даже пропагандистские СМИ джихадистов сменили репертуар: да, мы вынуждены отступить, но «война только начинается». В этом с боевиками согласен Госдеп, и война действительно «началась»: атаковав анклавы шиитов, исламисты нарушили режим перемирия в Идлибе и оформили тем самым новый серьезный вызов сирийской армии.
Конфликты  07.12.2016
Банды боевиков полностью выбиты из старых кварталов Алеппо. «Противник разгромлен и бежит в южные кварталы», – сообщают сирийские военные. По их словам, освобождение восточного Алеппо будет завершено к концу недели. Помощь армии Сирии оказывают российские военные советники, одним из которых был погибший командир 5-й гвардейской танковой бригады полковник Руслан Галицкий. «Танкист мог вести управление сухопутным боем», – предполагает бывший замглавкома сухопутных войск России генерал-лейтенант Сергей Скоков.
Конфликты  07.12.2016
В конце ноября абсолютно незаметно для широкой общественности состоялся весьма примечательный, как теперь выясняется, визит иностранного гостя в Москву. Не особо афишируя свои намерения, в Россию приезжал главнокомандующий ливийской армией фельдмаршал Халифа Хафтар. Его принимали в наших МИД, Минобороны и в Совете Безопасности. Высокий гость уехал, и вдруг выяснилось, что в нашей столице фельдмаршал обсуждал чрезвычайно чувствительные не только для России темы.