16.11.2014, 21:33
Битва за Азию и шансы для России
Битва за Азию и шансы для РоссииМеждународная военная политика
Нынешний ноябрь оказался редкостно богат на важные международные встречи, самыми крупными и значимыми из которых стали Азиатско-Тихоокеанский форум экономического сотрудничества (АТЭС), собравший лидеров 21 страны в Пекине, и саммит стран «большой двадцатки» в Брисбене (Австралия).

Для президента России Владимира Путина эти форумы превратились в дипломатический «осенний марафон», подробности которого многократно иллюстрировались и комментировались мировыми СМИ: вот Путин похлопал по плечу американского лидера Барака Обаму, а вот подал плед жене китайского руководителя; то Путин якобы грозит иностранным коллегам военными кораблями у берегов Австралии, то на встрече с австралийским премьером Эбботом взамен обещанного последним борцовского поединка устраивает соревнование по обниманию коалы – младшего брата российского «хозяина тайги».

За шумом вокруг всех этих «конфеток для прессы» не столь видимо, но вполне определённо произошли некоторые сдвиги, имеющие в перспективе эпохальное значение для АТР и мира в целом. В Пекине, а потом и в Брисбене впервые столкнулись лоб в лоб два мегапроекта по экономическому (а следовательно, в существенной мере и политическому) структурированию Азии: американский и китайский.

Американский проект для Азии, развиваемый с 2005 года, называется Транс-тихоокеанское партнёрство (ТТП). Предполагается под эгидой США и Канады объединить 12 «демократических» стран АТР (без Китая и России) в довольно твёрдый блок, который должен стать ядром консолидации, моделью для подражания, источником «правильных» стандартов и центром притяжения для всего огромного региона. Хочешь экономически преуспевать, получать инвестиции и свободно торговать – изволь соответствовать стандартам, следовать правилам и разделять ценности. Тогда тебя допустят к эксклюзивному партнёрству. Нет – останешься за бортом развития, пока не исправишься.

На сегодняшний день в подготовительных мероприятиях по созданию ТТП кроме США и Канады участвуют Мексика, Перу, Чили, Новая Зеландия, Австралия, Малайзия, Япония, Вьетнам, Сингапур и Бруней. На эти 12 стран сегодня приходится примерно 40% глобального ВВП и одна треть мировой торговли. Кроме того, 11 «друзей Вашингтона» уже представляют самый большой внешний рынок для экспорта товаров и услуг из США.

Внутри блока, который аналитики называют «самой важной геостратегической инициативой» США в Азии, будет действовать не только зона свободной торговли. Там появятся общие промышленные стандарты, правила для рынка труда, для инвестиционной и банковской деятельности, для государственных закупок. Будет и регулирование деятельности госкомпаний. Большое внимание уделяется также регулированию интернета, в том числе с антипиратскими целями. Особое значение придаётся созданию наднациональных арбитражных судов. По некоторым расчётам американских экспертов, запуск ТТП незамедлительно принесёт США не менее $78 млрд. дополнительной экспортной выручки в год.

Впрочем, что там ещё будет в ТТП – не известно, поскольку вся подготовка документов ведётся в беспрецедентной строжайшей секретности, что само по себе вызывает в мире немалую критику. Идёт подготовка не без труда и противоречий: выход на подписание пакта о партнёрстве уже дважды откладывали на год. Во время саммита АТЭС президент Обама собирал на закрытую встречу в американском посольстве в Пекине участников ТТП, вероятно, с целью закрепить взаимные политические обязательства партнёров и обеспечить подписание учредительных документов в 2015 году.

За этой «сепаратной» групповщиной у себя под боком внимательно, но спокойно наблюдало китайское руководство, которое продвигает план совершенно иного экономического альянса. До сих пор АТЭС был только региональной дискуссионной площадкой для глав государств и лидеров бизнеса. Пекин взял на себя титаническую задачу: создать на основе АТЭС полноценную зону свободной торговли, в которой Китай явно намерен задавать тон и доминировать.

Сегодня 21 страна АТЭС - это примерно 41% мирового населения, 54% глобального ВВП и 44% мировой торговли, самый быстро растущий, многообещающий и пока не слишком структурированный рынок, лидерство на котором создаёт предпосылки для победы и в глобальной конкуренции. Стремясь к такому лидерству, Пекин нынешней осенью стремительно набирает очки.

Во-первых, Пекину удалось, наконец, на «своём поле» утвердить «дорожную карту» по созданию на базе АТЭС зоны свободной торговли. Тем самым все переговоры о создании инклюзивного прокитайского альянса значительно ускорятся.

Во-вторых, китайское руководство использует совершенно убойный козырь: создание Азиатского инфраструктурно-инвестиционного банка (АИИБ). Впервые об этом грозном инструменте было неожиданно объявлено на саммите АТЭС в Бали в 2013 году. И вот теперь в Пекине был подписан меморандум о создании АИИБ, который неизбежно будет теснить на рынках Азии такие «прозападные» (и проамериканские) институты, как Мировой банк, МВФ и Азиатский банк развития.

К меморандуму о создании АИИБ со штаб-квартирой в Пекине и огромным стартовым капиталом в 100 млрд. долларов уже присоединилась 21 страна: Китай, Индия, Таиланд, Малайзия, Синапур, Филлипины, Пакистан, Бангладеш, Бруней, Камбоджа, Казахстан, Узбекистан, Кувейт, Лаос, Мьянма, Монголия, Непал, Оман, Катар, Шри Ланка и Вьетнам. Легко заметить, что не устояли от соблазна и некоторые участники блока ТТП. Под явным давлением США пока воздерживаются от формального учредительства в новом банке Австралия, Индонезия и Южная Корея, но и они демонстрируют серьёзный интерес к сотрудничеству. Китай, за которым несомненно останется контрольный пакет, подчёркнуто держит двери банка открытыми и намерен использовать его как мощнейший экономический магнит.

Практически все страны АТР страдают от отсталой инфраструктуры, которую они не имеют шансов модернизировать самостоятельно. Китай в состоянии использовать на инфраструктурные проекты в Азии свои огромные золотовалютные резервы, уже превысившие 4 триллиона долларов. Кроме того, Пекин готов тиражировать у соседей собственные успехи по модернизации дорожной и иной инфраструктуры, достигнутые поистине в рекордные сроки. Естественно, что эти проекты станут инструментами «мягкой силы», обеспечивающими продвижение китайских интересов и долгосрочное влияние Пекина на ситуацию в странах-реципиентах.

Можно сказать, что руководство Китая сполна использовало и своё годичное председательство в АТЭС и преимущество «своего поля». Запомним этот рубеж: фактически в ноябре 2014 г. на наших глазах состоялась смена лидера: эпоха доминирования США в АТР сменилась эрой восходящего лидерства Китая.

О том, что США не собираются сдаваться, президент Обама не замедлил напомнить на саммите «двадцатки» в Брисбене. Не называя Китай напрямую, Обама указывал на опасности, связанные с чрезмерным доминированием одной из крупных стран над малыми, говорил о важности сохранения традиционных союзов безопасности, призывал поддерживать в регионе стратегический баланс, ценить роль США в урегулировании застарелых территориальных споров, а также в защите «свободы, демократии и прав человека».

Руководство Китая, имеющего незакрытые территориальные споры с Индией, Вьетнамом и Японией, проблему Тайваня, этнополитические конфликты в ряде внутренних районов и тлеющий «майдан» в Гонконге, прекрасно понимало, куда ведут эти вполне прозрачные намёки.

Соперничество между Пекином и Вашингтоном за право экономически структурировать Азию и доминировать в ней, несомненно, растянется ещё на десятилетия, но время явно работает на закрепление китайского лидерства.

Возникает естественный вопрос о месте России и её интересах на этом «празднике жизни». Соперничать за региональное лидерство нам не приходится, а вот обеспечить закрепление за собой выгодных позиций – самое время.

Пока что нам удалось на минувшем саммите в Пекине в дополнение к большому газовому проекту «Сила Сибири», ориентированному на восточный экспортный маршрут, добавить контракт на трубу и транспортировку газа в Китай по западному маршруту: 30 млрд. кубометров газа в год с возможным удвоением объёма в перспективе. Этот сильный ход важен даже независимо от формулы цены: маневрируя значительными объёмами газа между европейским и китайским направлениями мы сможем выторговывать и удерживать гораздо более выгодные ценовые и транзитные условия.

Пора России, однако, приступать и к крупным производственным проектам с партнёрами из АТР, а также не упустить шансы на кооперацию в деле развития нашей инфраструктуры. Ставка России на БРИКС, разумеется, весьма перспективна, но вряд ли ею стоит ограничиваться. Встреча Владимира Путина с лидерами БРИКС в Брисбене подтвердила готовность «пятёрки» к созданию общего банка развития и связанного с ним резервного фонда.

Но почему бы нам дополнительно не включиться, например, в проект АИИБ, где уже нашли себе место Казахстан и Узбекистан? И почему бы не использовать гораздо шире концессионные соглашения с партнёрами из АТР для ускоренного развития Сибири и Дальнего Востока?

Надо самим определять приоритеты, устанавливать правила и смело идти на масштабные инвестиционные и кооперационные проекты. Конец эпохи дорогих углеводородов не оставляет России иного выбора. А санкционные войны создают запрос на кадры, способные рисковать, брать ответственность и побеждать.

Категория: Геополитика



Mediametrics.ru

Читайте также:

Мировой ВПК  15.06.2017
Близится к завершению одна госпрограмма вооружения — ГПВ-2020, грядет следующая — ГПВ-2025. Мы поговорили с президентом Объединенной судостроительной корпорации Алексеем Рахмановым о том, как обстоят дела с гособоронзаказом, финансированием и смежниками.
Мировой ВПК  14.06.2017
Дальневосточный вояж заместителя министра обороны Юрия Борисова ежедневно приносит новости о том, как продвигается перевооружение российской армии. И каким образом совершенствуется военная техника, даже успешно пройдя государственные испытания. На днях Борисов, выступая в Комсомольске-на-Амуре во время посещения авиационного завода им. Гагарина, заявил о необходимости доработки истребителя Су-35С.
Мировой ВПК  14.06.2017
Продукция корпорации «Тактическое ракетное вооружение» (КТРВ) в ходе проведения операции в Сирии хорошо зарекомендовала себя и показала высокое качество. Такое мнение высказал вице-премьер Дмитрий Рогозин на юбилее знаменитой не только в нашей стране корпорации в подмосковном Королёве. «Это только начало большой работы, которая сейчас проходит испытания в Сирии, где все то, что производится вами, или большая часть того, испытывается, дорабатывается, доводится до ума, но показывает высокий класс. Это фактически переводит нашу армию, наш флот в другую лигу», — сказал Рогозин.
Мировой ВПК  14.06.2017
Радиотехнические войска ВКС планируют провести модернизацию радиолокационного комплекса «Небо-М», сообщил начальник РТВ генерал-майор Андрей Кобан. Комплекс достаточно молод, пришел в войска всего лишь пять лет назад, однако, как заявил Кобан: «У нас задан ряд работ по модернизации вооружения, которое имеется. Мы понимаем после 3−5-годичной технической эксплуатации, какой у нас имеется модернизационный потенциал — простым языком говоря, что можно было бы улучшить. На сегодняшний день такая работа активно ведется».
Конфликты  20.06.2017
Судя по сводкам, авиация коалиции США больше не пересекает линию, за которой ее самолеты станут целями российских средств ПВО. Впервые со времен «броска на Приштину» США пришлось уступить под нажимом российских военных. Австралия и вовсе отказалась поднимать свои самолеты в сирийское небо. Теперь вопрос в том, будут ли зоны военного влияния в Сирии совпадать с политическими.
Конфликты  19.06.2017
Минобороны объявило, что «любые воздушные объекты (включая самолеты и беспилотные аппараты международной коалиции), обнаруженные западнее реки Евфрат, будут приниматься на сопровождение российскими наземными средствами ПВО в качестве воздушных целей». Это решение – следствие уничтожения американским самолетом сирийского Су-22. Что оно означает с практической точки зрения?
Конфликты  15.06.2017
США перебросили на базу Ат-Танф в Сирии реактивные системы залпового огня. Их местные союзники говорят о создании второй базы в Эз-Закфе. Причины спешки понятны: многомесячная эпопея движется к развязке, ставки резко возросли, и сложившуюся в Сирии ситуацию недаром сравнивают с гонкой по Европе весной 1945 года.